стягивать с Дениса штаны, другая – целовать пухлыми силиконовыми губами. Потом все танцевали лезгинку прямо на столе… Впрочем, этого Денис уже не помнил.
Глава 20
Московский гамбит
Он очнулся в одном из московских отелей. В самом центре столицы. Из окна можно было рассмотреть Кремль. Который, по мнению Заура, хотели купить американцы и распродать по кирпичам. Судя по виду Кремля, американцам это не удалось. По крайней мере, пока. Рядом с Денисом лежал телефон. Он почему-то был заряжен на 100 %, хотя зарядки в номере не оказалось. Видимо, в комнате, помимо Дениса, появлялись и другие люди. На полу валялись пустые бутылки из-под сургутской водки, на тумбочке стояла почти полная бутылка колы. Денис дотянулся до сумки и открыл замок. В папке, где ранее лежал контракт с «БурТеррой», появился еще один, подписанный Боратом. На точно такую же сумму. Денис зашел в список контактов, отыскал номер Кости и нажал кнопку вызова. В трубке послышались длинные, протяжные гудки. Костя ответил не сразу.
– Денис, ты на часы смотрел? – сонным голосом наконец спросил он.
– Нет, а что? – испугался Денис.
– А то, что еще шесть утра.
– Извини, я просто… Я тут загулял немного.
– Что стряслось-то?
– Мне нужно тебя увидеть.
– Не томи уже, говори. Все равно не засну ведь.
– Ты Бората с Зауром знаешь?
– Ну, знаю, конечно. Двух горцев, что нам рынок по ценам опускают.
– В общем, они подписали контракт на нанобуры, сразу на ваш объем и в вашей же спецификации. И если вы не заплатите…
В трубке возникло молчание. Костя, очевидно, думал, как быть. Идею Дениса он уже прекрасно понимал. Он знал, что оборудование получит тот, кто первый оплатит. Так был устроен этот непростой, но очень шустрый бизнес. По таким он жил законам.
– Говнюк ты, Денис! Вот что я скажу. Говнюк, и все.
– Извини, я не хотел, чтобы этим закончилось.
– Да ладно. Я все понимаю. Каждый выживает как может в этом непростом мире.
– Костя, у меня не было другого выбора.
– Сколько у нас еще есть времени, чтобы оплатить договор?
– Не знаю. Дай мне пару часов.
– Хорошо, нам нужно спешить с кредитом. Сейчас отправлю заявку финансистам и Федору позвоню, чтобы шевелился.
– Я напишу про время.
– Хорошо. Мы ждем.
Впрочем, на этом хорошие новости заканчивались. Сообщения, обнаруженные Денисом в телефоне, говорили о том, что его ищут все. Жена уже обзвонила все морги и больницы, Ксюша – всех известных ей тибетских йогов, которые уверяли, что Денис скорее жив, чем мертв, и даже стриптизерша Мила прислала несколько сообщений, в которых интересовалась, как его здоровье и помнит ли он о том, что должен ей кучу денег. И вдруг Денис поймал себя на мысли, что не знает, какие у него перед Милой долги. Он помнил про неприятную ситуацию, возникшую с ним в каком-то городе, но не мог толком сказать, в чем именно она состояла. Затем он вспомнил про врача с желтыми волосами и про то, что пропустил очередной визит, но память не сохранила сведений о том, как зовут этого самого врача и что конкретно он у нее лечит. Мысли словно имели конец, но не имели начала.
Все это было очень странно. Следовало спешить домой, пока он еще помнил свой домашний адрес и имя жены. Кто бы мог подумать, что пророчества и опасения женщины с желтыми волосами начнут сбываться. Он открыл сумку, вытащил несколько таблеток, швырнул их в рот и запил колой.
Отношения с Машкой, которые до этого случая были тяжелыми, почти окончательно разрушились. Жена перестала разговаривать с Денисом, вечерами запиралась с детьми в комнате и помогала им делать уроки. Спали они тоже теперь в разных комнатах. Пересекались лишь за завтраком, пытаясь не смотреть друг на друга. Конечно, им было тяжело, и оба не знали, как дальше жить вместе, но главное – как жить отдельно. Таким образом, и без того сложная жизнь Дениса стала еще сложнее.
И только лишь Джон был безмерно счастлив, получив платежи из России от двух компаний почти одновременно, благодаря чему его, казалось бы, подходящая к концу карьера получила новый импульс, а вместе с тем и новую жизнь. За счет российских контрактов Джон сразу перевыполнил план, получил награду от президента и даже сходил на собеседование в новый бизнес, которому нужен был руководитель.
Ситуация с памятью продолжала ухудшаться. Денис отлично помнил события, произошедшие когда-то, но почти сразу забывал все новое. Он мог легко назвать имена школьных друзей, но с трудом вспоминал, кто такая Ксюша и почему она хочет с ним срочно встретиться. Отношение к некоторым вещам если и не теряло смысл, то делало его крайне неопределенным и зыбким. Например, он помнил, что Мила – стриптизерша, которой нужны его деньги, но не мог понять, что плохого в том видео, где он абсолютно голый в кожаном шлеме размахивает резиновым членом. Это видео представлялось Денису крайне забавным, и он не считал, что его нельзя показывать другим. К тому же его удивляло само существование резинового члена. Поначалу он думал, что это взрослая игрушка, но со временем пришел к выводу, что игрушки предназначаются детям. А член, определенно, им был ни к чему, что сбивало с толку.
Расстраивать и без того несчастную Машку он не хотел. Боялся, что этого она уже не выдержит. Потому решил искать нового врача, так как с трудом помнил, как лечил его старый. А главное – где искать этого старого. К тому же Денис перестал понимать, от чего конкретно ему надо лечиться. Решение пришло внезапно – в столовой он встретил бывшую одноклассницу, которую не видел уже лет пятнадцать. Оказалось, что они работают в одной компании. Миниатюрную блондинку с пышным задом звали Юля, она была бухгалтером. Почему-то именно у нее он решил спросить про врача. Видимо, Юлю Денис отлично помнил, в отличие от новых знакомых.
– У тебя случайно нет врача? – спросил он, зачерпнув ложкой борща из тарелки.
– А что с тобой случилось? – рассеянно спросила она, поправляя сережку в правом ухе.
– Да пока неясно, обследоваться вот хочу. Состояния какие-то странные бывают.
– Ну, ты можешь сходить в поликлинику, там обследуешься.
Идти в поликлинику Денис не хотел, побаивался. На днях он услышал в коридоре разговор двух коллег. Один из них утверждал, что все врачи – продажные твари и что платная медицина – полное говно. Денис не знал, насколько верны эти два утверждения,
