(как вода) заполнить собою объем предстоящих ему супротивников.
Он был лёгок как пёрышко; но – левой стопой ноги (невидимой из-под плаща) он коснулся голени одного из охранителей (как кувалдой по фанере) – кость ослепительно (как сырая морковь) хрустнула!
Коротконогий Олег всё ещё продолжал взглядывать и начинать говорить что-то несущественное (обнажая мелкие зубы, его рот распахивался для ответа окрикнувшему); мышцы груди ещё только давили на легкие, слова ещё только закипали в гортани – всё было медленно, по человечески медленно; но!
Боль от раздробленной голени – ещё не успела парализовать человека (даже осознана не была); но – маленький «бог» (явившийся сокрушать «себе подобных») тоже оказывался не слишком-то быстр! Правая рука Стаса точно так же медленно (хотя – иначе медленно) вместе с клинком уже (тягостно – сквозь реальность) взлетела.
Взлетев, тупая сторона тяжелого клинка встретилась с нижней челюстью охранителя и вдребезги ее расплескала.
Стас протянул левую руку (как бы слегка удлинившуюся) и – двумя пальцами взял (пронзив мышечный каркас) коротконогого за трепетный кадык; но – всего лишь слегка сдавил. После чего он молча (ибо – проговаривать слова было невыносимо медленно) повторил:
– Только происшествие на Сенной. Имя того, кто отдал конкретный приказ.
Имя? – мысленно удивился коротконогий.
– Да, – подтвердил Стас.
Но даже молчаливые слова – были слишком медленны. Медленней, чем удары сердца в груди низкорослого. Медленней, чем студеная боль, настигающая телохранителей.
Поэтому (пока Стас молча произносил их) – один из поражённых им жлобов (уже) сосредоточился – на раздробленной голени, другой – на разлетевшейся челюсти; мед-лен-но; но – кто-то из группы за спиною коротконогого (пока не досягаемый) принялся нашаривать подмышкою кобуру.
Которой на месте не оказалось: всё же полицианты побывали, надобно было предстать; более того – все движения бандиты были прямо-таки невыносимо тягучи и тягостны (реальность сопротивлялась), но – всё переменилось, как только Стас скользнул меж тягости вещей (и толкотни корпускул).
Причём – вправо и вбок; причём – он сразу же прошел между слабо (под его пальцами) похрипывающим Олегом и тем из субъектов, что (вместе со своей расплесканной челюстью) начинал мычать и опускаться на пол.
Волоча Олега за собой, Стас шагнул – дальше и дальше, и приблизился к недосягаемой группе! Впрочем – скользил он недостаточно быстро: коротконогий очень мешал; тогда – Стасу пришлось задержаться.
Ласковым касанием рукояти клинка он лишил своего невольного спутника сознания; причём – не совсем убил, а решил пока просто оставить его на полу (для последующей беседы); но – к остальным у него вопросов не было.
Стас обернулся (причём – недостаточно быстро: сопротивлялись и материя, и не вполне подвластное время; оставленный Олег обустраивался на полу (где – в позах эмбрионов – обвились вокруг своей боли оба его телохранителя).
Время! Его – не было; что данный феномен взаимен (III закон Ньютона) – открылось тотчас: теперь времени не было у Стаса.
Тот громила, что бессмысленно нашаривал оружие, уже метнулся за ним в раздевалку. Ещё двое швырнули себя к Стасу (то есть – приказали себе, а пока что тела запоздали); ещё трое (в коридоре последние) остались на месте, умело не создавая давки; и – тогда Стас решил опередить своё зарычавшее сердце.
Он прыгнул сквозь – тягость пространства, он юлой крутанулся в загроможденном коридоре; его рука – вновь (и сама по себе, и – по приказу) взлетела; его клинок – перерубил переносицы обоим нападавшим.
Мертвые ещё не поняли, что умерли, а он уже шагал меж них к остальным; он (на своем пути) легчайше задел одного из убиенных (того, что был слева) «хрупким» плечиком; но – словно бы тараном о былинку.
Очередной (ещё не осознавший себя мёртвым) труп – отлетел как тополиная пушинка и (глыбою своей) сшиб добиравшегося до оружия бандита; а из перерубленных переносиц остальных – (только-только) плеснули кровь и мозги; но – Стас уже был далеко (почти не запачкался).
Прежде, чем сердце успело ударить, он убил ещё двоих. Полностью провернувшись вокруг земной оси (или наоборот: весь «этот» птолемеев – всего лишь трехмерный – глобус крутанув вокруг себя), он рассек бандитам гортани; но – третий находился гораздо дальше, за спинами новопочивших.
Стас его не достал: тот оказался более чем быстр. Стас получил мощный выплеск кулаком, причем – в область сердца (очень непростой выплеск); но – Стас принялся глотать свое сердце и давиться им (но-но-но)!
И уже в падении он швырнул клинок.
И только тогда убиенные стали обмякать. Стали падать, и очень скоро (здесь время совсем перестало подчиняться Стасу) полностью загромоздили коридор; в свой черед Стас (всё ещё сохранивший «себя в себе») упал только тогда, когда смог убедиться, что брошенный им штык надежно отыскал свою цель.
И упал еще один человек (ошеломленный тяжестью того тела, что швырнул в него Стас); но – оружие этот человек уже успел извлечь!
Оружия человек при падении не выпустил; но – не поэтому всё (для Стаса) окончательно изменилось! А вот почему: дверь офиса (словно бы истаяв) распахнулась, и вышел из нее человек совсем другой.
Который вовсе не обмер при виде залитого кровью коридора. К тому же – в раздевалке вооруженный бандит сделал первую робкую попытку выбраться из-под рухнувшего на него трупа.
Человек из офиса роста был среднего, круглолиц и рыжебород (настолько, что в глазах его, от рождения темнокарих, виделись проблески стали); одет был человек в дешевое линялое трико и выцветшую футболку-хаки,
Причем – ноги его были босы; причём – его присутствие для сердца Стаса (якобы зрячего) явилось ошеломляющей неожиданностью. Причём – (не промедлив ни удара сердца) рыжеродый на Стаса прыгнул, собираясь ступнями раздавать ему грудь.
Упавший Стас – (падший демон) лежал не на полу, а на одном из упавших раньше него трупов; в этот миг вооруженный бандит в раздевалке освободился и стал подниматься; в этот миг рыжебородый обрушился (обеими ногами и с хрустом); но – обрушился уже на труп. Поскольку Стас откатился в сторону.
Рыжебородый (на всё так же хрустящем трупе) покачнулся; но – устоял и (совсем утвердившись) тотчас как бы «приподнялся над прахом» и опять атаковал Стаса обеими
