Антракт - Ольга Емельянова

Впервые я пошла на свидание в возрасте десяти лет с соседом с нашего двора. Это был очень красивый мальчик, похожий на маленького Сергея Есенина. Разочарование в ухажере меня постигло уже по дороге в кино: из протянутых мной монеток для оплаты проезда в трамвае в размере шести копеек он выбрал две монетки по копейке, опустил их в кассу и оторвал два билета. При этом он хитро посмотрел на меня в ожидании получить восторженный взгляд за находчивость. Но получил в ответ недоуменный и презрительный взгляд. У меня хватило женского терпения не повернуться и в тот же момент гордо удалиться: в кино мы все же сходили. Но, кажется, мы оба остались недовольны друг другом. По крайней мере, это было наше последнее свидание.

Я ехала в трамвае устраиваться после института на первую в своей жизни работу. Людей в трамвае было немного: территория его просматривалась полностью. Передо мной возникла фигура. Фигура была внушительная, имела пышную шевелюру пшеничного цвета и осознанный заинтересованный взгляд. Я, конечно же, была сама невозмутимость и независимость, но выходить из трамвая мне не хотелось. Вышли мы на одной остановке и зашли в одно здание. Через некоторое время мы оказались коллегами. Был длительный процесс присматривания, сначала заинтересованных, а потом – влюбленных взглядов. То, что влюблена, я поняла очень скоро.

Кажется, объяснений не было, но как-то сразу нам обоим стало все понятно. Наши романтические чувства крепли. Не было дня без встречи. Если мы были на разных территориях, то обязательно говорили друг с другом по телефону. Сергей был большим франтом, и, зная мою любовь к нарядам, непременно интересовался, какое платье на мне надето. Я ловила каждое его слово и взгляд. От его внимания я просто летала на крыльях! Мои желания материализовались, не успев сформулироваться. Я ему в шутку говорила: «Сережа, ты – не Сережа, а подарок к 8 Марта». Мы не скрывали своих чувств, и наш дружный коллектив с пониманием относился к ним. По крайней мере, на всех мероприятиях место около меня не занималось: оно – для Сережи.

Долгое время о нашем романе мне напоминали бабочки, которых мы вместе с ним рисовали в моей ванной комнате. Причем, обмолвилась я о своем желании вскользь, а вскоре им были принесены трафареты, краски и придумана технология, как этот «шедевр» увековечить.

Пришел момент, когда чувства переполнили нас. После первого бурного объяснения он сказал: «Идем к твоей маме, все ей расскажем. Я хочу быть с тобой всегда». Мне стало страшно и за себя, и за его жену и сына. И за него. Гипертрофированное чувство ответственности сыграло со мной злую шутку: а вдруг я не смогу его сделать счастливым… Мой страх был так велик, что он запнулся на полуслове и никогда больше к этому разговору не возвращался. Тогда, вероятно, и был сделан его выбор. Мы еще некоторое время работали вместе, затем почти одновременно ушли. Изредка мы встречались, но, наверно, с целью отвыкания друг от друга.

Спустя много лет, с разрывом в несколько лет, мы дважды встретились с ним в метро, но в один календарный день: 8 марта. В первый раз мы узнали друг друга, но, поздоровавшись, разошлись. Вторая встреча произошла недавно, поздним вечером, на станции метро Площадь Ильича. Я отметила, что одиноко стоит утомленный сгорбившийся человек. На франта он совсем не похож: одежда ему просто служит защитой от ненастий. Наверно, и я не выделялась из толпы, потому что даже мимолетного взгляда не было брошено в мою сторону. Ох уж, наши комплексы! И почему бы ни подойти к нему и ни сказать: «Здравствуй, Сережа! Вот мы и встретились. И прошло-то всего тридцати лет…»

Первый человек, которого я встретила в свой первый рабочий день на новом месте, был Сергей. Мы столкнулись с ним на тесной лестнице. На его вопрос, по какому вопросу я сюда забралась, я ответила, что теперь буду здесь работать. «Даааа?» – удивленно протянул он. «Ну, а я – зам. начальника центра». На управленца он совсем не был похож: задорный взгляд, загорелая физиономия, высоко закатанные рукава рубашки, обнажающие крепкие загорелые руки. И ладони работяги. И жар от него шел как от печки. Причем, от печки, в которой пекутся вкусные пирожки. Был он для всех своим парнем, первым балагуром и заводилой на вечеринках.

Долгое