Лев Толстой - Анна Каренина

несколько строк, вложила в конверт. - Я пишу, чтоб он приехал обедать. У

меня одна дама к обеду остается без мужчины. Посмотрите, убедительно ли?

Виновата, я на минутку вас оставлю. Вы, пожалуйста, запечатайте и отошлите,

- сказала она от двери, - а мне надо сделать распоряжения.

Ни минуты не думая, Анна села с письмом Бетси к столу и, не читая,

приписала внизу: "Мне необходимо вас видеть. Приезжайте к саду Вреде. Я буду

там в 6 часов". Она запечатала, и Бетси, вернувшись, при ней отдала письмо.

Действительно, за чаем, который им принесли на столике-подносе в

прохладную маленькую гостиную, между двумя женщинами завязался a cosy chat,

какой и обещала княгиня Тверская до приезда гостей. Они пересуживали тех,

кого ожидали, и разговор остановился на Лизе Меркаловой.

- Она очень мила и всегда мне была симпатична, - сказала Анна.

- Вы должны ее любить. Она бредит вами. Вчера она подошла ко мне после

скачек и была в отчаянии, что не застала вас. Она говорит, что вы настоящая

героиня романа и что, если б она была мужчиною, она бы наделала за вас

тысячу глупостей. Стремов ей говорит, что она и так их делает.

- Но скажите, пожалуйста, я никогда не могла понять, - сказала Анна, -

помолчав несколько времени и таким тоном, который ясно показывал, что она

делала не праздный вопрос, но что то, что она спрашивала, было для нее

важнее, чем бы следовало. - Скажите, пожалуйста, что такое ее отношение к

князю Калужскому, так называемому Мишке? Я мало встречала их. Что это такое?

Бетси улыбнулась глазами и внимательно поглядела на Анну.

- Новая манера, - сказала она. - Они все избрали эту манеру. Они

забросили чепцы за мельницы. Но есть манера и манера, как их забросить.

- Да, но какие же ее отношения к Калужскому?

Бетси неожиданно весело и неудержимо засмеялась, что редко случалось с

ней.

- Это вы захватываете область княгини Мягкой. Это вопрос ужасного

ребенка, - и Бетти, видимо, хотела, но не могла удержаться и разразилась тем

заразительным смехом, каким смеются редко смеющиеся люди. - Надо у них

спросить, - проговорила она сквозь слезы смеха.

- Нет, вы смеетесь, - сказала Анна, тоже невольно заразившаяся смехом,

- но я никогда не могла понять. Я не понимаю тут роли мужа.