Лев Толстой - Где любовь, там и бог

- Так и я говорю, - сказала старуха. - У меня самой их семеро было, - одна дочь осталась.

И стала старуха рассказывать, где и как она живет у дочери и сколько у ней внучат.

- Вот, - говорит, - сила моя уж какая, а все тружусь. Ребят, внучат жалко, да и хороши внучата-то; никто меня не встретит, как они. Аксютка, так та ни к кому и не пойдет от меня. Бабушка, милая бабушка, сердечная... - И совсем размякла старуха.

- Известно, дело ребячье. Бог с ним, - сказала старуха на мальчика.

Только хотела старуха поднимать мешок на плечи, подскочил мальчик и говорит:

- Дай я снесу, бабушка, мне по дороге. - Старуха покачала головой и взвалила c3e мешок на мальчика.

И пошли они рядом по улице. И забыла старуха спросить у Авдеича деньги за яблоко. Авдеич стоял и все смотрел на них и слушал, как они шли и что-то все говорили.

Проводил их Авдеич и вернулся к себе, нашел очкя на лестнице, и не разбились, поднял шило и сел опять за работу. Поработал немного, да уж стал щетинкой не попадать и видит: фонарщик прошел фонари зажигать. "Видно, надо огонь засвечать", - подумал он, заправил лампочку, повесил и опять принялся работать. Докончил один сапог совсем; повертел, посмотрел: хорошо. Сложил струмепт, смел обрезки, убрал щетинки, и концы, и шилья, снял лампу, поставил ее на стол и достал с полки Евангелие. Хотел он раскрыть книгу на том месте, где он вчера обрезком сафьяна заложил, да раскрылась в другом месте. И как раскрыл Авдеич Евангелие, так вспомнился ему вчерашний сон. И только он вспомнил, как вдруг послышалось ему, как будто кто-то шевелится, ногами переступает сзади его. Оглянулся Авдеич и видит: стоят точно люди в темном углу - стоят люди, а не может разобрать, кто такие. И шепчет ему на ухо голос:

- Мартын! А Мартын. Или ты не узнал меня?

- Кого? - проговорил Авдеич.

- Меня, - сказал голос. - Ведь это я.

И выступил из темного угла Степаныч, улыбнулся и как облачко разошелся, и не стало его...

- И это я, - сказал голос.

И выступила из темного угла женщина с ребеночком, и улыбнулась женщина, и засмеялся ребеночек, и тоже пропали.

- И это я, - сказал голос.

И выступила старуха и мальчик с яблоком, и оба улыбнулись, и тоже пропали.

И радостно стало на душе Авдеича, перекрестился он, надел очки и стал читать Евангелие, там, где открылось. И наверху страницы он прочел:

- И взалкал я, и вы дали мне есть, жаждал, и вы напоили меня, был странником, и вы приняли меня...

И внизу страницы прочел еще:

- Так как вы сделали это одному из сих братии моих, меньших, то сделали мне (Матфея 25 глава).

И понял Авдеич, что не обманул его сон, что, точно, приходил к нему в этот день Спаситель его и что, точно, он принял его.