Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 124
– Тебя Доктор уже обыскался. У него для тебя припасён большой шприц.
– Холлидей или Укол?
– А ты, бля, как думаешь, хиппи притыренный?
* * *
Сэмпл понимала, что она испытывает терпение мистера Томаса, но ей было уже всё равно. Если сейчас у неё всё получится, то она отомстит за свои обиды и развяжется с этим дурацким делом – и смысле, найти Эйми помощника.
– Если Годз снимается с места, то ближайшему городу может сильно не поздоровиться, я права?
Мистер Томас нервно задёргал хвостом:
– Он его просто сжирает.
Сэмпл вроде как заколебалась, стараясь не показать своего возбуждения, но без особых успехов.
– А что надо сделать, чтобы Большой Зелёный решил сожрать город типа… ну, скажем… Некрополиса?
– Ты хочешь, чтобы Некрополис сожрали?
– Да нет, это я так – чисто гипотетически.
Мистер Томас ей явно не поверил.
– У тебя есть на это свои причины. Уничтожить Некрополис.
– А тебе что, его жалко?
Иисус по-прежнему тупо таращился в телевизор, но хотя бы перестал дрочить. Видимо, Сикстинская капелла его не возбуждала. Мистер Томас покачал головой:
– Да не жалко. Я его видел по телику. Местечко вполне подходящее – на закуску Большому Зелёному.
– Так что надо сделать, чтобы направить туда Годзиро?
– Да в общем-то ничего не надо. Если там производят ядерное оружие.
– Он любит ядерное оружие?
– Он его просто обожает.
– У Анубиса оно есть, только какое-то мелкое и мерзопакостное.
– Мелкое и мерзопакостное он любит больше всего. Ты не забывай, как раз такая вот бомба, мелкая и мерзопакостная, растопила арктический лёд и разбудила Годза.
– То есть главное, его сдвинуть? А уж дальше он сам пойдёт?
Микеланджело на экране возмущался скудной оплатой своих трудов, но Иисуса это никак не прикалывало – он переключился на телешоу «Игра в молодожёнов». Мистер Томас на секунду задумался:
– Сдвинуть Большого Зелёного может только Иисус.
Сэмпл жёстко взглянула на мистера Томаса:
– Надо выключить телевизор.
– Я бы тебе не советовал этого делать.
– Это для его же блага.
Козёл взглянул на неё с сомнением:
– Вот только не надо ля-ля. Тебе наплевать на его благо. Тебе просто хочется, чтобы Годза сожрал Некрополис.
– Ладно, не буду спорить.
– Если так просто взять и выключить телик, для него это будет травма.
Сэмпл холодно взглянула на мистера Томаса:
– Ты что, собираешься мне помешать? И как, интересно?
Мистер Томас, похоже, пребывал в нерешительности.
– У меня пара твёрдых рогов, правильно?
– И ты хочешь зависнуть тут насовсем: сидеть безвылазно в опухоли в мозгу, в компании заторможенного дрочилы, до конца дней своих?
Мистер Томас задумался:
– В чём-то ты даже права.
– Стало быть, ты не будешь мне мешать?
– Но мне всё равно очень не нравится эта идея – выключить телевизор.
Сэмпл поняла, что победила.
– Но ты не будешь мне мешать? – повторила она свой вопрос.
– Нет. Наверное, нет.
Сэмпл подошла к дивану и решительно забрала пульт из почти безжизненной руки Иисуса.
* * *
Джим уже собирался выйти наружу через вращающиеся двери, но его едва не сбил с ног какой-то мужик, весь из себя озабоченный и взлохмаченный. Похоже, он очень спешил – протолкался вперёд и даже пихнул Джима локтем. Подобная грубость как-то не очень вязалась с изысканной атмосферой Гранд-Казино, но Джим рассудил, что, наверное, у мужика были какие-то свои причины. Причины действительно были, и они сделались очевидны уже секунд через сорок. Когда Джим вышел из казино, мужик был уже в самом низу длинной лестницы. Там он остановился, заломил руки и издал душераздирающий рёв, захлёбываясь в рыданиях:
– Я все потерял. Всё, что было. Она никогда меня не простит.
С этими словами он достал из кармана маленький хромированный револьвер, приставил его к виску и нажал на курок. Грянул выстрел, мозги брызнули во все стороны. Два наполеоновских улана бросились вниз по ступенькам к упавшему телу, которое вдруг заискрилось и почти мгновенно исчезло – проигравшийся самоубийца отбыл обратно в Большую Двойную Спираль. Однако серые брызги мозгов так и остались на лестнице, и один из швейцаров срочно вызвал уборщиков.
– Потрясающе. Вот так вот взять и вышибить себе мозги. Я и не думал, что мне доведётся увидеть такое своими глазами.
Джим обернулся. У него за спиной стоял злобный панк Сид Вишес.
Джим пожал плечами:
– Место здесь такое. Раньше тут был сектор самоубийц.
– Ты веришь в эти мудацкие сказки?
– Человек должен во что-то верить.
