чуть не выплеснула все пиво на землю.
– Никак. Просто написала «привет», – Таня взяла у меня стакан, протянула свою сигарету.
Я тут же затянулась, почувствовала, как в горле развязывается узел, – мне нужно было услышать что-то об Алисе.
– Она не чувствует левой руки, – сказала Таня, и только тут я поняла, что ее непринужденность – такая же маска, как и макияж.
Будто подтверждая мои мысли, Таня опустила голову, и я поняла, что вот теперь, не в метро, она упадет по-настоящему. Я вскочила, обливая себя пивом, и подхватила ее, удержала на ногах.
– Таня-Таня, ты чего, – мне пришлось наклониться, чтобы шептать ей в ухо.
Слева кто-то засмеялся. Я не обратила внимания, сжала Таню крепче. Ее плечи задрожали.
– Сядь, – я повернула ее спиной к стене, осторожно усадила на скамейку.
Сигарета обожгла пальцы – я ойкнула, отбросила ее в сторону. Все чаще и чаще сигареты ломались у меня в руках, вылетали недокуренными. Наверное, это был знак.
– Таня? – Я подняла ее голову, посмотрела в залитые слезами глаза. – Таня?
– Все в порядке, – соврала Таня.
Я села рядом с ней, прижала ее голову к своей груди и почувствовала, как вибрирует ее телефон.
– Что там?
Таня осторожно приподняла голову, повернула телефон так, что нам обеим стал виден мигающий экран с надписью: «Алиса».
– Ну, бери же, – я потянулась к телефону, потому что Танины пальцы явно ее не слушались.
Вдруг она нажала на зеленый значок, поднесла телефон к уху. Я чуть повернула голову и тут же услышала тихий голос:
– Тань, привет.
– Привет, – Таня всхлипнула.
Я вытащила из кармана сигареты, осторожно переложила пачку в правую руку, губами вытащила сигарету. Алиса что-то говорила, а я, будто во сне, пыталась провернуть колесико зажигалки. Скр-скр-скр. Таня рассмеялась – она успокоилась так внезапно, что я вдруг почувствовала себя неловко. Мы сидели обнявшись, ее голова почти лежала на моих коленях, и вот Таня смеялась, говоря по телефону. Я попыталась осторожно подняться, подтолкнула Таню, но она только сильнее прижалась ко мне.
Я сдалась, закурила и стала прислушиваться к разговору.
– Все будет хорошо, – сказала Алиса. – Я уже на следующей неделе пойду в школу.
– Тебя же можно навестить? – спросила Таня.
Я оглянулась на хлопнувшую дверь бара и не расслышала Алисин ответ.
Таня сказала:
– Хорошо, ты только пиши, пожалуйста, как все пройдет.
Я захотела что-то добавить от себя:
– Тань, можно я?
Таня сказала:
– Алис, тут с тобой Ана хочет поговорить.
Я забрала у нее телефон, поднесла к уху и тут же услышала Алисин голос:
– Привет, Ана.
– Привет, Алиса. Ты как себя чувствуешь? – Я совсем не знала, что говорить.
– Ху-е-во…
Несколько секунд мы молчали.
– Я хочу, чтобы у тебя все было хорошо, – сказала я наконец.
– Спасибо, Ана. Мне пора, – я услышала приглушенные голоса на другом конце.
– Пиши, пожалуйста!
Я вернула Тане телефон.
– У нее сейчас операция будет, – сказала Таня, убрав телефон в карман.
– Какая? – Я почему-то была уверена, что все уже позади.
– Я не очень поняла. Что-то с перекрытием вены, кажется, – Таня все еще прижималась ко мне, но теперь вывернулась и смотрела мне в лицо.
– Все будет хорошо, – сказала я – повторила за мамой: все будет хорошо.
– Ты очень красивая, – сказала Таня и улыбнулась.
Она провела пальцем по моей челке, потом, видимо, заметила, что я нервничаю, и осторожно выпрямилась, села рядом.
– Хочешь? – Она протянула мне свой стакан пива, который каким-то чудом пережил наши перемещения.
– Спасибо, – я сделала несколько глотков и даже зажмурилась – все-таки мы правильно сделали, что пошли именно сюда.
Не то чтобы я очень люблю выпить, даже наоборот. Вкус алкоголя мне не нравится. Но я не из тех людей, которые пьют просто за компанию. В некоторые моменты очень хочется почувствовать себя взрослой, а алкоголь – это самый простой способ. Ты пьешь, и пружины в голове медленно разжимаются – и начинаешь чувствовать себя свободнее, сильнее. Пиво в этом смысле гораздо лучше сигарет. От сигарет я уже совсем не расслаблялась.
– Ты думала про Алисин квадрат? – спросила Таня.
Я кивнула.
– Я тоже, – Таня достала телефон, открыла галерею. – Весь день подбирала, но ничего не вышло…
На экране телефона возникли уже знакомые буквы.
– Может быть, там просто случайные знаки? – спросила я.
– Может быть. Но только вот стала бы она просто так?..
Таня сосредоточенно водила пальцем по экрану. Я почувствовала, что она снова хочет провалиться. В ее лице появилась суровая уверенность – глаза зигзагом метались по фотографии.
– Сигарета? – спросила я, кладя руку ей на плечо. Я знала, что это прикосновение будет для нее гораздо важнее сигареты, и все равно договорила: – Покури, успокойся. – Щелкнула зажигалкой.
– Я не понимаю, почему она решила покончить с собой, – сказала Таня после паузы.
– Я тоже не понимаю, – сказала я.
– Перебираю в голове все, что произошло, и пытаюсь разобраться, но ничего не выходит, – сказала Таня.
– О чем ты? Что произошло? – спросила я.
Таня задумчиво мяла сигаретный фильтр.
– Не важно, – сказала она наконец, – я просто перенервничала. Скажи, ты пытаешься бросить курить?
Я вздрогнула:
– Почему ты так думаешь?
– У тебя очень виноватый вид, когда ты куришь, – сказала Таня. – Если ты правда хочешь бросить, давай бросать вместе.
– У меня не получается, – сказала я.
– И у меня не получается, – сказала Таня. – Значит, надо попробовать вместе.
Я согласилась, потому что была уверена: если кто-то и сможет заставить меня бросить курить, то это будет Таня. Ведь именно она уговорила меня закурить в конце седьмого класса. До этого я была против курения, против запаха, против сигарет, но один получасовой разговор – и вот мы уже сидели у Тани на балконе и выпускали в небо серые клубы дыма.
– Все надо хоть раз попробовать, – говорила Таня.
У меня слезились глаза, и колени были засыпаны пеплом, но я сразу поняла, что теперь буду курить. Сидя на скамейке возле Бирмаркета, я пыталась вспомнить, почему это было так просто. Что за чувство так переменило мое отношение к никотину? Я не курила, а потом курила, а теперь снова не буду. Все просто.
– Начнем завтра, – сказала Таня, доставая новую сигарету.
Глава восьмая
Суббота, 16 сентября, вечер
– Может быть, что-нибудь с цифрами? – спросила Таня.
Мы все так же сидели возле Бирмаркета, но я уже убрала руку с ее плеча, и теперь между нами было несколько сантиметров прохладного воздуха.
– Это как? – Я держала перед собой телефон с открытой фотографией – растянутым на весь экран Алисиным
