Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 177
Но прежде всего потому, что эти системы вокруг Нового Орлеана – а контроль за их состоянием после разливов Миссисипи в 1927 году постепенно все в большей степени переходил к федеральным властям и инженерным войскам армии США – были в удручающем состоянии и вполне ожидаемо не выдержали напора стихии. Неспособность или нежелание содержать их в порядке дали краткосрочную финансовую экономию, но в итоге привели к ужасающим последствиям.
Почему более тысячи человек, в том числе пациенты лечебных учреждений, малоимущие и пожилые люди, погибли в Новом Орлеане непосредственно во время стихийного бедствия? И почему уже после урагана многие (их число так и не удалось установить точно) продолжали страдать и умерли из-за того, что им перестали оказывать медицинскую помощь? Причин тому множество. Слишком поздно отданный мэром приказ об эвакуации. Отсутствие необходимого количества автобусов и водителей, чтобы вывезти из города людей, не имеющих собственных автомобилей. Упорное нежелание покинуть Новый Орлеан со стороны многих людей, способных сделать это самостоятельно. Плохая координация спасательных мероприятий. Путаница и неразбериха, а также бюрократические игры в кабинетах власти на разных уровнях. Плохая связь, а порой и полное ее отсутствие из-за технической несовместимости используемых систем. А также то, что многие больницы и дома престарелых не были эвакуированы еще до урагана. Не были вложены деньги в создание в них резервных систем электро- и водоснабжения, достаточно качественных и надежных, чтобы продолжительное время работать в условиях чрезвычайной ситуации. Еще одним фактором стали страхи перед возможными вспышками насилия и беспорядков, которые привели к приостановлению спасательных операций. При этом довольно скоро стало ясно, что эти опасения были чрезмерными и не соответствовали действительности. Тем не менее эти страхи во многом усугубили случившуюся трагедию – например, когда те, в чьи обязанности входила борьба с последствиями удара стихии, получали инструкции оставить свой пост из соображений собственной безопасности, как медики, работавшие на стадионе «Супердоум». «Большинства самых ужасных преступений, о которых сообщалось в то время, на самом деле не было», – написали в своем расследовании репортеры газеты «Таймс-Пикаюн», получившие, как и ряд их коллег, Пулитцеровскую премию.
Хотя в городе действительно было совершено несколько убийств и других насильственных преступлений, слух о бандах убийц и «зомби», который пустил местный телеканал и который через операторов спасательных лодок дошел до обитателей Мемориала, позже был назван безосновательным. Что же касается время от времени возникавшей в городе стрельбы, то она, скорее всего, велась не по спасателям, как утверждали некоторые. Вероятнее всего, новоорлеанцы, находившиеся в отчаянном положении, хотели выстрелами в воздух дать о себе знать спасателям, как-то привлечь их внимание.
Расследуя слухи об обстрелах спасателей, журналисты начали вскрывать реальные и весьма тревожные свидетельства нападений белых линчевателей на безоружных афрокамериканцев после урагана, случаев полицейского произвола, подозрительных перестрелок, а также попыток замять эти происшествия.
Что же касается неспособности властей адекватно реагировать на разразившийся кризис, в ее основе лежало отсутствие у них целостного восприятия ситуации – то есть объективного и полного представления о том, что именно происходило и как следовало действовать в сложившейся обстановке. И это при многолетних опасениях, что события могли пойти именно по такому сценарию. Об этом, в частности, написала «Таймс-Пикаюн». Не случайно аналогичная модель была положена в основу учений «Ураган «Пэм».
Все эти глобальные слабости и несовершенства наложились друг на друга в Мемориале, создав картину «конца света в отдельно взятом медучреждении», когда одновременно отказало все: и инфраструктура, и техника, и люди. И все же и в такой ситуации были отмечены случаи настоящего героизма.
Сценарий, по которому разворачивались события, был хорошо знаком всем, кто так или иначе изучал опыт чрезвычайных ситуаций. Инфраструктурные системы в подобных случаях подводили всегда, а реакция официальных властей неизменно была слишком медленной. Особенно много проблем возникало в вопросах координации и связи. Американцам пришлось признать, что многое из происходившего в других странах распространялось и на них тоже. Но увидеть воочию, что дело обстоит именно так, для многих из них стало настоящим шоком.
Вопросы жизни и смерти в первые часы стихийного бедствия обычно решались в зависимости от того, как были к нему подготовлены власти и население, от наличия необходимых ресурсов, а также от умения граждан, имеющих возможность спастись самостоятельно, помочь самим себе и тем, кто находился рядом. Лучше всего проявили себя те, кто не тратил время на пассивное ожидание помощи. В конечном итоге в ситуациях, когда целые инфраструктуры и системы борьбы с чрезвычайными ситуациями рушились или не действовали, самым важным краткосрочным положительным фактором становились действия рядовых граждан.
* * *
Целый поток электронных сообщений и телефонных звонков в поддержку Поу хлынул к ней домой и в офис Симмонса. Арест трех женщин-медиков произошел уже после вечерних выпусков новостей, но на следующий день это событие получило широкое освещение в СМИ Нового Орлеана, США и, пожалуй, всего мира. Газетные статьи сопровождались черно-белыми снимками арестованных, вызывавшими жалость и сочувствие. Телеканал Си-эн-эн пустил в эфир почти всю пресс-конференцию генерального прокурора Луизианы. Оживленная дискуссия развернулась на сайте местной газеты «Таймс-Пикаюн». Авторы большинства комментариев были на стороне медиков.
«Уверен, что, если бы я находился в такой ужасной больнице при температуре более 100 градусов[6], страдая от боли, я бы тоже предпочел, чтобы меня отключили», – написал некий Тимоти из Лулинга, штат Луизиана.
«У меня есть один вопрос к членам семей тех пациентов, которые умерли в Мемориале (сейчас, я уверен, они судятся с больницей). Где же находились вы? Вас явно не было рядом с вашими обожаемыми близкими в этой больнице, отрезанной от мира наводнением», – возмущался медбрат Марк из Метейри, штат Луизиана.
А вот выдержка из поста некоего А. из Нового Орлеана, пожелавшего остаться неизвестным: «Вместо того, чтобы арестовывать трех женщин-медиков за якобы совершенное ими убийство, нам следовало бы судить представителей властей – местных, на уровне штата и федеральных – за те ужасные события, которые произошли».
Дж. Найсис из Нового Орлеана пошел еще дальше: «Наслаждайтесь видеозаписями вашей пресс-конференции и работой фотооператоров, мистер Фоти. Но я вспомню об этом, когда вы решите переизбраться в следующий раз».
Впрочем, не все участники обсуждения сочувствовали Поу и медсестрам. Вот, например, выдержка из поста Д. М. Эдвардса из Марреро, который, по его словам, тоже работал в одной из больниц Нового Орлеана во время урагана и наводнения: «Наша главная цель состоит в том, чтобы помогать пациентам, а не убивать их, если нам показалось, что так для них будет лучше».
Настоящие дебаты развернулись в медицинском блоге
Ознакомительная версия. Доступно 27 страниц из 177
