Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
— Ну что, Федор Аркадьевич? — с надеждой спросила женщина.
— Обыскал все в округе, кричал, звал — все попусту. Словно в воду канул.
Люба поставила ведра с водой на землю, обхватила голову руками и зарыдала, приговаривая:
— Коленька, сынок… Миленький, вернись домой… Где же ты?..
Около пяти часов вечера адмирал Канарис любил взбодриться и выпить чашку хорошего крепкого кофе без сахара. Адмирал сидел за столом, потягивая густой напиток и размышляя над хитроумной операцией Абвера в Англии. В этот момент в кабинет вошел адъютант и доложил, что с адмиралом хочет встретиться полковник Штольц и боец из полка специального назначения «Бранденбург-800».
— Они здесь? — решительно отставив чашку с кофе, спросил Канарис.
— Да, господин адмирал, ждут за дверью.
— Пригласите их немедленно, — возбужденно повысил голос Канарис, обычно отличавшийся спокойствием и выдержкой.
Адъютант приоткрыл дверь и сказал:
— Входите, вас ждут.
Полковник Штольц вошел в сопровождении высокого худого фельдфебеля.
— Хайль Гитлер! — вскинули руки вошедшие.
— Давайте без церемоний, ближе к делу, — нетерпеливо сказал Канарис.
— Фельдфебель Гюнтер Куртц, — Штольц указал на долговязого военного, — два часа назад прибыл на нашем самолете в Берлин. Он и еще трое диверсантов полка «Бранденбург-800» вернулись с полигона русских в Коми, — понизил голос Штольц.
Адмирал поднялся из-за стола и подошел к фельдфебелю. Куртц вытянулся по стойке смирно.
— Значит, вы возвратились с полигона? — спросил Канарис.
— Так точно, господин адмирал, — выдохнул фельдфебель.
— А где же ваш командир?
— Командир группы погиб, как и пятеро солдат. Мне и еще троим удалось выбраться.
— Что же произошло, фельдфебель?
— Возвращаясь с задания, мы нарвались на засаду русских. Командира убил снайпер, сразу же. Нам чудом удалось прорваться и уйти.
— Понятно, фельдфебель. Присаживайтесь, поговорим, — указав на мягкие кресла возле стола, сказал Канарис и, сев на свое место, допил остывший кофе.
Штольц и Куртц устроились в креслах.
— Господин адмирал, — начал Штольц, — я привел к вам фельдфебеля Куртца для того, чтобы он лично вам рассказал, что они видели на русском полигоне. Поговорив с Куртцем, я понял, что рассказ очевидца будет для вас гораздо интереснее, чем мой сухой доклад.
— Хорошо. И что же такого необычного, фельдфебель, вы увидели на русском полигоне? Чем можете нас удивить?
Куртц нервно кашлянул, до сих пор ему не приходилось лично беседовать с офицером столь высокого ранга, поэтому он очень волновался. Однако, собравшись с мыслями, он произнес:
— Это было нечто невероятное, господин адмирал. Такого взрыва я никогда не видел.
Почувствовав волнение Куртца, Канарис спокойно сказал:
— Расскажите все обстоятельно, не торопясь и не упуская деталей.
Фельдфебель кивнул и продолжил:
— Мы обошли полигон русских за двое суток, отмечая систему охраны объекта. После этого мы поняли, что русские допустили промашку в охране полигона. Там мало охранных вышек, и поэтому вполне возможно, например, ночью пробраться на полигон.
— Для нас это очень хорошо, — заметил Канарис.
— Чтобы удостовериться в этих выводах, командир группы приказал нам взобраться на высокие сосны. Я полез с ним, а двое других солдат взобрались на соседнюю сосну. Сверху открывался поразительный вид на полигон.
— Что же такого в нем поразительного? — задал уточняющий вопрос адмирал Канарис.
— Полигон просто огромный — иного слова не подобрать. На нем расположен аэродром с истребителями и бомбардировщиками. Очень хитроумная система дзотов, каждый из которых находится на искусственном холме, повсюду видны башни танков, укрытых за железобетонными стенами. Понятно, что их можно использовать как хорошо защищенные пушки. А при необходимости танки могут выехать из своих укрытий и атаковать.
Канарис и Штольц переглянулись. Адмирал покачал головой и сказал:
— Такого укрепленного полигона у русских никогда не было. По крайней мере, я такого не припоминаю. И это несмотря на то, что он скрыт в дебрях тайги, и добраться туда, мягко скажем, не просто.
— Господин адмирал, им есть что скрывать, — произнес Штольц, — послушайте дальше фельдфебеля.
