Ознакомительная версия. Доступно 2 страниц из 13
– Слушай, раз уж мы такие разбойники, и даже бутерброд чужой съели, давай сделаем вид, как будто здесь произошло настоящее разбойное нападение.
– Давай, – согласился Маленький Медведь.
Но как выглядит настоящее разбойное нападение, никто из медведей толком не знал, поэтому лучшее, что пришло в голову главному разбойнику – это сходить «по-большому» в мусорную корзину, что стояла под столом. Сказано – сделано. По мнению Миши Пульта, это был настоящий хулиганский поступок. Почувствовав сильный запах из подсобного помещения, которого быть не должно, девушка-аптекарь, бросив старушку, метнулась к своей комнате. Это дало возможность медведям ловко проскочить мимо нее и начать упаковывать активированный уголь.
Прикатили с улицы глобус и стали запихивать пачки с таблетками внутрь, потом запихиваться сами и в конце кое-как склеили скотчем весь этот набухший шарик, который едва не расползался прямо на глазах. Так что, когда аптекарь вышла из подсобки в полнейшем шоке от того, что она обнаружила в мусорной корзине, ее взору предстал глобус, который медленно прокатился по залу без чьей-либо помощи, хотя было слышно, как кто-то кряхтит – и покинул аптеку.
Медведи шпарили домой. Но из-за таблеток полностью завалило единственную наблюдательную дыру в глобусе, отчего они ошиблись улицей и долго плутали по чужим дворам, что даже Маленький Медведь расплакался от страха не попасть больше домой и снова принялся вонять. Запах окончательно растрепал нервы Мише Пульту, и тот побежал внутри шарика с такой скоростью, что проламывал на своем пути дыры в заборах и домах, пока наконец не выкатился на нужную улицу. Глобус пришлось снова разобрать на части, а таблетки пачками закидывать в окно. Когда поднялись в квартиру сами, их встретил довольный Свистун, который стоял у окна, вилял хвостом и смеялся.
– Не понял, – сказал запыхавшийся Миша Пульт. – Ты больше не умираешь?
– Ребята, я пошутил! – пролаял Свистун и свалился на ковер от хохота, катаясь то влево, то вправо.
Пульт тяжело вздохнул, осознавая весь этот собачий юмор, затем молча прошел мимо катающегося Свистуна, погромыхал ящичками на кухне и скоро вернулся. В руке он крепко сжимал молоток, которым мама отбивала мясо. Раздался глухой удар. Хохот сменился поскуливанием.
Потом еще один «бум» и звук от собачьих когтей, скребущих пол:
Свистун удирал и немного «пробуксовывал» на скользком паркете.
Миша спокойно пошел за ним в коридор, и там, в полумраке, послышалась еще парочка глухих ударов. Потом Пульт вернулся в комнату, порылся в шкафу, достал из аптечки бинты, вату, йод и снова ушел в полумрак коридора.
– Вот так-то лучше, – сказал он с умным видом, плотно обмотав бинтами раны у Свистуна. – Где ж ты так умудрился поцарапаться, а? – спросил он у обалдевшего от такого вопроса пса. – Зато теперь ты по-настоящему приболел, и тебе требуется постельный режим. Я буду твоим доктором.
Тут домой вернулась мама Девочки. Увидев на кухне молоток и перебинтованную собаку, у нее от ужаса округлились глаза.
– Свистун! Ты что же, сам себя молотком бил и потом бинтами обмотал?
Маме было из-за чего удивляться. В квартире, кроме Свистуна, никого не было ведь весь день. Конечно, если не считать плюшевых медведей.
Глава 6. История с детским садом
– Ребята, я должна отправить вас в детский сад! – грустно сказала как-то утром Девочка медведям. – Вы вечно что-то вытворяете, и папа уже начал по-настоящему сердиться.
Медведи сидели рядом и слушали, не проронив ни слова. Девочка продолжала:
– Я бы не делала этого, но родители больше не хотят оставлять вас без присмотра одних, – она села напротив Миши Пульта. – Зачем надо было бить Свистуна молотком для мяса, ума не приложу, – Девочка возмущенно цокнула языком.
