Алексей Вышеславцев - Очерки пером и карандашом из кругосветного плавания в 1857, 1858, 1859, 1860 годах.

Море и небо. — Прощание с Шербургом. — Мадера. — Первая прогулка. — Мадера — госпиталь Европы. — Salto cavale. — Ариеры. — Монастырь на горе. — Сани. — Camera de Lobos. — Вал вечером. — Большой Курал и Малый Курал. — Тенериф. — Теория Буха. — Санта-Круц. — Ученый Бертело. — Вильямс и его яхта. — Маскарад. — Тенерифский пик. — Острова Зеленого-Мыса. — Карантин. — Штиль. — Акула. — Свечение моря. — Переход через экватор. — Остров вознесения. — Джорж Туан. — Черепахи. — Опять море.

Ein sanfter Wind vom blanen Himmel weht…

Мы в море, в океане, — наконец!.. Кругом вода и небо, земля исчезла. Я испытываю знакомое ощущение. Как будто вырвался из душного города в чистое июле, в степь; мне стало так легко, так весело, я вздохнул так свободно, когда клипер вынес нас на всех парусах из Ламанша в Атлантический океан. Плимут, видневшийся вдали, был последним европейским городом, мыс Лизард — последним европейским берегом.

«Море и небо, и больше ничего,» говорили прежние мореплаватели, гадательно смотря в неизвестную даль, где линия морского горизонта сливается с небом. Область исследованного и узнанного была тогда очень ограниченна, и нужна была отвага, почти героизм, чтобы довериться беспалубному судну и прихоти ветров и погоды. Тогда глубь моря населялась левиафанами и морскими змеями, воображение до того настраивалось вечным ожиданием чудесного, что некоторые действительно видели и описывали этих змеев, составляя об этом акты за подписью всего экипажа, для совершенной достоверности показаний; видели за Азорскими и Канарскими островами неясные берега западного материка, которые предчувствовались, которые надобно было создать… Из-за туманной линии горизонта вставали новые созвездия; находящиеся в зените — уходили назад. Тихо, шаг за шагом, расширялась область опыта и знания; фантастический берег западного материка стал действительностью, океан уподобился долине, форму которой, как две параллельно идущие цепи гор, обозначили параллельные берега противоположных материков, начиная с 10° южн. шир., выпуклость Бразилии против Гвинейского залива и выпуклость Африки против Антильского моря. Более подробное изучение берегов и материка расширило круг деятельности европейских народов, и успехи, превзошедшие ожидания, увеличили энергию и жажду наблюдательности. Усовершенствование астрономических инструментов доставило мореплавателю много твердых точек опоры; путь его обеспечен от случайностей, и твердым шагом пошел он вперед…. Диковинные образы, фантастические страны, населенные гениями, исчезли, и вся туманная даль прояснилась и прочистилась.

Нарушение равновесия воды в океане вызвало наблюдения, которые повели к определению движения, зависящего от ветров, частью правильных, частью непостоянных; определилось движение, зависящее от влияния луны и солнца, и, наконец, движение, производящее пеласгические течения; приливы и отливы наблюдались в портах, между тем как законы морских течений добывались далекими плаваниями, для совершения которых нужна была сила подвига и вдохновения. Колумб первый заметил кругообращающийся экваториальный поток, движущийся между поворотными кругами от востока на запад. Движение это он сравнял с движением неба (т. е. с кажущимся движением солнца, луны и звезд). Как оживляют долину быстро несущиеся реки, так точно течения, узкие потоки, бороздят море, неся теплую воду в высшие широты, a холодную в низшие. Главная из таких рек, Нил Атлантического океана — знаменитый gulfstream, замеченный еще в XVI веке Ангиерой. Начинаясь с юга близ мыса Доброй Надежды, стремится он через Антильское море и Мексиканский залив в пролив Багамский; потом, направляясь от SSW к NNO, отдаляется от берегов, и, повернув на O, у ньюфаундлендской банки, часто выбрасывает к берегам Ирландии семена тропических растений. Его теплые воды умеряют холод Скандинавии и освобождают Белое море от вечных льдов. Ему же мы обязаны первым движением иностранной торговли у берегов России, в Архангельске. Другой рукав его идет от ньюфаундлендской банки на юг. На месте разделения двух потоков простирается огромная отмель морских водорослей (fucus), названная прежними плавателями лугом из водорослей. бесчисленное множество морских животных обитает в этих вечно зеленеющих массах (fucus natans). Как испытатели материка нашли формы растительности, общие всем климатам, начиная от вееровидных пальм до злаков, мхов и лихенов, и определили законы географического распределения флоры, так испытатели морей, на глубине, равной высоте величайших гор, находили лежащие друг на друге слои воды, оживленные разными инфузориями, морскими червями, циклидиями и офридинами. Они заметили влияние постепенно уменьшающейся температуры (различное в тропиках и вне поворотных кругов) на миграцию и географическое распространение морских животных.

Удивлением и безотчетным восторгом поражали прежних путешественников светящиеся волны океана, блистающие огнем и бриллиантами, в тишине тропической ночи. Микроскоп объяснил факт и еще более расширил кругозор бесконечного разнообразия жизненных форм и явлений. Для современного плавателя океан может быть богаче органическою жизнью, нежели какая-либо земная полоса. «Леса, по выражению Карла Дарвина, не скрывают в себе столько животных, сколько расплодилось их в низменной лесной стране океана: длинные водоросли пускают свои корни на отмелях; ветви их, оторванные волнами и течением, свободно плавают и развертывают на морской поверхности свою нежную зелень, поднимаемую воздухоносными клетками.»

Ох водяного слоя переходя к воздушному, пытливые поколения также нашли новые законы. Термометр, барометр, гигрометр и проч. наделяли массами данных, из которых выводились смелые заключения и подводились огромные итоги. В законе движения ветров найдена причина многих процессов, совершающихся в воздушном океане.

Различие температуры мест, лежащих близ экватора и около полюсов, порождает два противоположные течения воздуха в высших странах атмосферы и на поверхности земли. По причине различной быстроты кругообращения пунктов, лежащих ближе к полюсу или ближе к экватору, воздух, текущий от полюса, отклоняется на восток; экваториальный — на запад. От борьбы этих двух течений, от места нисшествия высшего потока, от переменного вытеснения одного течения другим зависят величайшие явления воздушного давления, нагревания и охлаждения воздушных слоев, и даже образование облаков и формы их. Эти явления объяснили пассаты.