— вон сколько всего мыть предстоит. И не только. В мои обязанности входила любая помощь, о которой попросят. Ничего, я не из белоручек.
Когда рабочий день уже закончился и все разошлись, я вышла в зал чтобы всё проверить и закрыть. Так как заходила через чёрный ход, в этом помещении оказалась впервые. Сердце пропустило удар. Это было лёгкое чувство дежавю.
Множество круглых столиков с расписными скатертями, милые букетики на столах и множество высоких цветов по бокам от входа — всё это напоминало мне о «нём» и о дне, с которого начались мои беды.
— Вы превосходно выступили, Виктория, — темноволосый мужчина поцеловал мою тыльную сторону кисти.
— Спасибо, — я поклонилась и присела рядом с отцом.
Я не помнила, как подошла к роялю, как села за него и начала играть. Наверняка мне нельзя было и близко к нему подходить, но запах музыки манил меня, как мёд пчелу.
Пальцы медленно перебирали клавиши, мелодия тихо лилась из лакированного рояля, слёзы подступали к глазам. Музыка успокаивала, дарила наслаждение и душевную радость. Когда я играла эту грустную мелодию, становилось легче, а на губах появлялась улыбка.
— Умеешь играть?
Я резко обернулась. Высокий худощавый молодой человек с длинными убранными в хвост волосами стоял неподалёку, скрестив руки на груди.
Не может быть! Роман?!
— Вика, играй чуть мягче.
— У меня нет настроения, — вздохнула я. — Сегодня мамина годовщина.
Роман хотел было что-то сказать, но замолчал и повернулся к пианино.
Легко, плавно, с чувством вытанцовывался вальс Крейслера — «Муки любви». Отрывисто и мягко пальцы касались клавиш. Я несильно закачалась из стороны в сторону, слёзы высохли, а губы расплылись в грустной улыбке. Всегда любила наблюдать за игрой друга, за быстрыми длинными пальцами и рвением передать смысл мелодии людям. Но никогда не любила последние ноты, ведь они значили конец виртуозной игры.
— Ну что, продолжим?
Я взяла скрипку в руки и кивнула.
Резко и чётко, не давая воли истинным чувствам, полились звуки. Мягко и нежно, грозно и быстро, смешивая все цвета вместе, направляла она смычок. Роман изредка поглядывал на меня, подстраиваясь под выбранный ритм.
Пауза — поправила прядь, чуть наклонилась — сложное место великолепно удалось, беглый взгляд в окно — волнение — лишняя нота, воспоминание об аварии — сбитый ритм. Я закусила губу и взглядом показала молодому человеку продолжать.
— Вфух! — выдохнула, когда закончила игру. — Полегчало даже.
— Я рад, честно, но эту ошибку в конце ты повторяешь не первый раз, — ехидно ухмыльнулся аккомпонист.
— Да, я тоже её заметила.
Я кивнула. «Конечно, умею, ты ведь сам меня учил».
— Сыграешь что-нибудь повеселее?
Пожав плечами, я коснулась пальцами клавиш, на секунду задумываясь, что буду играть. Наверное, мой любимый вальс. Тот, что ты так часто играл мне. Тот, с которым мы не раз выступали.
— А на чём-нибудь ещё умеешь? — задумчиво почесал подбородок Роман по окончании мелодии.
На секунду мне показалось, что он узнал меня, но это странное чувство быстро испарилось. Я — парень. Парень с почти скрывающей глаза причёской, цвет волос другой, да ещё и очки — нет, не должен.
Жестами показала игру на скрипке. Роман кивнул и подозвал меня за собой. Я встала и покорно последовала за ним. В кабинете, таком уютном, соответствующим его характеру, отыскалась скрипка.
— Удиви меня.
Удивить тебя?
Как я могла удивить того, кто знал все мои партии, кто знал мой стиль и манеру игры? Задачка предстояла не из лёгких.
Ты ведь не знаешь мою новую технику?
Я довольно улыбнулась и взмахнула смычком, подперев скрипку подбородком. Ярко и отрывисто, подражая знаменитой Ванессе Мэй, запела моя «Дьявольская трель». Я держалась её стиля, поэтому Роман точно не сможет устоять. Молодой человек удовлетворенно кивнул. Я знала, что ему понравится.
— Твоя игра ностальгически на меня подействовала. Похвально, — Роман вздохнул и скрестил руки на груди. — Ладно, а теперь по домам.
* * *
Через несколько дней меня вызвали на работу ещё до открытия ресторана «Рико».
«Неужели мною недовольны и хотят уволить?» — испуганно подумала я, прочитав сообщение. — «А может им не нравится, что я им свои документы не показала? Может боятся, что я… А что я?»
Мне, конечно, было только на руку, что ни паспорт, ни медицинскую книжку не потребовали (а ведь это важно должно быть, ведь я всё-таки на кухне работаю), но волнение охватило с головой. Терять такую работу я не хотела — на данный момент она меня устраивала во всех отношениях. А дальше. На счёт «дальше» я даже боялась думать.
До ресторана дошла быстро, по дороге немного успокоившись. Ладно, как будет, так будет — главное не попасться «этому». Но всё равно, даже стоя перед крыльцом, меня пробирала дрожь. Я вдохнула побольше воздуха и робко вошла.
За столиком у сцены сидели Борис, Роман и красивая длинноногая шатенка в стильных очках.
— Виктор, для начала, позволь тебе представить нашего администратора. Вся красота, что ты видишь — это заслуга нашей очаровательной Полины, — начал разговор Роман, вежливо показав на девушку.
Со вновь нахлынувшим волнением я робко стояла перед этой троицей, но мне тут же предложили присесть. Борис вскользь отметил, как я хорошо справляюсь со своими обязанностями. Мне было приятно это услышать, ведь я действительно старалась. А потом разговор перешёл в неожиданное для меня русло…
— Роман все уши нам прожужжал, что ты музыкант. Давай, проходи на сцену, а мы послушаем, какой ты талант, — широко улыбнувшись, сказал Борис. — Может, тарелки не знают, чьи руки их моют?
Странное предложение и неожиданное. Я посмотрела на своего друга. Узнал? Да нет, вроде бы, — вон, как сидел, так и сидит, снисходительно махнув в сторону. Что ж, я кивнула и поднялась на «сцену». Сейчас нужно сосредоточиться и сыграть всё в лучшем виде. Вытерев потные ладошки, я повторила то, что недавно играла другу. Полина с прищуром наблюдала за мной, временами поправляя оправу, Борис просто смотрел, а Роман хитро улыбался.
— Действительно хорошо. Думаю, остальные согласятся, чтобы ты играл вечерами, — немного посовещавшись с мужчинами, вынесла вердикт девушка. — Пока можешь идти. Роман решит, когда тебе можно будет выступать.
Я поклонилась. Мужчины подмигнули мне и показали большие пальцы вверх. Что ж, похоже, мне начинает везти.
* * *
Прошло чуть больше недели со дня, когда я стала работать музыкантом в «Рико». Обычно играла сольно или дуэтом с Романом. Иногда, когда у него были выходные, скрипачу Виктору позволяли играть и на рояле.
Сегодня отпустили
