обернувшись, чтобы показать язык темноте.
Клара легла на диван и открыла дневник на случайной странице…
4 августа 2019 года.
День начался хорошо, а закончился маленькой трагедией с большими, полагаю, последствиями. С утра мы с Ларочкой…
И Клара снова оказалась внутри события. Она увидела саму себя: ей десять лет, она идёт по улице в своём любимом розовом дурацком комбинезоне. Сегодняшняя Клара отчего-то терпеть не могла любую историю из её детства, если там упоминался этот комбинезон. Но тогда, летом 2019 года, Клара по своей воле не снимала его. Ни пятна от ягод и травы, ни куски засохшей грязи не были для неё поводом снять свой красивый комбинезон и позволить взрослым привести его в порядок.
Клара идёт вместе с дедом, держась за руки. Дед рассказывает ей про птиц: как они сначала появляются в виде яйца…
И тут Клара вспомнила этот день своей жизни и испугалась неизбежно приближающегося будущего. Клара обогнала деда и себя десятилетнюю и встала перед ними на дороге: ей хотелось увидеть, каким было её лицо за несколько минут до трагедии, перевернувшей всю её жизнь.
Дед и внучка тем временем уже подошли к калитке дома, и дед спросил Ларочку, пойдёт ли она домой.
– Иди домой! – почти прокричала Клара в своём прошлом. Но, как и раньше, её никто не услышал.
Клара помнила, что может остановить воспроизведение эпизода из дневника, но понимала, что остановка не отменит того, что произошло. Клара видит, как к Ларочке через дорогу уже идёт Валя, её подружка по играм. У Клары задрожали коленки; невидимые железные прутья сдавили ей грудь, и казалось, что воздуха хватает всем, кроме неё. Клара не знала, куда деть руки. Больше всего ей хотелось сейчас просто закрыть глаза, но она поступила иначе. Клара встаёт перед Ларочкой, пытаясь защитить её от неизбежного, – но защитить не получается: Ларочка проходит сквозь Клару, даже не замечая, что кто-то стоит на её пути. Тогда Клара бросается к дому Резниковых, к их открытой калитке, из которой вот-вот выскочит огромная страшная псина и бросится на Валюшу. Осталось всего мгновение! Клара встаёт перед калиткой, преграждая собаке путь. Ей было очень страшно сейчас, хотя она помнила, что всего лишь находится внутри уже произошедшего события, описанного в дневнике деда.
Собака пробегает мимо Клары, пройдя сквозь её правую ногу.
Клара оборачивается и кричит: «Стоп!» Действие останавливается, но это ничего не значит. Даже если Клара сейчас выскочит из текста, собака всё равно добежит и укусит её. Ничего нельзя изменить!
Отчаяние. Теперь Клара знает, что это такое. Она подходит к Ларочке, садится на корточки рядом с ней и начинает успокаивать маленькую себя. Говорит ей, что ничего страшного нет и в будущем она будет счастлива. Клара не может обмануть себя, сказав, что не будет бояться собак. Будет. Ох, как будет. Клара проследила за взглядом Ларочки: детка смотрела на ветку, лежащую справа от неё. Клара знает, что веточка не поможет отогнать Мухтара. Она села на колени и закрыла глаза. Она не хотела говорить: «Дальше». Она не хотела, чтобы эта драма продолжалась. И одновременно не могла её отменить.
Наконец Клара встаёт, не решаясь посмотреть Ларочке в глаза, но, как учил Бернар, оставляет маленькую себя и собаку в поле зрения, и, опустив голову, не своим голосом говорит: «Дальше».
Ларочка поднимает ветку и машет ей на Мухтара. Валя прячется за Ларочку. Ларочка делает шаг назад, спотыкается о Валину ногу и падает на калитку. Мухтар останавливается, видя, что один человек выбыл из игры, и садится, дожидаясь, когда девочки будут готовы продолжить играть.
Клара во все глаза смотрит на Мухтара и Ларочку. Падая, детка разворачивается лицом к калитке и ударяется со всей силы о неё подбородком, практически теряя сознание от такого удара. При этом рукой Ларочка задевает забор, и его острые доски глубоко царапают ей кисть. Клара понимает, что буквально через секунду из глубоких ран на подбородке и руке хлынет кровь. Уже сейчас. Вот и первые капли крови стекают по руке и сейчас упадут в дорожную пыль. Ларочка лежит на дороге без сознания, а Валя вопит около неё во всё горло.
Мухтар, не понимая, чего это маленькая Клара разлеглась и не играет с ним, встаёт и подходит к ней. Валя машет обеими руками на собаку, и в этот момент Ларочка открывает глаза.
Маленькая Клара видит над собой Мухтара, видит кровь на своей руке, трогает зудящий от боли подбородок и начинает плакать.
С того момента, как дед зашёл в свой двор, прошло меньше минуты. Он не успел зайти домой; он не успел даже отойти от калитки и видел всё развитие событий. Но ни он, ни любой другой человек не ожидал такого поворота и не мог предупредить такого исхода.
Дед открыл калитку, взял Ларочку на руки и стал говорить ей, что всё нормально, что она просто неудачно упала… А Клара, вся в слезах, говорила, что её укусил Мухтар…
…
Раздался телефонный звонок.
Телефонный звонок вырвал Клару из текста и её воспоминаний. Ей потребовалась несколько секунд, чтобы, вернувшись в реальность, осознать всё увиденное и снова обрести дар речи.
Не глядя на экран телефона, Клара ответила на звонок.
– Детка, как ты? – спросил папа.
– Он не кусал меня, папа!! – едва сдерживая слёзы, сказала Клара.
– Кто не кусал? – в папином голосе появилась тревога.
– Мухтар! 4 августа 2019 года он меня не кусал! – почти кричала Клара.
– Да, не кусал. Ты придумала это сама. Мы тебе сто раз об этом говорили, – признался папа.
– Плохо говорили! Надо было лучше говорить! – Клара словно предъявляла претензию. – Надо было говорить так, чтобы я поверила.
– Будут свои дети – проверишь, легко ли это. Почему ты про Мухтара опять вспомнила?
– Да ерунда, просто накатило. Как твои дела? – спросила Клара на автомате и тут же прикусила язык.
– Я не смогу приехать завтра, – сказал папа.
– Что-то случилось? – Клара боялась, что интонацией может выдать свою осведомлённость.
– Ничего особенного. Просто встреча одна образовалась. Я Елене Алексеевне уже позвонил и предупредил её. Она очень огорчилась. Ей так понравился дом. Она даже готова сделать предоплату, чтобы закрепить нашу договорённость и дом наверняка достался ей…
– Пап, не беспокойся. Иди спокойно на свою встречу. Всё будет хорошо. И не скучай, – перебила Клара и снова подумала: не выдала
