Иван Абрамов - Оглянись на будущее

— Ну и что? Выручим. Давно пора его под контроль… — Иван поперхнулся, что-то увидав в окно, засуетился, прыгая на одной ноге. Виктор тоже выглянул, пошире открыв створки. У калитки, положив обе руки на головку столбика, стояла Зоя. Стояла и смотрела куда-то поверх задичавшего шиповника. Дед, кому-то сигналя и перебирая ногами, возвещал громко и сварливо:

— Архаровцы! Слепаки! Легиру добавь, хрому!..

— Во, видал его! — указал Иван на приплясывающего деда. — Я его в дозорные определил, я ему твердо-накрепко, а он… Ну, что ты с ним, хуже ребенка дожился! Попридержи дверь, мне ж еще галстук цеплять, мне ж еще… У-ух, старый!

— Пошла-а, миленькая-а! — победно заорал Гордей Калиныч. — Во как пошла! В самую точку сработали! И-их, архаровцы, жиром вас окати. Давай, ребятки, в самый раз… — И увидел Зою. Шумно выпустил весь пар, обмякло опустился на лавку, потер шею, возвращая мысли к реальной ситуации, произнес вяло: — Вот так оно… сама видишь. Какой я теперь помощник, скажи на милость. А жить-то надо. Вот мы тут… это, ну, это самое, сама знаешь. Иван! Ванька! Ах, проглядел, ну, как же так!

Засиневшие сумерки наливались мягким упругим светом, рожденным в горнилах неутихающих мартенов. Тонким розовым туманом подернулся окоем неба над заокским лесом, запахло, как всегда по утрам, влажным кленовым листом, созревающей антоновкой и дурнопьяном. Наверно, обманутая искусственным рассветом, тонко тренькнула малиновка, обжившая старую яблоню в стрельцовском садике, привстал и зачекал в своем гнезде заботливый Оська. Зоя подошла к деду, присела на край скамьи, взяла шершавую руку, погладила и сказала тихонечко:

— Я и не знала, что отсюда все так здорово видно.