Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 98
быстро возвращаюсь к машине, и мама протягивает мне телефон.
– Пожалуйста, не называй меня так вне дома, ладно?
Она улыбается.
– Это всего лишь ласковое прозвище. Кстати, поужинаешь сегодня одна?
Я киваю.
– Конкурс, – добавляет она, как бы все этим объясняя.
Я беру телефон и торопливо шагаю в школу. У выхода со стоянки, облокотившись на колонну, стоит Патрик Томас. Он улыбается, но больше это похоже на ухмылку. Я мечтаю стать невидимкой, но он видит меня. И какое бы решение он ни принял в эту минуту, его уже не изменить.
* * *
После второго урока Митч выходит за мной в коридор.
– Эй, я отправил тебе вчера несколько сообщений. Подумал, может, погуляем в воскресенье. Сходим в кино или еще куда. Круто было бы, конечно, в субботу, но тренер хочет посмотреть вместе фильм перед грядущим матчем.
Я не останавливаюсь. Митч хватает меня за руку.
– Кто твоя подружка, Митч? – кричит какой-то мальчишка из младших классов, сложив руки рупором.
– Мы не встречаемся! – рявкаю я в ответ.
Щеки Митча заливает краска.
Я выдергиваю руку, разворачиваюсь и двигаю в противоположном направлении, чувствуя себя при этом ужасным человеком. Но сегодня не мой день, и у меня не хватает задора подыгрывать ему и притворяться, будто у нас с ним может что-нибудь сложиться.
Впрочем, извиниться потом точно стоит.
– Уилл! – кричит он мне вслед.
Я не оглядываюсь. Заворачиваю за угол и слышу:
– О, привет, Пышечка! – смакуя каждую букву, издалека восклицает Патрик Томас, а потом, ухмыльнувшись, указывает мне за спину. – И Митч. Братишка. Наконец-то нашел себе даму по размеру!
Меня достаточно дразнили в жизни, поэтому я знаю несколько способов реагировать на насмешки. Плакала я всего раз, во втором классе, но сразу поняла, что слезы только раззадоривают обидчиков.
Люси всегда учила меня игнорировать хулиганов. Говорила, что они кормятся вниманием и, лишившись его, теряют интерес. Думаю, в целом это правда, но Патрик Томас из той породы мудаков, которые будут продолжать чесать языком несмотря ни на что, – ему просто нравится слышать звук собственного голоса.
Когда я решительно направляюсь к Патрику, на лице у него явственно читается изумление. А я представляю, как он похрюкивает, опираясь на машину Милли Михалчук. Вспоминаю тот миг, когда он придумал, что Аманда Ламбард похожа на Франкенштейна в своих ортопедических ботинках. Столкнувшись с Патриком Томасом, никто не готов постоять за себя. Даже Ханна Перес, а ведь она кремень. Если этот парень придумывает тебе прозвище, от него уже не избавиться. Но меня он звать Пышечкой не будет. Еще чего.
Патрик оказывается совершенно не готов к удару коленкой по яйцам. Он бледнеет, и выражение его лица меняется на глазах. Его вопли больше похожи на собачье тявканье. Я ошарашенно закрываю рот рукой.
Я в таком же шоке, как и он. Я ведь четко все себе представляла: подхожу к нему, грожу пальцем и высказываю прямо в лицо, что я о нем думаю. Но мое тело перехватило управление – запустился какой-то защитный инстинкт, заявивший: «Нет, мы этого не потерпим!»
Митч хватает меня за плечи и тащит за собой (к месту схватки начинают подтягиваться учителя), уводит в другой конец коридора.
Кажется, я накосячила.
Двадцать три
Мама в ярости. Мама просто убита. Мама еще много чего, но я уже перестала считать. Она так вцепилась в руль, что я не понимаю, почему ее ногти до сих пор не отклеились. Выйдя из кабинета мистера Уилсона, она направилась к гостевой парковке с такой скоростью, будто участвовала в гонке. Мне пришлось бежать, чтобы за ней поспеть.
Мы едем домой в тишине. Мама почти не замедляется, въезжая на дорожку перед домом, и едва не задевает ограду.
Я выскакиваю из машины, не дожидаясь, пока она припаркуется. А дома задвигаю за собой стеклянную дверь, хотя знаю, что мама идет по пятам, и плюхаюсь на диван. Вскоре Буян уже сворачивается клубком у меня на коленях.
– Ты под домашним арестом.
Мама никогда не сажала меня под арест. Никогда в жизни. И не шлепала в детстве. Вообще. Я не ангел, просто не делала ничего по-настоящему заслуживающего наказания.
Я бережно пересаживаю Буяна на подушку, прежде чем встать. Не хочу, чтобы ему досталось из-за нашей перепалки.
– За что?! – Мой голос гремит на весь наш маленький домик. – За то, что дала сдачи парню, который обозвал меня твоей ужасной кличкой?
Она обхватывает себя руками и качает головой. На висках у нее седина – раньше я не замечала.
– Ты раздуваешь из мухи слона.
– Мам, может, ты не поняла, но дело не только в дебильной кличке. Ты никогда не признаешься в этом вслух, но я-то знаю, что ты не можешь смириться с тем, что твоя дочь выглядит вот так! – Я бешено взмахиваю руками.
– О чем ты?
– Не притворяйся дурочкой! Это очевидно! Очевидно, когда ты врубаешь шоу о похудении, или рассказываешь о подруге, сбросившей целую тонну на очередной модной диете, или проводишь после работы ревизию гребаных продуктов, чтобы убедиться, что я не сожрала все наши чертовы запасы!
Подбородок у нее дрожит, но сама
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 98