– Вот в чём ваша проблема, бля. Вам, хиппарям, просто необходимо во что-то верить. – Вишес гнусно расхохотался и вдруг бросил Джиму какой-то серебряный шарик, размером чуть больше монетки в двадцать пять центов. – Лови, Моррисон.
Джим механически поймал шарик. В его ладони серебряная фитюлька сразу же начала искриться, в руку ударил слабый разряд электричества, и всё вокруг засияло и исказилось. Джим хотел выбросить шарик, но тот будто прилип к ладони. Ощущение было не то чтобы совсем неприятным, просто Джим инстинктивно понял, что сейчас будет. Все, пушной зверь писец. Кажется, он попал. Этот шар сейчас впитает его в себя и унесёт невесть куда. Джим был уверен, что Сид Вишес здесь ни при чём. Он просто пешка в чужой игре. Он лишь передал Джиму серебряный шарик, оказавшийся западнёй. А настоящий охотник… Джиму не хотелось даже задумываться, кто это может быть.
Купол резко накренился. Мусор, разбросанный по полу, съехал на одну сторону. Но Иисус этого не замечал – он что-то сосредоточенно переключал на пульте, настраивая гигантского ящера на движение вперёд с запалом двенадцатилетнего мальчика, поглощённого какой-то продвинутой, всей из себя супер-пупер, видеоигрой. Теперь диван превратился в «командирское кресло», а сам Иисус полностью погрузился в процесс управления и направления Годзиро на Некрополис. Купол опять покачнулся, и Сэмпл схватилась за спинку дивана, чтобы не упасть. Мистер Томас просто пошире расставил ноги. Похоже, он знал, как справляться с тряской. Ну да, подумала Сэмпл, когда у тебя не две, а четыре ноги, стоять всяко проще. Тем более что при жизни Дилан Томас был весьма опытным выпивохой. Даже в ночь своей смерти он умудрился дойти от таверны «Белая лошадь» до гостиницы «Челси», хотя был совсем уж никакой. И печень у него уже отказала.
Надо сказать, Иисус приятно удивил Сэмпл, сразу же согласившись на её предложение направить Годзиро в Некрополис с целью полного уничтожения последнего. Сперва он просто сидел и моргал глазами, не понимая, что происходит, потом закатил небольшую истерику, потом залёг на дно бассейна, но быстро вынырнул – тогда уж, можно даже сказать, с готовностью принял план Сэмпл. Похоже, было ему несказанное счастье, что кто-то подсказывал, что делать. И он, кажется, совершенно не мучился никакими сомнениями, морально ли это – направить гигантского ящера в Некрополис с целью сожрать город на фиг. Если кто-то и высказал робкое возражение, так это козёл. Мистер Томас.
– Вообще-то ты вроде как Князь всеобщей любви и мира, если ты вдруг забыл.
Иисус небрежно махнул рукой:
– Да ладно. Я давно уже собирался проучить этого мудака Анубиса. Так сказать, выгнать из храма идолище поганое.
Сэмпл поспешила уточнить, чтобы потом не вышло ошибки:
– Вообще-то у него не храм, а большой дворец.
– Без разницы. Не гирлянды цветов пришёл я принести, но меч.
Мистер Томас фыркнул:
– Даже Библию правильно процитировать и то не может.
Иисус злобно зыркнул на него:
– Вся эта евангельская байда – хрен там чего запомнишь.
Козёл посмотрел на Иисуса с холодным неодобрением. Пол снова качнулся, и Иисус опять повернулся к пульту:
– Кажется, я забыл, как сделать так, чтобы пол не качался, когда он делает шаг.
– Войди в DOS и нажми esc-сtrl-аlt-F12.
Иисус нажал предложенную комбинацию, и качка сразу же прекратилась – то есть не то чтобы совсем, но это было уже не так, как будто они на яхте попали в шторм. Иисус улыбнулся мистеру Томасу.
– Ты запомнил.
– Ты бы тоже запомнил, если бы целыми днями не пялился в ящик.
– Что бы я без тебя делал?
– Вот и я думаю – что?
Иисус понадобилось ещё минут пять, чтобы сбросить с себя сонное оцепенение, вызванное непомерным пристрастием к голубому экрану. Он жал на какие-то клавиши, и, видимо, жал неправильно – судя по тому, как отзывался на это купол. Стараниями Иисуса Годзиро то и дело пошатывался и спотыкался, словно пьяная в хлам гора. Но вскоре – во многом благодаря саркастическим замечаниям мистера Томаса – Иисус более-менее пришёл в себя и выровнял шаг Годзиро. Он нажал на какую-то кнопку – экран телевизора растянулся и превратился в панорамное окно-монитор, развёрнутое на сто восемьдесят градусов, так что теперь они видели то же, что и Годзиро, – плюс к тому у них был хороший боковой обзор. Сперва картинка дрожала и дёргалась, по монитору шёл «снег», местами пробивались какие-то посторонние вспышки. Но потом Иисус всё же нашёл нужную комбинацию клавиш, и в окне развернулась широкая панорама пустыни, наплывающая на них со скоростью шага Годзиры – около ста миль в час.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 124
