телефона не было, такси она не вызывала.
— Поймала машину, на малой дорожке это легко сделать.
— Ну что ж, — Наташа встала, поправила брюки. — Значит, остались две гипотезы. Одна моя и одна твоя. В этом деле появляется машина и Зоин рабочий журнал. Вот с этим и будем работать. А сейчас пойдем пообедаем.
— Подожди, — остановил я ее. — На камерах должны быть видны проезжавшие по малой дорожке машины.
— Безусловно, вот это мы спросим у Цепы.
Глава 14
В столовой к нам подсел Пал Палыч. Если бы он не был лыс, то я бы написал «взъерошенный Пал Палыч». Таким озабоченным и беспокойным я его никогда не видел.
— Ну что? — спросил он без всякого приветствия.
— Ищем, — сказала Наташа, разминая в пюре кусочек масла.
— И какие успехи? — не унимался Пал Палыч.
— Мы доложим, когда работа будет закончена, — спокойно сказала Наташа, продолжая размешивать пюре.
Пал Палыч оглянулся, словно искал кого-то, потом наклонился к нам и горячо заговорил:
— Вы не представляете, как мне сейчас нужна Зоя. У меня вся работа встала, — тут он посмотрел на меня. — Алекс, это в первую очередь касается тебя. Мне важно знать, например, как реагируют теломеры на стресс. Это нужно контролировать каждый день. Возможно, придется начинать новый курс. А у нас в институте сплошные секреты, черт их дери! Это же безобразие, что ключевая лаборатория в руках одного человека. Я много раз говорил в дирекции, что нам срочно нужен второй лаборант. С Зоей и раньше могло случиться несчастье: болезнь, не приведи Бог беременность или что-нибудь подобное. А меня, грубо говоря, посылали куда подальше. Не будет второго лаборанта и…
— Это понятно, — спокойно сказала Наташа. — Что знают двое, знает и свинья.
— Ха, — казалось, что Пал Палыч сейчас захлебнется слюной. — Именно эту немецкую поговорку я услышал от вашего обожаемого Шефа.
— А вы его не обожаете? — спросила Наташа.
— Не придирайтесь к словам, — замахал руками Пал Палыч. — Неужели вы не понимаете, что сейчас в институте многие работы будут заторможены?
Он встал.
— Что говорить… Вы хоть скажите, есть шанс, что Зоя найдется?
— Обязательно найдется, — сказала Наташа. — Не волнуйтесь, Пал Палыч, через пару дней все вернется в норму.
— Вы бы видели лицо вашего Шефа, когда я ему рассказал о Зое, — Пал Палыч снова сел на стул.
— И что он сказал? — спросил я.
— Ничего он не сказал. Выругался, как последний сапожник, и пошел в кабинет Михалыча.
Пал Палыч наконец ушел, Наташа молча продолжала есть.
— Ты сказала пару дней? — спросил я.
— Я сказала это, чтобы он от нас отстал.
В это время одновременно звякнули наши телефоны. В сообщениях говорилось, что нас в два часа приглашают на совещание в кабинет Шефа. Сообщение было от его секретарши, в списке получателей кроме наших имен были еще Михалыч и Цепа.
— Вот там все и узнаем, — сказала Наташа и принялась за компот.
К нашему удивлению, Шеф был спокоен и сосредоточен.
— Сейчас главное, — сказал он, — не поддаваться панике и выработать план действий. Семен Михайлович, — обратился он к Михалычу, — поделитесь с нами последними новостями.
— Зоя находилась в квартире Алекса до десяти вечера, — начал Михалыч. — Потом она вышла на улицу и исчезла. Уличные камеры показали, что она не пошла ни в сторону метро Ленинский проспект, ни на юг в сторону Университетского проспекта.
— Как это исчезла? — удивился Шеф. — А из двора есть другой выход?
— Есть, — сказал Михалыч. — Есть выход на дорогу, которая ведет к Воробьевскому шоссе. Если перейти шоссе, то попадаешь в парк и там есть тропинка, ведущая к метро «Воробьевы горы».
— И почему она не могла пойти в ту сторону?
— Это очень маловероятно. Десять вечера, темный парк, Зоя не была очень храброй, вряд ли бы она решилась идти одна к той станции. Да и домой ей ехать по оранжевой ветке, зачем ей идти на красную?
— И какой вывод? — Шеф сцепил пальцы, переводя взгляд с Михалыча на Цепу.
— Скорее всего, она села в какую-то машину. Такси она не вызывала, телефонных звонков не делала. Цепа внимательно посмотрел записи с камер, — он наклонился к Цепе, — расскажи подробности.
Цепа откашлялся и начал:
— Ни на одной камере Зоя не появилась. В сороковом доме, где живет Алекс, камер нет и непонятно, в какую машину она могла сесть. Я несколько раз внимательно посмотрел записи камер с соседнего дома. По малой дорожке в это время проехало около десяти машин, но камеры направлены так, что хорошо виден тротуар, а от машин видны только колеса, да и то нечетко. Я заметил, что ровно в двадцать два ноль-ноль проехала «бэха». За ней почти сразу два «китайца». Потом, кажется, «Лада Веста», но в этом я не уверен. К сожалению, многие машины ехали так, что на камере были видны не колеса, а только шины.
— БМВ, — задумчиво сказал Шеф. — Да уж, все БМВ в Москве не проверишь.
— Не проверишь, — согласился Михалыч. — В Москве и Московской области около сорока процентов всех проданных в России БМВ. Это тысячи и тысячи машин.
Тут встала Наташа и попросила слова.
— Представьтесь, пожалуйста, — попросил Шеф.
— Наталья Николаевна Панкратова, заместитель Семена Михайловича. В настоящее время мне поручено вести оперативную работу по поиску Зои Александровны.
