Уборщица

– Надюша, – на глаза Зои Семёновны навернулись слёзы.

Сердце рвалось на части. Женщина села на стул рядом с кроватью, взяла маленькую ручку.

Надя слабо улыбнулась, ещё под действием лекарств.

– Надюша, с ребёночком всё хорошо, не беспокойся. Главное чтобы ты была здорова.

Подбородок Нади задрожал, и маленькая капля показалась у края глаза, остановилась на мгновенье и покатилась по виску.

Зоя Семёновна почувствовала, как комок подступает к горлу. Вот-вот разрыдается прямо здесь, у постели. Но она громко вдохнула и удержалась. Кому нужны сейчас её слёзы?

Володька стоял в оцепенении. Капельки пота появились у него на лице, руки дрожали. Он всё смотрел на огромный синяк на щеке Нади.

– Не переживайте, – с трудом выговорила Надя. – Я справлюсь.

– Ты умница, – подхватила Зоя Семёновна. – Ты поправишься, всё будет хорошо.

– Да. Так и будет, – попытался что-то сказать Володя.

Им разрешили побыть совсем немного.

После они пошли домой. Молчание было попутчиком. Дома Зоя Семёновна долго плакала на кухне. Володька угрюмо сидел в гостиной и смотрел в окно.