Малышка Софи
София задумчиво проводит рукой по подоконнику. На её пальцах остаётся чёрный налёт – подоконник пыльный. Она только что приехала с кладбища. Ей кажется, она не успела толком попрощаться, сказать то, что хотела сказать.
Вообще-то, все зовут её не София, а Софи, с ударением на “и”. Куда и когда делось “я” – неизвестно. Наверное, само отсеклось в процессе жизни.
Софи прожила долгую жизнь. Сейчас ей почти шестьдесят.
“Малышка Софи…” – когда-то звал её бывший муж. Но где он сейчас?
Она медленно обводит взглядом комнату. Она залита солнечным светом. В ней ничего не изменилось – все те же бледно-жёлтые обои с узорами, ковёр на стене и продавленные кресла. Софи видит, как она, ещё совсем маленькая, залезает к отцу, сидящему в кресле, на колени и просит поцеловать её в глаза. Сначала в левый, потом в правый.
Это дом её родителей. Мать умерла давно. А отец только три дня назад.
“Теперь очередь за мной…” – думает Софи.
Но у неё ещё есть время. Она это точно знает. Немного, но есть. Она решила, что это время она проведёт здесь, в доме родителей. В своём доме.
Софи подходит к полке с фотографиями. С одной из них на неё смотрит большеглазая и большеротая девочка – очень похожая на неё, но это не она, это её сестра – тоже София, Соня.
Соня умерла, когда той было пять лет. От какой-то неизвестной болезни, – врачи так и не смогли поставить диагноз. Софи тогда ещё и в помине не было. Но когда она появилась, мать взглянула на неё и сказала: “Это наша Сонечка вернулась!”
Где-то в прихожей скрипит половица. Софи вздрагивает.
“Старый дом, – успокаивает она себя. – Просто старый дом”.
Она идёт в свою комнату и достаёт из чемодана альбом с бумагой, карандаши, акварель.
Всю жизнь она мечтала рисовать. И всю жизнь откладывала на потом.
Она садится за стол и смотрит на пустой лист бумаги. Сразу кисточкой или сначала карандашом?.. Как страшно сделать первую линию!..
“Топ-топ-топ…” – слышит она из коридора мелкие шаги – шаги детских ножек.
“Старый дом, – успокаивает она себя, – старый дом”. Но идёт на всякий случай в коридор, проверяет, закрыта ли входная дверь. Закрыта.
Теперь ей не до рисования.
“Сначала надо сделать обед!” – думает Софи и берётся за приготовление еды.
Когда она возвращается, карандаша – того, которым она хотела сделать первую линию, на столе нет.
Софи морщит лоб, пытаясь вспомнить, куда она его положила.
“Ладно, буду рисовать завтра”, – думает Софи, ложится на кровать и берёт в руки книгу. Книга очень увлекательная – о приключениях женщины-археолога в горах Колумбии.
“Топ-топ-топ, – слышит она из коридора. – Топ-топ-топ”.
Шаги замирают на пороге её комнаты, раздаётся скрип половицы.
Сердце Софи сжимается от страха.
– Соня?.. – зовёт она сдавленным голосом. – Это ты?
Шаги быстро удаляются прочь. В доме становится тихо. Софи натягивает одеяло на нос и жадно впивается глазами в строчку. Потом в другую, третью.
“Читать, читать, не отвлекаться!” – командует она себе и погружается в полный опасностей мир книжной героини. Героине приходится туго, но Софи спасена!
Вечером Софи идёт на кухню делать чай и с удивлением находит потерянный карандаш в пустой кастрюле.
– Зачем и когда я его сюда положила? – произносит вслух она и слышит за спиной весёлый детский смех.
Софи роняет карандаш на пол и закрывает глаза.
“Самое главное – не оглядываться! Самое главное – не оглядываться!” – говорит она себе.
Смех затихает.
Она аккуратно поднимает с пола карандаш и медленно, очень медленно, поворачивается. Кухня пуста.
Кажется, Софи опять готова рисовать. Она медлит. С чего начать?..
– Тук-тук-тук! – слышит она стук во входную дверь.
– Кто там? – спрашивает она и выглядывает в соседнее с дверью окно.
Но перед домом никого нет.
Софи находит в шкафу старую мамину шаль, кутается в неё и садится в кресло, поджав ноги.
– Тук-тук-тук!
Но Софи не шевелится.
– Бум-бум-бум! – звук становится все яростней и
