Николай Брешко-Брешковский - Дикая дивизия

Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 35

- Хорошо мороженной! Давай еще!

- Пломбир весь вышел, - ответил ему лакей.

- Как вишел? Почему вишел? Давай, говорят тебе!

Лакей, сдерживая бешенство, корректно ответил:

- Пломбира больше нет!

- Какой черт нет! Давай сюда хозяин! - уже орал лейб-медик шаха персидского на весь ресторан.

Корнилов был тут как тут. Глаза его под серыми пучками бровей с холодным презрением остановились на беспокойном и шумливом госте:

- Чем вы недовольны, сударь?

- Что за порадки? Морожени нет!

- Вам сказано, что пломбир вышел... И вообще, кому порядки наши не нравятся, тот может не ходить.

Это было так сказано, что нахал тотчас же присмирел.

- Ну, что такое, хозяин? Не сердись. Выпьем шамански?

- Нет, нет, увольте, я занят, - молвил, отходя, Корнилов.

А дама сидела, как автомат, ничего не видя и не замечая.

С герцогом Лейхтенбергским было двое. Один - жизнерадостный, улыбающийся, с умными глазами на румяном, широком лице - Тапа-Чермоев; другой - темный блондин с бородой.

Перед ними стоял кофейник - тонкий стеклянный шар, наполненный горячей густой жидкостью. Как желто-зеленый тигровый глаз, переливался в рюмочках маслянистый ароматный ликер.

Темный блондин с бородой продолжал свой рассказ:

- Большая часть ингушей уже пластом лежала от истощения н голода, уже не было никаких надежд на помощь извне, уже мы не сомневались, что Алексеенко убит, убит, переползая улицу в нескольких шагах от нас. Уже близилась третья ночь нашей осады. Мы не отвечали на выстрелы. Винтовочные обоймы все вышли, а в револьверных барабанах осталось по два патрона. Один - для врагов, лицом к лицу, во время штурма, другой - для себя... Тапа, ты помнишь Волковского? При жизни он был такой маленький, невзрачный, а труп его раздуло, и он лежал громадный, какой-то гороподобный... Страшно было смотреть на него!

И вот, когда мы уже совсем отчаялись, внезапно пришло избавление. Мы услышали топот по крайней мере двух сотен, услышали нараставшие крики "Алла!" и выстрелы. Ингуши налетели конной атакой на терцев и, смяв их, часть порубили, часть прогнали. Вел их ротмистр Бек-Боров. Он, кажется, Тапа, родня тебе по жене? Он первым ворвался в гущу терцев и погиб, пронзенный пулями...

Собеседники внимали, затихшие. Улыбка давно сбежала с лица Чермоева. Это минувшее казалось таким трепещущим, ярким и свежим здесь, в мирной обстановке парижского ресторана.

Но как бы удивились все трое, узнав, что через несколько столиков от них сидит спиною к ним экс-фельдшер Дикой дивизии, зачинщик и подстрекатель всей этой кровавой авантюры.

Но если Карикозов сидел спиною к Тугарину, то лицо его дамы Тугарин видел в профиль, и этот профиль напоминал ему что-то знакомое. Но, будто дразня воображение и память, образ ускользал, ускользал, и только под конец какой-то прямо физический толчок в грудь подсказал Тугарину:

- Лара!

И он не мог сдержать волнения, и это выразилось чисто внешне. Безо всякого желания он выпил свой ликер, помешал ложечкой давно растаявший сахар остывшего кофе и откусил зубами кончик сигары...

Герцог и Чермоев, решив, что он весь еще во власти воспоминаний, молчали.

Через минуту он уже овладел собой. Прошлого нет. Оно умерло так же, как они умерли друг для друга. У нее своя жизнь, у него своя. Ей хорошо или она делает вид, что ей хорошо. Но не все ли равно? Их пути разные. Она останется здесь, с тем или иным мужчиной, обедая, завтракая, ужиная. А он? Через день его не будет в Париже. Он вернется туда, где все время идет борьба за Россию. На одном из теплых морей он сядет на пароход с оружием и сотней таких же отчаянных голов, как и он сам. Их ждут, ждут, чтобы вместе с ними поднять восстание против красных насильников и убийц.

Бочка, насыщенная порохом, готова, надо лишь поднести зажженный фитиль...

Галиция - территория совр. Львовской, Ивано-Франковской и Тернопольской обл.

Великий князь Михаил Александрович. Второй брат государя родился 22 ноября 1878 г. В 1898 г. произведен в корнеты лейб-гвардии кирасирского Ее Величества полка, где нес строевую службу и командовал эскадроном. После морганатического брака с женой сослуживца, госпожой Вульферт, урожденной Шереметьевской и получившей титул графини Брасовой, принял в командование 17 гусарский Черниговский полк в г. Орле. Назначенный через три года командиром кавалергардского полка, за освященный церковью мезальянс, подвергнут опале, лишению некоторых прав и высылке из пределов России. С началом первой мировой войны возвращен и получил в командование Дикую дивизию. За личное мужество пожалован орденом Св. Георгия 4 степени.

Савинков Б. В. (1879-1925). Во Временном правительстве был товарищ (заместитель) военного министра

Имеется в виду вдовствующая императрица, мать последнего русского царя Николая II, супруга умершего в возрасте 49 лет от почечной болезни Александра III

Ж. Кессель. "Княжеские ночи", роман, стр. 264. К-во "Ориент", Рига.

Ознакомительная версия. Доступно 6 страниц из 35