Медведи продолжали угрюмо молчать. Никто из них не хотел идти в детский сад. Среди игрушек ходили разные неприятные истории об этом месте.
– Хоть ненадолго, только чтобы папа перестал сердиться. Ну, хоть ради меня, – Девочка умоляюще посмотрела на них, затем перевела взгляд на часы, висящие на стене. – Кстати, мы уже опаздываем.
Медведей Девочка решила проводить сама во избежание каких-либо недоразумений в пути. Всю дорогу они плелись в совершенно испорченном настроении, но впереди их ожидала настоящая проверка на прочность. «Проверка» была воспитателем детского сада. Это была толстая, не особо поворотливая женщина с орлиным носом и странными волосами цвета соломы, злая, как собака, и с ничего хорошего не предвещающим именем. Звали ее – Ефима Гадовна.
– Еще одних оболтусов притащили! – прокричала она. – Мало что ли нам этих мелких хулиганов.
Девочка оставила их и ушла, а медведи вжались в стенку от ужаса.
– Ну! – как бы вопросительно обратилась к ним Ефима Гадовна. – Что выбираете: пойти в младшую группу или чистить картошку на кухню? Да что я вас спрашиваю, вы же плюшевые медведи! – она схватила их за лапы и потащила куда-то по коридору.
Сначала было очень темно, и, кроме шаркающих шагов Ефимы Гадовны и ее постоянного покашливания, ничего не было. Потом вдруг резко распахнулась дверь,
и яркий свет осветил все вокруг вместе с нарастающим шумом и гамом. Повсюду носились дети. Это была младшая группа.
– Ловите! – крикнула воспитательница, швырнула медведей на пол в центр комнаты и закрыла за собой дверь.
Они громко плюхнулись, и к ним сразу устремилась масса заинтересованных хулиганов. Миша Пульт подскочил, схватил Маленького Медведя в охапку и бросился наутек.
– Держите их! – кричали дети. – Держите!
Миша добежал до уголка с игрушками и начал метать в детей все, что попалось под руки: кегли, мячи, кубики, машинки. Пыл у детей немного поубавился. Тут Мише под руку попался игрушечный пистолет. Он схватил его в кукольную руку, зверски размахивая им по сторонам, начал кричать:
– Не подходи! Не подходи! Все руки за голову! Свободу плюшевым медведям!
Видимо, говорящая игрушка произвела сильное впечатление на сорванцов. Кто-то заплакал, а Маленький Медведь от волнения завонял.
– Мне кажется, один из медведей сделал «а-а», – понюхав воздух, сказала девочка с красным бантом на голове.
– Вы сейчас все сделаете «а-а», если не оставите нас в покое! – заверещал Миша Пульт.
Тут дверь в комнату снова распахнулась, и в проеме возникла Ефима Гадовна, вероятно, обеспокоенная чьим-то плачем.
– Кто тут ревет? – грозно прокричала она. – И кто тут опять не дошел до туалета? все пальцем указали на медведей.
Воспитательница ринулась к игрушкам и пошмыгала носом.
– Вы что его в унитаз уронили? – обратилась она к детям, намекая на Маленького Медведя.
Тут Миша Пульт не выдержал и, снова схватив Маленького под мышку, побежал к выходу. Он хотел как можно скорее покинуть это ужасное место. Ефима Гадовна, увидев бегущих медведей, сначала едва не лишилась рассудка, но, опомнившись, рванула за ними, шлепая тапками по полу. Медведям удалось спрятаться в темном углу за шваброй, и после того, как Гадовна проскочила мимо, они направились в противоположную сторону, вскоре добравшись до кухни. Здесь никого не было, кроме булькающих огромных кастрюль. На одной из них было написано – «Борщ».
– Странное имя, – пробормотал Миша Пульт. – Наверное, здесь она варит всех, кто ей не нравится, и подписывает кастрюлю, чтобы не забыть. Последнего, например, звали Борщ.
Маленький Медведь завонял еще сильнее.
