это ещё раз. Я не хотел тебя как-то задеть или обидеть. Просто… твой хмурый взгляд иногда напоминает мне мой собственный… — Мюллер усмехнулся. — Но я не кисейная барышня, я офицер, у которого в подчинении находятся сотни человек личного состава, и в моем случае он оправдан. А вот в твоём…
— Кисейная барышня с тобой не согласна.
Его губы в какой-то момент оказались настолько близко к моему уху, отчего щеки в миг запылали.
— Еще бы. Я был бы удивлен, услышав от тебя согласие, — прошептал он, и тут же слегка отстранился на прежнее и без того близкое расстояние.
Тем самым дав мне отдышаться, ведь каждый раз, когда он проделывал подобные штуки, я невольно задерживала дыхание. А после опасалась, что неровен час могла бы лишиться чувств от недостатка воздуха.
То ли от действия алкоголя в крови, то ли от моего смущенного взгляда и раскрасневшихся щек, Мюллер не смог сдержать улыбку. И это была не привычная колючая усмешка и не дежурная натянутая полуулыбка, а полноценное проявление искренних чувств. От осознания этого я тут же стыдливо опустила глаза, в очередной раз едва не натолкнувшись на его блестящие черные туфли. А затем поспешно сменила тему.
— Все эти месяцы я хотела сказать вам… хотела сказать вам спасибо. За книгу. Но вы постоянно избегали меня, даже здоровались лишь изредка.
От волнения я и не заметила, как вновь перешла на «вы». А затем ощутила, как в моей ладони, находящейся в его, начинал скапливаться пот. От этого мне становилось еще дурнее, чем от мысли о том, с кем я танцевала тогда.
Мюллер вновь расслабленно улыбнулся, продолжив разглядывать меня, и предположение о влиянии алкоголя уже не было простым предположением. В свою очередь, я перестала ощущать мир вокруг. В тот момент под влиянием шнапса я глядела лишь на его лицо, а все, что находилось за ним, чудесным образом расплывалось. Я замечала только его синие пронзительные глаза, которые в тот вечер сверкали так ярко и по-настоящему.
Мужчина вновь наклонился к моему уху, и от волнения, распирающего грудь, я нервно прикусила нижнюю губу.
— А вы все это время ждали меня?
На мгновение я уже и позабыла, о чем шла речь, и о чем же он меня тогда спросил. Поэтому спустя секунду приказала себе собраться, но из-за странного расслабленного состояния получилось не сразу.
— Я… не то, чтобы…
Я запнулась и с удивлением обнаружила, что вальс наконец закончился, и в воздухе заиграла подвижная мелодия. Мы все еще продолжали стоять посреди зала, разглядывая друг друга. Одна рука его по-прежнему покоилась на талии, а другая стискивала мою потную ладонь. Танцующие пары вокруг уже давно рассеялись, и я натолкнулась на несколько лиц, которые с нескрываемым интересом и интригующими улыбками наблюдали за нами.
Меня вдруг охватил внезапный страх, вперемешку с нестерпимым стыдом. Словно я вновь очнулась от оцепенения… От того гипноза, который охватил нас обоих еще в штабе. Я дала себе мысленную пощечину и выскользнула из его рук, направившись к выходу из ресторана. Он выкрикивал мое выдуманное имя мне вслед и бросился было бежать за мной. Но в какой-то момент его остановил Кристоф, который был уже изрядно выпивший, но все еще стоял на ногах.
О чем я только думала?! Он же немец, офицер… эсэсовец, в конце концов! Он — враг. Как я могла ослабить хватку и нюни распустить? Подумаешь… книгу на русском подарил! Подумаешь… защищает от других немцев! Он делает это не от чистых помыслов и благородства души, а ради собственной выгоды! Да! Лишь для выгоды. Судя по разговору, генерал Нойманн уже давно говорил ему жениться. Вот он и нашел фиктивную невесту в моем лице только ради того, чтобы общество оставило его в покое… Ну и фрау Шульц заодно подыграл в их спектакле с Артуром в главной роли.
Как я могла вляпаться в их интриги?! К черту! Пришла пора заканчивать это представление!
Мне отчаянно не хватало воздуха, в ушах стучала кровь, а сердце порхало в груди словно ошалелая птица в клетке. Я бежала вперед, не оглядываясь, и наспех расстегивала удушающий ворот белоснежного пиджака. В какой-то момент до меня дошли недовольные возгласы девушки, голос которой я нашла знакомым. Судя по интонации и бранным словам, она явно не желала, чтобы какой-то мужчина касался ее.
Я незамедлительно бросилась ей на помощь, застав фройляйн Хоффман в нежелательных объятиях какого-то малознакомого офицера. Он зажимал ее в непримечательном углу словно какую-то дешевую проститутку, пока девушка отчаянно отпихивала его от себя. Я подалась вперед и лишь с третьего раза оттащила мужчину за воротник кителя. Судя по его пьяному мычанию, ему не особо понравилась моя затея, но он был изрядно пьян, поэтому не смог возразить мне ни словом, ни делом. Лишь злобно махнул в мою сторону рукой, выругался на немецком и, держась за стены, побрел обратно к гостям.
— Вот же ублюдок, — выругалась Лиззи.
Дрожащими руками она наспех достала сигарету из белоснежной шелковой сумочки. Лишь с третьего раза ей удалось зажечь ее позолоченной зажигалкой. Девушка сделала долгожданную затяжку и расслабленно облокотилась об стену.
— Спасибо, Китти, — поблагодарила она, выдохнув серый табачный дым. Ее рассеянный взгляд все еще блуждал по коридору.
— Как же… как же он не боится гнева твоего отца? — растерянно спросила я, изумленно похлопав ресницами.
Элизабет надменно хмыкнула и дрожащими руками поднесла сигарету к алым губам.
— Эти придурки ничего не боятся после двух бутылок шнапса. Их не останавливают ни погоны, ни положение моего папеньки. Ничем не отличаются от своих неотесанных рядовых… — девушка осуждающе покачала головой, а затем кивнула на сигарету. — Куришь?
Я вежливо отказалась, и в тот же момент мы обе развернулись в сторону зала на звук разбитого стекла и нервного женского вскрика. Мужчины тут же подсуетились, судя по громким шагам и торопливым переговорам, и спустя мгновение раздалось чье-то недовольное мычание.
Лиззи раздраженно закатила глаза.
— Настоящий цирк, — она медленно сделала глубокую затяжку и с наслаждением выдохнула со словами: — ненавижу свадьбы. Это еще одна причина, по которой я не выхожу замуж.
— Можно пожениться более скромно, — предположила я, спиной облокотившись об холодную стену.
— В моем случае это практически невозможно. Отец — генерал СС… муж со стопроцентной вероятностью тоже будет эсэсовцем. Такие свадьбы не проходят без шума и высокопоставленных гостей, — фройляйн Хоффман коротко усмехнулась и вновь принялась пачкать белоснежную сигарету алой помадой. — Видела бледную невесту? Бедняжка… Кристоф ее не достоин. Он уничтожит ее.