— Мы наблюдали за полигоном, командир делал пометки в своем блокноте, — продолжил Куртц. — Было довольно теплое, солнечное утро. Вот тут все и началось. Мы увидели, как с расположенного на полигоне аэродрома взлетел большой бомбардировщик. Покружив над полигоном, он приблизился примерно к центру и набрал высоту. Заметив в бинокли расположенные внизу танки Т-34, их было пятнадцать, мы поняли, что сейчас должно нечто произойти, и мы станем свидетелями этого. И еще одна важная деталь…
— Какая? — с нетерпением поинтересовался Канарис.
— В нескольких сотнях метров от танков на железной дороге стоял старый паровоз. Думаю, что метрах в трехстах, хотя, возможно, и чуть ближе.
— Скажите, Куртц, танки располагались рядом друг с другом? Скученно? — спросил адмирал.
— Я бы так не сказал, — покачал головой фельдфебель, — они словно шли в боевом наступательном порядке, на некоторой дистанции друг от друга, где-то в двадцати-тридцати метрах, может чуть больше, — уточнил Куртц.
— Понятно, продолжайте, — откинувшись в кресле, сказал Канарис.
— Когда самолет поднялся достаточно высоко, мы заметили, как от него что-то отделилось. Послышался свист, и мы поняли, что к земле понеслась бомба. Взрыв был такой силы, что мы едва не слетели с деревьев. Если бы не страховочные тросы, то это бы и произошло. Мне в какой-то момент показалось, что началось сильнейшее землетрясение. Усилием воли я заставил себя посмотреть в бинокль. Башни танков, словно игрушечные, разбросало на сотни метров в разные стороны. Затем облако черного, как смерть, дыма заволокло место взрыва. Когда дым рассеялся, мы увидели обгорелые куски железа с оторванными башнями. Вот что представляли собой после взрыва некогда грозные боевые машины. Паровоз был деформирован до неузнаваемости и лежал на боку. Покореженные рельсы изгибались, словно гигантские змеи. Господин адмирал, мы были потрясены увиденным. У русских страшная бомба, поистине смертоносная, — заключил фельдфебель.
— А вы не допускаете того, что вместо танков русские использовали, к примеру, муляжи какие-нибудь? — спросил Канарис, отличавшийся сверхразвитой подозрительностью.
— Нет, господин адмирал, это были настоящие танки. Я их отчетливо видел в бинокль и видел то, как отрывало тяжелые башни.
— Русские преследовали вас? — снова задал вопрос Канарис.
— Преследовали, господин адмирал, — тяжело вздохнув, ответил Куртц. — Как я уже говорил, мне и еще трем бойцам удалось прорваться, обойти засаду. Русские что-то кричали и стреляли нам вслед. Затем через какое-то время появилась двойка русских истребителей. Они летели так низко, что нам казалось, что они своими крыльями задевают верхушки деревьев. Безусловно, они выискивали нас. И на следующий день русские истребители летали над тайгой. Нам повезло, и мы каким-то чудом выбрались.
— Вы добыли важную разведывательную информацию, фельдфебель, — подбодрил Куртца адмирал, — проявили героизм и, несмотря ни на что, вернулись на базу. Вы и ваши товарищи будут представлены к боевым наградам и, конечно же, вас ждет повышение в звании и небольшой отпуск. Не забудем мы и о погибших героях, — думая о чем-то своем, произнес Канарис. — На этом все, фельдфебель, вы можете быть свободны.
Куртц вскочил и выкрикнул:
— Хай ль Гитлер!
— Хайль! — встав из-за стола и выбросив правую руку вверх, сказал Канарис.
Когда фельдфебель вышел, адмирал прошелся по кабинету, заложив руки за спину. Остановившись перед полковником, Канарис сказал:
— Пусть с Куртцем поработают наши взрывники, психологи и другие специалисты. Мне нужен отчет об этой работе не позднее чем… — адмирал задумался на мгновение, а затем продолжил: — Я даю вам, Штольц, на подготовку этого отчета двадцать четыре часа и ни минуты более. Нынче время в особой цене, и мы не можем позволить себе быть расточительными.
— Будет исполнено, господин адмирал, — бодро отозвался Штольц.
Немного помолчав, начальник Абвера спросил:
— А что вы думаете, полковник, насчет рассказа фельдфебеля об испытаниях бомбы? Вы не находите его несколько странным?
— Я беседовал со всеми четырьмя вернувшимися диверсантами. Один из них сидел на соседнем дереве и тоже видел взрыв. Он описал его так же, как и Куртц. Так что лично у меня нет ни малейшего сомнения в том, что русские успешно испытали на своем секретном полигоне новое оружие. Обычная бомба не уничтожает сразу пятнадцать танков и паровоз в придачу, к тому же находящийся на удалении.
Ознакомительная версия. Доступно 11 страниц из 68
