АЛЕКСАНДР ЧАКОВСКИЙ
ПОБЕДА
ПОЛИТИЧЕСКИЙ РОМАН
в трех книгах
Том второй
*
Художник М. ЛИСОГОРСКИЙ
">
КНИГА ТРЕТЬЯ
ГЛАВА ПЕРВАЯ
ВСЕГО ЧЕТЫРЕ БУКВЫ…
Телефонный звонок прозвучал так глухо, что я не сразу взял трубку. Это был Вернер Клаус, мой знакомый журналист из ГДР.
— Гутен таг, Миша! Я звонил тебе не менее трех раз! Где ты был?
Что я мог ответить ему? Уходил в плавание по далеким морям Истории? Вспоминал или просто видел сны?.. Я сказал:
— Проспал, прости. — И добавил извиняющимся тоном — Звонок у моего аппарата очень тихий.
— Долго вчера пил из тебя кровь этот американский динозавр? — спросил Клаус.
— Это не динозавр, Вернер, а очень больших размеров хамелеон.
— Что ж, — согласился Клаус, — возможно, ты лучше меня разбираешься в политической зоологии.
— Не всегда. Проглядел скорпиона.
— Ужалил?
— Похоже, что да. В самое сердце.
— Нужно противоядие?
— Этот яд не смертелен. Но противоядия, пожалуй, не существует.
— Думай о том, что завтра открывается Совещание. Отличный стимулятор самых положительных эмоций. Кстати, ты уже был в «Финляндии-тало»?
— Нет, — ответил я. — Собирался пойти сегодня.
— Ах, ты собирался! — иронически повторил Клаус. — А о том, что сегодня в два тридцать прибывает советская делегация, — это тебе известно?
Он словно стукнул меня по затылку, этот Клаус!
— Стыдно сказать, Вернер, но первый раз слышу, — пробормотал я, придя в себя от неожиданности. — Ведь я оторван от основной группы советских журналистов. И вчерашний вечер на твоих глазах провел в бесцельной драчке.
— Объявление о прибытии вашей делегации получено в пресс-центре сегодня утром, — вчера ты ничего не мог узнать. Это первое. А второе: если ты оторван от своей группы, то это должно быть компенсировано за счет социалистической интеграции. Короче, будем держаться вместе.
— Делегация прибывает самолетом?
— Нет, поездом, — ответил Клаус.
— Вы едете на вокзал и… возьмете меня? — спросил я с робкой надеждой.
— Кое-кто из наших ребят поедет. А мы — я в том числе — решили схитрить: будем смотреть прибытие по телевидению.
— Нет, — резко сказал я, — меня это не устраивает. Хочу видеть все воочию. В реальности.
— Ты плохо знаешь, как финны организуют телеобслуживание, — укоризненно произнес Клаус. — Ручаюсь головой, что на экране ты увидишь больше, чем на перроне вокзала. Короче, я раздобуду машину и заеду за тобой через полчаса или чуть позже. Договорились? Сейчас без трех одиннадцать…
В машине кроме меня и Клауса оказались еще двое мужчин. Один из них — финн — сидел за рулем, рядом с ним — Клаус. Второй наш спутник расположился на заднем сиденье.
— Садись, — сказал мне Клаус, перегибаясь назад и распахивая заднюю дверцу машины.
Мой сосед, приветливо улыбаясь, отодвинулся в левый угол.
Прежде всего Клаус познакомил меня с финном. Его звали Эркки Томулайнен. Он работал в пресс-центре и кроме собственного знал немецкий язык. Я понял это по тому, что, знакомя нас, Клаус говорил по-немецки.
— А это, — продолжал Вернер, переходя на русский и снова перегибаясь через спинку переднего сиденья в сторону моего соседа, — наш польский коллега Вацлав Збарацкий. Между прочим, у него есть какое-то дело к тебе. Верно, Вацлав?
Поляку на взгляд было за тридцать. Несмотря на адскую жару, он был одет так, будто собрался на прием к президенту Финляндии, — темный костюм, в нагрудном кармане белый платочек.
— Я действительно хочу побеспокоить пана Воронова, — откликнулся тот извиняющимся тоном.
Он вполне сносно говорил по-русски, этот Вацлав! Пожалуй, только обращение к собеседнику в третьем лице обнаруживало в нем поляка.
— Я к услугам пана Вацлава, — последовал мой ответ.
— Нет, нет, — заторопился поляк, — давайте несколько отложим наш разговор. Я хорошо понимаю, что сейчас мысли пана Воронова устремлены к вокзалу. Верно?
— Не скрою, это так, — ответил я.
— И я не скрою, что жду приезда вашей делегации с не меньшим нетерпением, чем ждал прибытия своей, — сказал Вацлав. — Поэтому с разрешения пана я просил бы перенести наш разговор.
— Пожалуйста, — охотно согласился я. — Всегда рад помочь коллеге, если это в моих силах…
Едва мы отъехали от гостиницы, я понял, что в сравнении со вчерашним днем условия езды по городу несколько изменились. На улицах стало больше полицейских, и Томулайнену часто приходилось останавливать машину по их сигналу, чтобы дать дорогу черным
