Ася Лавруша - Шведский стол (сборник)

Бывших милиционеров сейчас берут в охрану главным образом из-за их связей. Дорабатывая пенсионный стаж, Владимир Петрович потихоньку присматривался к разным фирмам. Торговые предприятия отметал сразу – там же сплошное жулье, дурят друг друга, а ты за них потом отдувайся! Нет, нужно было найти такое место, где люди деньги зарабатывают собственными руками. Охраннику там спокойнее. И со «Старой крепостью» Владимир Петрович вроде не ошибся – за четыре года ему пока ни разу не пришлось обращаться к бывшему начальству. Ну в налоговую ездит раз в месяц с подарками для их инспекторши, она подруга жены бывшего сослуживца, но это так, мелочи… В основном же его работа заключается просто в присутствии на месте. Иногда он по собственной инициативе помогает в мастерских, особенно, если привозят какой-нибудь навороченный автомобиль – а что, интересно же! Да и мужики там веселые. Левон, армянин-механик, даром что лет десять, как в Питере живет, а по-русски говорить так и не научился. Как скажет что-нибудь – умора! «Фольксваген» «фольксвасгеном» называет! Но руки у него действительно золотые!

А тут недавно в конце дня Мамули на машине во двор влетает – щебенка из-под колес павлиньим хвостом покруче, чем вода под голубым катером 1608. Остро сверкают белые Мамулины зубы и черные глаза:

– Петрович, – говорит, – если останешься после работы и поможешь колеровщику, две дневные ставки дополнительно заплачу! Срочно нужно двадцать литров краски хаки приготовить!.. Нэт, ти толко представь! – от возбуждения Белый Орел начинает говорить с сильным грузинским акцентом, – Представь, эти баальбесы, которие бившее Россвооружение, нашли где-то списанные бэтээры и продали их вьетнамцам! И не помили-и, не покрасили-и, а прям со свальки на корабл и в Ханой! Обрадовались! А вьетнамцы машины увидели и говорят: «Холосый масина, но глясный осень! Насад весите, помойте, покласте! А то деньги не дадим!..»

Изображая вьетнамцев, Мамули растягивает в стороны свои огромные глаза и между двумя грядками пушистых черных ресниц гордо торчит орлиный нос:

– Но с другой стороны, молодцы! Нам же с вами допольнителный прибыл!..

Неровными воронками в горячем воздухе летает белый тополиный пух. Пожилая чета иностранцев направляется к Иоанновскому мосту по аллее мимо мастерской. Оба седоволосые, в белых шортах, белых футболках и белых кроссовках. Идут медленно, держась за руки…

«Там были фальшивые доллары», – вдруг заявляет себе Владимир Петрович. Тушит сигарету и рассеянно смотрит вверх – туда, где иголка солнечного луча беспорядочным золотом расшила неяркую, «долларовую» зелень городской листвы, и одним нечаянным стежком прикрепила к трепещущей ветке слегка взъерошенного воробья.