Тан зачерпнула ложку супа и попробовала, не слишком ли он горячий. Суп был горячим, но она осторожно подула на него и отправила ложку Цзи Яну в рот.
Её действия были похожи на то, как мать кормит своего ребенка, который не хочет есть сам. Забота и внимание с её стороны были доведены до крайности, но при этом настоящие маленькие дети ели сами, а ему — здоровяку, которому было уже за тридцать, подавали еду с ложечки.
Цзи Ян слегка покашлял, и его уши слегка покраснели. Он уже и не помнил, когда его в последний раз кормили с ложки. Он не ожидал, что, когда ему будет за тридцать, его жена лично будет кормить его. Ему было немного неловко, но он должен был признать, что чувствовал себя вполне счастливым.
Кто сказал, что только женщины счастливы, когда к ним благоволят мужчины? Когда мужчину балует его женщина, он тоже счастлив.
Цзи Ян, насколько это возможно, игнорировал удивление и ужас Сунь И. Он дождался, пока тот насмотрится на него непонимающим взглядом, и открыл рот, чтобы съесть очередную ложку супа.
Тан Тан зачерпнула ложкой еду и подула на неё: «Тебе сейчас нужно есть лёгкую пищу, поэтому я не добавляла много соли. Тебе будет немного не комфортно».
«Совсем не пресно, а очень вкусно». — Цзи Ян говорил правду, суп действительно был вкусным. — «Всё, что ты готовишь, очень вкусное».
Тан Тан осторожно улыбнулась. Она выглядела как застенчивая девочка, которую только что похвалили. Она поднесла ко рту Цзи Яна кашу и овощи, сказав: «Ешь побольше, тебе нужно хорошо питаться, чтобы восстановиться».
Тан Тан так мило улыбнулась, что Цзи Ян вдруг забыл о том, что рядом с ними есть другие люди. Он не смог удержаться и коснулся её лица, подумав, что его жена была слишком хороша. Достаточно было пары слов, чтобы сделать её счастливой, что может быть легче? Может, ему тоже стоит её покормить?
Сунь И спокойно ел рядом с ними и потерял дар речи, наблюдая за происходящим. Они что, специализируются на жестоком обращении с собаками?
Сунь И вдруг почувствовал легкое несварение. Он молча отставил тарелку и так же молча лёг, натянув одеяло на половину лица, чтобы скрыть чувство ревности.
Ему следовало бы поспать.
Тан Тан и Цзи Ян были увлечены едой. Они не обратили внимания на состояние Сунь И. После того как Цзи Ян закончил есть, Тан Тан вытерла ему рот, а затем взяла оставшуюся еду и начала есть сама.
Тан Тан хотела доесть кашу, которую не доел Цзи Ян, но её остановили: «Не ешь кашу, ешь больше риса и мяса. Посмотри, как ты похудела».
Тан Тан сжала губы, и посмотрела на своё тонкое запястье. Она подавленно вздохнула, и молча отставила кашу. Она взяла тарелку, и положила себе несколько кусочков мяса, а затем с аппетитом съела их.
Ей тоже нужно было хорошо поесть. Раньше она с таким трудом набрала вес, но всё было напрасно. Теперь она снова выглядела некрасиво, поэтому ей стыдно было перед Цзи Яном. Она боялась, что снова поставит его в неловкое положение.
По всей видимости, товарищ Цзи Яна мог задуматься о том, почему Цзи Ян женился на такой жене, как она.
Нет-нет, она не могла ударить в грязь лицом перед Цзи Яном, она должна набрать вес! Подумав так, Тан Тан съела ещё несколько кусочков мяса, она намеренно выбрала кусочки пожирнее.
Цзи Ян наблюдал за тем, как Тан Тан съедает мясо за один присест, и довольно улыбнулся.
После обеда Тан Тан собрала принесённые вещи, а затем снова опустила кровать Цзи Яна: «Муженек, поспи немного, отдохни, чтобы рана быстрее зажила».
Цзи Ян посмотрел на двух детей, которые сидели на полу и вместе собирали модель: «Тебе стоит забрать детей с собой. Им здесь не с кем играть, тебе тоже нужно отдохнуть. Я не нуждаюсь в постоянном уходе. Если мне что-нибудь понадобится, я могу позвать медсестру. Ты можешь привезти детей сюда на ужин».
Тан Тан не могла унять беспокойство о Цзи Яне, но ей было жалко детей, играющих на полу. Им, наверное, было скучно в палате. Кроме того, дети не могли не шуметь во время игры, и могли потревожить сон Цзи Яна и Сунь И, так что Тан Тан пришлось согласиться: «Что ж, я заберу детей, чтобы они немного отдохнули, а потом приведу сюда на ужин».
Увидев, что Тан Тан чем-то обеспокоена, Цзи Ян взял её за руку: «Не возвращайся слишком рано, не торопись, медсестры проверяют нас каждые два часа, так что со мной ничего не случится».
Тан Тан кивнула, но беспокойство в её взгляде никуда не ушло. Она взяла его мобильный телефон и проверила заряжена ли батарея. Так как проблем не было, она положила мобильный телефон рядом с его подушкой: «Мобильный телефон здесь. Если ты не сможешь найти медсестру, можешь сразу позвонить мне. Я тут же приду. Тебе нельзя напрягаться и делать что-то самому, ясно?»
«Хорошо, я обещаю».
Тан Тан поняла, что больше ей не чего сказать. Она посмотрела на Цзи Яна и решила, что всё будет в порядке. Затем она забрала обоих детей и увела с собой в арендованную квартиру.
Когда дверь палаты наконец закрылась, Сунь И, лежа, прикрывшись одеялом, медленно откинул его и повернулся, чтобы посмотреть на Цзи Яна.
Цзи Ян оторвал взгляд от двери и, увидев Сунь И, спросил: «Ты не спишь? Разве ты не лёг спать пораньше?»
«Было бы странно, если бы я смог заснуть при таких обстоятельствах», — Сунь И пробубнил себе под нос и вдруг обратился к Цзи Яну. — «Теперь я верю, что вы с женой полюбили друг друга по своему желанию».
Внезапно прозвучавшая фраза озадачила Цзи Яна. Конечно, он и Тан Тан определённо полюбили друг друга по своему желанию, что тут удивительного?
Взгляд Сунь И становился всё более обиженным: «Теперь я знаю, почему ты влюбился в свою жену». Тан Тан такая нежная и добродетельная, она так сильно любит своего мужа. Неужели такие девушки ещё существуют?
Цзи Ян приподнял брови и, наконец, понял, что Сунь И имеет в виду. Он не смог сдержать смех, в котором смешались гордость и самодовольство.
Сунь И было больно на него смотреть, он молча повернулся к Цзи Яну спиной. То, что не видят глаза, не печалит сердце.
* * *
Тан Тан направилась домой с двумя детьми. Но