– Вообще-то, я пошутил! – сказал Пульт. – Полезли наверх, тебе как раз сейчас не помешает зачерпнуть пару половников борщка.
До верха добрались по полотенцу, свисавшему от плиты. Оставалось только как-то умудриться налить горячий борщ из раскаленной кастрюли.
– Я придумал, – сказал Миша, и его глазки блеснули. – Я тебя посажу в банку, дам ложку, а банку брошу в кастрюлю. Ты будешь плыть и ложкой хлебать борщ.
– Но банка, наверное, сразу нагреется, я обожгу себе лапы, – возразил Маленький Медведь.
– А ты не стой на месте, а шагай все время! – ответил Пульт.
Так и сделали. Нашли стеклянную банку, Маленький с ложкой запрыгнул в нее, и Миша закинул это все в кастрюлю. Послышался всплеск, а потом чье-то быстрое топтание на месте, затем чавкающий звук – Медведь вовсю черпал ложкой, ел, топал на одном месте и плавал от одного края кастрюли до другого. За этим занятием их и застала Ефима Гадовна, которая, оказывается, тихо пробралась на кухню, пока медведи возились с банками. Увидев, что в кипящем борще плавает живая плюшевая игрушка, ловко орудующая ложкой и явно довольная жизнью, воспитательница издала воинственный клич и бросилась на Маленького Медведя. Тот испугался и начал быстро грести ложкой к дальнему краю кастрюли. Стоит еще отметить, что эта кастрюля была очень большой, я бы сказал огромной, несколько метров в диаметре. Поэтому, когда Медведь отплыл подальше, Ефима Гадовна не успела его схватить, и пришлось ей обегать плиту с другой стороны, но Маленький тоже не дремал и тут же отплывал к другому краю. Так они носились по кругу долго: топающий Медведь в банке, гребущий ложкой, и разъяренная воспитательница, бегающая по кругу с растрепанными волосами и мокрая от пота. Кто знает, может быть, они бы бегали так весь день и всю ночь, если бы ситуацию не изменил Михаил Пульт. Он, не теряя времени даром, взобрался на высокую полку с посудой, и когда в очередной раз Ефима Гадовна пробегала мимо него, Миша прицелился как следует и дал ей своей фирменной рукой по голове. Больше было похоже на подзатыльник, из-за которого вдруг случилось страшное – у воспитательницы отвалились волосы. Нет, нет, вы не подумайте, что удар был настолько сильным, хотя Миша, конечно, очень старался. Просто Ефима Гадовна носила парик. Вот и вся загадка. Ее настоящие волосы были редкими, росли клочками, поэтому она не испытывала судьбу, а обычно поутру надевала чулок на голову и следом паричок. Но об этом знала только она сама. А пока, на кухне воцарилось гробовое молчание, что даже Маленький перестал топтаться в банке, забыв о боли. Медведи молча смотрели на воспитателя, а та, обхватив голову руками, стояла в полном оцепенении, не двигаясь с места. Потом раздался истошный вопль. На самом деле орали двое: Ефима Гадовна и Маленький Медведь. Гадовна понятно почему, из-за лысой головы, а Медведь – потому что обжег ноги пока стоял. Воспитательница снова получила удар кукольной рукой, чтобы не кричала, а Маленький быстренько подплыл к краю кастрюли и выпрыгнул из банки. Медведи метнулись вниз, кто куда, и бросились бежать со всех ног по темному коридору. Они мечтали только об одном – покинуть это злобное место, хотя при всех обстоятельствах Маленькому Медведю очень понравился борщ. На кухне тем временем раздался новый вопль, и Ефима Гадовна, наспех криво натянув парик задом наперед, мчалась за ними по коридору со шваброй в руках. Медведи кое-как успели забежать в первую попавшуюся комнату и захлопнуть за собой дверь, как грузное тело воспитательницы тотчас с шумом обрушилось на нее и стало неистово трясти ручку. Пульт выдохнул с облегчением и осмотрелся.
Ознакомительная версия. Доступно 2 страниц из 13
