Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 159
Африканское солнце обожгло британским солдатам колени ниже килтов так, что кожа распухла и лопалась, подобно перезрелым плодам. Раненые кричали, просили воды, и среди буров были такие, кто из окопов бросал им фляги с водой. Но они не долетали.
Хотя Лотар с тех пор убил пятьдесят человек, этот день он будет помнить всю жизнь. Он всегда отмечал его как день, когда стал мужчиной.
Лотара не было в числе тех, кто бросал фляги. Напротив, он застрелил двоих солдат, которые ползли по-пластунски, чтобы добраться до воды. Его ненависть к англичанам, унаследованная от отца, впитанная с молоком матери, в тот день по-настоящему расцвела и в последующие годы принесла плоды.
Англичане охотились за ним и его отцом по всему вельду, как за дикими зверями. Любимая тетя и три кузины Лотара умерли в английских концентрационных лагерях от дифтерии, белого больного горла, но Лотар убедил себя, что англичане втыкали рыболовные крючки в хлеб, которым кормили бурских женщин, чтобы растерзать им горло. Это было похоже на англичан — вести войну с женщинами, девушками и детьми.
Лотар, его отец и дядя продолжали сражаться еще долгое время после исчезновения всякой надежды на победу — «упрямцы, бьющиеся до последнего», с гордостью называли они себя. Когда другие, превратившиеся в живые скелеты, больные дизентерией и покрытые гноящимися язвами, так называемыми «болячками вельда», появлявшимися от солнца, ветра и недоедания, одетые в лохмотья, имея по три последних патрона в нагрудных патронташах, отправились сдаваться англичанам в Вереднигинг, Петрус Деларей и его сын Лотар не пошли с ними.
— Будь свидетелем моей клятвы, о Господь народа моего. — Петрус с непокрытой головой стоял в вельде, рядом с ним — семнадцатилетний Лотар. — Война против англичан никогда не окончится. Клянусь в этом пред ликом твоим, о Господь Бог израилев.
Он передал Библию в черном кожаном переплете Лотару и заставил его произнести ту же клятву.
— Война против англичан никогда не окончится. — Лотар стоял рядом с отцом, проклинавшим предателей, трусов, которые больше не захотели сражаться, Луиса Боту и Янни Сматса, даже собственного брата Кооса Деларея. — Вам, готовым продать свой народ филистимлянам, да прожить всю жизнь под английским игом и да гореть вам всем в аду десять тысяч лет!
Затем отец и сын, оставив прочих заключать мир с Англией, поскакали прочь, в сторону обширной бесплодной земли — владений Германской империи.
Отец и сын были сильны и упорны и обладали природным умом, они много работали; мать Лотара происходила из хорошей немецкой семьи, богатой и с прекрасными связями; по всем этим причинам в Немецкой Юго-Западной Африке они процветали.
Петрус Деларей, отец Лотара, был инженером-самоучкой, но обладал мастерством и изобретательностью. То, чего он не знал, он создавал импровизируя; его любимым изречением было «N Boer maak altyd ’n plan» — «Бур всегда действует по плану».
Благодаря связям жены он получил контракт на строительство волнолома в Людерицбухтской гавани, а когда справился с этим строительством, взялся тянуть железную дорогу к северу от Оранжевой реки, к Виндхуку, столице Немецкого Юго-Запада.
Он учил инженерному мастерству Лотара. Мальчик учился быстро, и к двадцати одному году стал полноправным партнером в строительной компании «Деларей и сын».
Его мать, Кристина Деларей, присмотрела красивую светловолосую немецкую девушку из хорошей семьи и дипломатично свела с сыном; они поженились, когда Лотару еще не исполнилось двадцати трех лет. Жена подарила Лотару светловолосого сына, которого он обожал.
И тут в их жизнь снова вмешались англичане, угрожая ввергнуть весь мир в войну своим противостоянием законным притязаниям Германской империи.
Лотар с отцом обратились к губернатору Зайтцу и предложили построить за свой счет на отдаленной территории тайный склад для снабжения немецкого военно-морского флота; ведь ему предстояло отражать английское вторжение из Южно-Африканского Союза, которым теперь правят изменники и предатели Сматс и Луис Бота.
В Виндхуке в это время оказался немецкий военный моряк-капитан, который сразу понял ценность предложения и убедил губернатора принять его.
Вместе с отцом и сыном он проплыл вдоль страшного побережья, которое вполне заслужило название Берег Скелетов, чтобы выбрать место для базы, где немецкие военные корабли могли бы получать горючее и продовольствие даже после того, как Людерицбухт и Виндхук будут захвачены силами Союза.
В трехстах милях к северу от редких поселений в Уолфиш-Бэй и Свакопмунде они обнаружили дальний удобный залив, место, куда почти невозможно добраться по суше, потому что его охраняет страшная пустыня. Наняли небольшой каботажный пароход и погрузили на него морские припасы, тайно присланные из Бремерсхавена с немецким круизным судном. Это были пятьсо тонн топлива в 44-галлонных канистрах, запасные части к двигателям и консервированные продукты, легкое вооружение и боеприпасы, девятидюймовые морские снаряды и 14 длинных акустических торпед «Марк VII» — для перевооружения немецких подводных лодок, если им придется действовать в этом южном океане.
Тайная база снабжения была окончательно достроена за несколько недель до того, как в Сараево убили эрцгерцога Франца Фердинанда и кайзеру Вильгельму пришлось выступить против сербских революционеров, дабы защитить интересы Германской империи. Франция и Англия немедленно ухватились за этот предлог, чтобы начать военные действия, к чему они давно стремились.
Лотар и его отец оседлали лошадей, созвали готтентотов-слуг, поцеловали своих женщин и сына Лотара и снова выступили против англичан и их приспешников-юнионистов. Когда они достигли реки Оранжевой, разбили лагерь и стали ждать момента для удара, с ними было шестьсот закаленных бойцов.
Но каждый день прибывали новые сторонники, крепкие бородатые мужчины, гордые испытанные бойцы с маузерами через плечо и патронташами через грудь. Поздоровавшись, они сообщали новости, и новости были хорошие.
Старые товарищи собирались в ответ на призыв «К оружию!» Повсюду буры были недовольны предательским миром, который заключили с англичанами Сматс и Бота. Выступили все старые бурские генералы. Девет стоял лагерем в Грибной долине, Кемп близ Трерфонтейна с восемью сотнями людей. Бейерс, Фаури — все выступили и объявили себя на стороне Германии против Англии.
Сматс и Бота как будто не хотели развязывать конфликт между бурами и бурами, потому что войска Союза на семьдесят процентов состояли из буров по рождению. Они вели переговоры с мятежниками, торговались, тянули время, слали гонцов в их лагеря, стараясь предотвратить кровопролитие, а мятежники с каждым днем становились все сильнее и увереннее.
Ознакомительная версия. Доступно 24 страниц из 159
