перед тобой, — зарыдала Касиния в трубку. — Я любое наказание заслужила за то, что сделала с тобой!
— Мама, не говори так.
— Это плохое место, — продолжала Касиния. — А я хотела, чтобы и ты тут оказалась. И ради этого всё детство у тебя отняла.
— Это я виноват во всём… — послышался голос Кирилла.
— Да! Это всё из-за тебя! — набросился на него голос Касинии. — Если бы не ты, негодяй, мы так бы и молились о вознесении, и жили все долго ещё! И детей бы не мучили!
Голос Кирилла молча принимал обвинения.
В этот момент раздался рокот, а потом — оглушительный скрежет. Все обернулись и увидели Якова. Он принёс бензопилу и пытался перепилить ею металлическую дужку замка, на который была закрыта клетка. Из-под вращающейся зубастой цепи летели искры, дужка плохо поддавалась, но понемногу пила погружалась в неё.
Евгений уже закончил подключать профессора и рванулся к двери. Арсений последовал за ним.
Вера растерялась.
— Оставайтесь на линии! — потребовал голос профессора из трубки. — Вам нужно продолжать разговор. Как только я проснусь, я смогу открыть проход — так же, как Кирилл, когда вернул меня.
— Вера! — Касиния снова вступила в разговор. — Прости меня…
— Ты не виновата, мама! — горячо ответила Вера.
И одновременно она смотрела с ужасом на происходящее у входа.
Яков пропилил дужку замка почти до середины, когда подоспел Евгений. Он взялся за подвижную секцию клетки и наклонил так, чтобы арматура зажала верхнюю часть пилы.
Посыпались крупные искры, пила издала жалобный вой, из цепи вылетело несколько зубьев.
Яков вырвал пилу из зажима и прочертил ею там, где были руки Евгения, но тот уже успел убрать их.
Испустив смешок, Яков с упрямством начал снова пилить замок. Евгений снова наклонил решётку, и на этот раз сильнее зажал пилу. После жалобного воя раздался звук, подобный выстрелу — цепь пилы разорвалась, отлетела в пол и прочертила в нём борозду.
Яков бросил сломанную пилу, подмигнул Евгению и заковылял в сторону построек Обители.
— Что задумал этот козломордый? — спросил Евгений.
— Мама, я люблю тебя! — тем временем сказала в трубку Вера.
— Товарищи! — раздался голос профессора в телефоне. — Я ухожу из эфира и вместе со мной пропадёт связь. Держитесь, скоро мы найдём выход.
С каждым словом голос профессора слабел, прошло несколько секунд после того, как он закончил фразу, и телефон замолк. Не было ни помех, ни гудков — ничего. И стоило Вере моргнуть, как исчез и сам телефонный аппарат.
Лежащий на кровати профессор застонал. Евгений подбежал и выключил электросон.
Прошло несколько тревожных минут, профессор открыл глаза и тут же быстро сомкнул веки.
— Свет… — произнёс он. А потом: — Воды…
Вера сбегала к бочке и принесла кружку воды. Арсений помог профессору сесть. Профессор попробовал протянуть руку за кружкой, но рука не слушалась. Вера поднесла кружку к его губам и помогла выпить несколько глотков.
Профессор тяжело дышал.
— Я… — с трудом проговорил он, — не подумал, что будет так тяжко. Помогите, мне нужно к терминалу.
Все посмотрели на него вопросительно.
— К тому телевизору, — пояснил он, и Евгений понял его. Для Веры и Арсения эти слова остались загадочными.
Кровать подвинули к терминалу машины и устроили профессору сидячее место.
— Молодой человек, Евгений, помогите мне держать руки над клавиатурой.
Евгений кивнул. Он взял руки профессора и стал удерживать их над клавиатурой терминала. Профессор нажимал клавиши и иногда просил подвинуть свои руки выше, ниже, левее или правее.
— Так, — говорил профессор. — Параметр альфа равен пяти. Матрица переходов… — и другие слова, которые никто не понимал.
— Молодой человек, — наконец попросил он Евгения. — Поверните переключатель с подписью «Терминал» в положение «№ 2».
Евгений нашёл переключатель и повернул его. Столбцы чисел исчезли с экрана телевизора, и в левом верхнем углу замигал курсор приглашения.
— Нужно дополнить программу инструкциями возвращения, — пояснил профессор.
Снова с большим трудом они вдвоём стали управляться с клавиатурой. Профессор вводил числовые команды строку за строкой.
— Там много ещё нужно чисел? — спросил Евгений профессора.
— Я написал процедуру, определяющую положение наших товарищей в ином мире, — осталось немного, но мне надо знать, в каких регистрах находятся указатели на них. Будьте добры, переключите на первый терминал.
Евгений потянулся к поворотному переключателю, и в этот момент вернулся Яков.
— Смотрите, что я нашёл! — сказал он и продемонстрировал коробок спичек.
Яков поднял сломанную бензопилу, открутил крышку бака и плеснул бензином через решётку.
После со своей застывшей улыбкой он чиркнул спичкой и бросил её сквозь прутья.
Бензин, пролившийся неряшливой линией на пол, вспыхнул, деревянный пол стал чернеть.
Арсений метнулся к бочке с водой. Евгений крикнул:
— Стой! Бензин нельзя так тушить!
Но было поздно. Арсений опрокинул бочку, вода хлынула на пол. Горящий бензин всплыл, и озерцо огня начало растекаться.
— Помоги профессору! — крикнул Евгений Вере. Она бросилась к профессору и подхватила его руки.
Яков смеялся.
Евгений с Арсением выгоняли горящую воду и сбивали огонь внутри укрытия постельными принадлежностями.
Яков не заметил, как огненный ручеёк подкрался к полам его жёлтого балахона. Даже не заметил, когда балахон начал гореть. Он заметил это, когда едкий дым от его одежды стал мешать зрению.
Яков посмотрел вниз и,
