полным правом посылаю своих героев (а с ними и читателей) к чертовой матери…
Нет, нет, простите невольную оговорку, – в метафизические миры, давно ставшие для меня настоящим местом обитания…
В миры, в которых не скучно, в которых почти все возможно…
В миры, которые выдают себя за посмертные, параллельные, магические, апокалиптические или постапокалиптические… а на самом деле…
Я ничего не навязываю моим героям, ничего не придумываю… я только наблюдаю за ними… И мне кажется, что гротеск и преувеличение в моих текстах не уводят автора и читателя в дебри бессмысленных фантазий, а наоборот, позволяют им окольными путями… приблизиться не только к настоящей реальности нового времени, к мироощущению нового человека, человека интернета, сериала, триллера, компьютерной игры, но и к обиталищу нашего ожившего коллективного «макгаффина», «загадочного манипулятора», «программиста программистов», главного игрока и его гопкомпании…
* * *
На обложке книги «Ужас на заброшенной фабрике» воспроизведена фотография, которую я сделал в ныне уже не существующей бумажной фабрике, располагавшейся напротив средневекового замка Крибштайн в Саксонии. На берегу чудесной речки Чопау, вдоль которой я так часто гулял во время моего вынужденного проживания в городе К… Длящегося почти 12 лет.
Там, в этих странных светлых, оставленных людьми, залах мне пришла в голову идея рассказа, давшего название этой книге. Рассказ этот я написал за неделю, а потом долго писал приквел, и многочисленные сиквелы. Повесть, давшая название второй книге – это собственно мидквел этого рассказа.
Да, мне тоже не нравятся эти новые противные слова – сиквел, приквел, и особенно сам в себе спотыкающийся мидквел. Но, ничего не поделаешь, они уже влились в русскую речь.
Сюжет рассказа «Ужас на заброшенной фабрике» – прост. Главный герой, живущий в опостылевшем ему городе, вроде бы эмигрант, городской невротик, ноющий в меру, в меру циничный, не плохой, не хороший, так, обычный человек, пусть и не без претензий… и его милая деятельная подружка-азиатка поехали посмотреть средневековый замок. А после его посещения забрели на заброшенную бумажную фабрику… и столкнулись там с чем-то запредельно ужасным, не от мира сего. И это ужасное – не только затянуло в себя подружку главного героя, но и изменило его природу. Он стал другим. Немножко – сверхчеловеком. Жизнь его перестала тянуться вдоль стрелы времени… а разветвилась… закружилась, раздвоилась, расстроилась. Он стал чем-то вроде человека-кластера.
Вскоре после происшествия на фабрике он повстречался с таинственным «монсеньором»… (не к ночи будь помянут). Встреча эта не осталась без последствий. Позже, после многочисленных некошерных приключений, мой герой пригласил к себе домой служебного демона. Заключил с ним особое соглашение…
Все это – опостылевший город, не плохой, не хороший герой, заброшенная фабрика, замок, монсеньор, ужас, соглашение, подписанное кровью… тоже далеко не оригинально.
Но моей целью и не было во что бы то ни стало написать что-то новое. Я с удовольствием построил известные декорации, взял за руку героя, его милую подругу, монсеньора и еще дюжину персонажей и втолкнул их в них. Разрешил кое-кому из них прокатиться на волшебном поезде, других посадил на зловещее колесо обозрения, третьих – пригласил на Рождественский базар с раздеванием… в замок «Грабштайн» на танцы, в Храм Гроба Господня для проведения абсурдного ритуала, в потусторонний Нью-Йорк…
Кое-кому из них пришлось посидеть в бочке в знаменитой лейпцигской таверне, проехаться на не совсем обычном такси, превратиться в ящерицу…
Общим, ненавязчивым фоном для всех этих «метаморфоз» послужила моя новая родина, простирающаяся от Стамбула до Аляски, со всеми ее противоречиями и проблемами, которых я, впрочем, касаюсь лишь изредка и вскользь. Критиков современного западного общества и без меня достаточно. Я не критик, я только жилец. Жилец нижнего этажа.
Хм… Похоже, я опять против воли начал оправдываться. И за то, что живу, и за то, что пишу…
Литературу, кстати, как и любое другое творчество, невозможно оправдать. Лучше и не начинать. Это все равно, что пытаться оправдать существование многочисленных островов в океане. Или ядовитых лягушек в Латинской Америке. Да, да, литература – явление природное. Жизнь буковок… Адаптация или мимикрия своего рода.
На обложке второй книги – «Покажи мне дорогу в ад» – воспроизведен фрагмент картины неизвестного последователя Босха «Искушение святого Антония». Картину эту я впервые увидел в Хертогенбосе, на огромной выставке Босха, посвященной 500-летию его смерти. Растолковывать символический смысл этого изображения у меня нет охоты… напомню лишь, что моего главного героя зовут Антон.
Да… в этой второй книге… исходный мой персонаж по неизвестным науке и автору причинам потерялся в белесой мгле, и вместо него, непонятно из-под какой коряги вылезли его двойники – Генри и Гарри. Генри (в первой части повести «Человек в котелке» – вместе с кузеном Ипполитом, во второй части – с милейшей спутницей Матильдой, оказавшейся, увы, на поверку шумероаккадской богиней) заблудился то ли в таинственном альпийском шато Вьери, то ли в своих собственных шелково-шафранных фантазиях, а затем приплыл на яхте к особому месту на побережье Италии – Отранто, на перекресток эпох, где и был повешен и выпорот…
Да и бедняга Гарри… вылез… появился из ничего… и тут же попал как кур во щип. Вначале судьба забросила его в один берлинский ресторан, на ужасную помолвку, закончившуюся совокуплением и членовредительством, затем Гарри был отправлен в командировку в Париж Варфоломеевской ночи, кроме того, пришлось бедолаге посидеть на пляже пустынного островка в Адриатике, совершить крайне неприятную и плохо кончившуюся прогулку по Берлину… О, небеса, как же я это допустил… Гарри даже попал на службу к монсеньору и стал палачом. Побывал на морском курорте и приготовил для державных каннибалов не совсем обычное блюдо из знаменитого чучела, подвергся сексуальным домогательствам со стороны умершей соседки, залетел и на Марс.
Еще одна попытка оправдаться. Каюсь, жуткие приключения Гарри в различных реальностях, я воспроизвел… точнее позволил им произойти… в надежде показать… нет, достичь вместе с ним дна. Нет, не терпения читателя и не нижней границы черного юмора… Дна мусорного океана человечества. А затем… через лабиринты замысловатой лжи пробиться к правде. Правде о том, что же сейчас на самом деле с нами происходит. О том, во что мы, не замечая этого, превратились.
Пробивал стены
Глубокоуважаемые дамы и господа, дорогие читатели, я хотел бы кратко представить вам две мои книги, вышедшие в санкт-петербургском издательстве Алетейя в феврале 2020 года: «Фабрика ужаса» и «Покажи мне дорогу в ад».
Для начала я должен раскрыть вам секрет полишинеля.
Мне предложили издать по две книги прозы в
