стиснул оружие.
Но долгого путешествия не получилось: след обрывался у балконного парапета на краю двора. Внизу раскинулся весь Белый Город, а вдалеке на горизонте начинало понемногу светлеть. Голубые предутренние сумерки ложились на тракт, равнину и башни соседнего города, лишь маленький кусочек неба оставался темным, словно над тем местом висела грозовая туча.
- Что это там, за рекой? – спросил Майтимо.
- Минас Моргул, - вздохнул Арагорн. – Когда-то эту крепость построили люди, но тысячу лет назад она была захвачена Сауроном.
- И что в ней сейчас? – Майтимо пытался высмотреть остовы стен и строений, но расстояние было слишком велико.
- Ничего. Грязь, развалины. Земля пропитана злом и ядом, там нельзя жить, а те, кто пытался – возвращались испуганные или пропадали без вести. В нынешнем году я планирую разрушить Минас Моргул, уже набраны люди и заготовлены орудия.
- Интересненько получается, - отметил Тенька. – Если вашему призраку где и коротать день до ночи, то только там!
- Почему ты сразу не сказал, что у вас такое под боком? – укорил Арагорна Майтимо.
- Минас Моргул «под боком» уже тысячу лет, - пожал плечами король Гондора. – И после победы над Сауроном там тишина.
- А как же пропадающие люди?
- Их были единицы. И разве может принести пользу ночлег в любых дряхлых развалинах, где все норовит обрушиться на голову?
- А какого Моргота ты допускаешь эти развалины на своих владениях? – не мог успокоиться лорд Химринга. – Тоже мне, будущее, потомки, десять тысяч лет спустя! В нашу Первую Эпоху такого никто не смел позволить!
- Ты прямо как Эонвэ, - ухмыльнулся Тенька. – Тот тоже вечно Климе жалуется, что прежде и мир был молод, и свет ярче, и эльфы не такие наглые…
- Настоящие нолдор не жалуются! – ответствовал Майтимо, но больше Арагорна не ругал.
Было решено устроить совещание утром, когда все отмоются и выспятся. Воинов отпустили по домам, оглушенным стражам прислали смену. Уже расставаясь, Арагорн уточнил у Теньки:
- Надеюсь, твое зелье можно оттереть водой и мылом?
- Конечно, нет! – с гордостью сообщил колдун. – Это ж не краска какая-нибудь, а особо выверенный состав! – тут он сообразил, что спрашивает его человек, с ног до головы облитый этим самым зельем, а рядом стоит дорогой друг Майтимо в таком же состоянии. Тенька почесал темно-лиловый нос и поспешил исправиться: - Вы только не волнуйтесь! На любой яд можно изобрести противоя… в смысле, пятновыводитель! А если при стабильных условиях…
Умудренный опытом Майтимо схватился за голову и застонал. На Тенькином языке последняя фраза означала, что, изобретая свою балрогову смесь, о противоядии тот даже не подумал, а теперь изобретет нечто подходящее лишь после победы над призраком, и только в том случае, если сердитые аборигены будут денно и нощно стоять над душой с оружием в руках. Сам Тенька вечно чем-то перемазанный ходит, ему хоть бы что. Пока не попадет к любящей внимательной жене, даже не заметит, смываемые на нем пятна или нет.
Арагорн, на свою беду, таких тонкостей не знал.
- Что ж, надеюсь, тебе будут сопутствовать стабильные условия, - пожелал он и отправился к себе в комнаты.
Майтимо задумчиво поглядел ему вслед и посоветовал Теньке:
- На твоем месте я бы изобрел пятновыводитель до того, как Арагорн увидит себя в зеркало, от шока вспомнит, что среди его предков были настоящие нолдор, и примчится тебя убивать!
Пять часов, шесть минут, семь секунд спустя
- Словом, я единственный поступил как нормальное здравомыслящее существо и провел ночь в своей постели, не пускаясь в сомнительные авантюры? – поинтересовался Нолофинвэ за завтраком.
- Да, дядя, - вздохнул Майтимо и подпер темно-лиловым кулаком такую же по цвету щеку. Арагорн молча опустил глаза.
Нолофинвэ еще раз поглядел на пятнистых сотрапезников, на такую же стражу у дверей и взял в руки чашку с таким видом, словно даже кусок фарфора имел больше разума, чем присутствующие. Впрочем, на чашке-то пятен не было.
- Майтимо, мне больно видеть, как ты страдаешь. Арагорну и его людям ничем не помочь, но ты ведь способен додуматься скрыть свои пятна чарами. Не разучился же ты чаровать над лицом с тех пор, как перестал прятать веснушки.
Племянник лишь досадливо отмахнулся, став еще угрюмее.
- Нолофинвэ, беда в том, что твои советы годятся для таких же мудрых и дальновидных, как ты. А я как перестал пользоваться чарами, так и не слежу, попадаю под Тенькин регулятор или нет. И вот, сегодня утром выяснилось, что зря не следил.
Нолофинвэ лишь головой покачал. Педантично вернул чашку на блюдечко и принялся намазывать хлеб маслом.
- А где Тенька? Прячется от вас, боясь возмездия?
- Это когда Тенька подобного боялся? – хмыкнул Майтимо.
- По справедливости, доля нашей вины в случившемся не столь мала, - добавил Арагорн, все еще пытаясь незаметно оттереть хотя бы пальцы. – Договорись мы прежде, не приняли бы друг друга за призраков.
- Тенька с самого утра чинит вертолет, - поведал Майтимо. – А еще он воспринял неуловимость призрака как личный вызов и намеревается собрать расщепитель конденсационных частиц. Балрог разберет, что это такое, но, зная Теньку, могу предсказать, что здешнее поголовье призраков обречено на доскональное изучение.
- Туда им и дорога, - без жалости сказал Арагорн. – Но, я надеюсь, у Теньки останется сегодня время, чтобы убрать следы своего зелья? Мне бы не хотелось предстать перед Арвэн в таком виде. Да и фонтанный двор надо отмывать.
Майтимо ностальгически подумалось, что и он сам в давние времена бывал таким же наивным по части методов и возможностей просвещенной науки в Тенькином лице.
- Видишь ли… Пока Тенька играется с вертолетом и призраком, ему не до пятен. И сегодня ты его точно не заставишь. Поэтому на твоем месте я бы уже прикидывал, как помягче объясниться с Арвэн.
Арагорн наморщил лоб.
- Разве нельзя ему приказать?
- Это – к Тенькиной обде. Но даже у нее не всегда получается.
- Но ведь должен быть какой-то способ!
- Он есть, - поделился Майтимо. – Только один, зато верный. Весь секрет в том, что Теньке должно стать «интересненько».
- Как же это устроить? – Арагорн все еще старался мыслить практически.
- Думаешь, если б я знал, мы бы сидели тут с такими рожами?!
Сквозь открытые окна
