Елизар Мальцев - Войди в каждый дом (книга 2)

На опушке Никодим натянул вожжи. Егор обнял Корней, Пелагею, пожал руку Ксении, помолчал, сурово сжав губы.

—   Гляди, шурин, ежели подопрет, что свету невзвидишь, вертайся!.. Мы обиды помнить не будем — примем, так и быть!..

—  И на том спасибо! — коротко ответил Корней.— Хоть смейся, хоть плачь, все одно больше одной жизни не проживешь!.. А нам уж немного осталось!.. Прощевай, не поминай лихом!.. Гляди нос не задирай, лучше поворачивайся к людям не брюхом, а ухом...

Словно опасаясь нового раздора и ссоры, Никодим по-нукнул лошадь, и телега рванулась, загрохотала по чугун-но затвердевшей колее, Васена кинулась к матери, заплакала в голос, побежала рядом с подводой, что-то выкрикивая напоследок.

—  Эх, не удержали мужика! — устало и грустно сказал Константин.

—  Кто же ему виноват? — тихо возразил Егор.— Сам захотел...

—  Сам-то сам, а мы-то с тобой ни при чем тут, что ли?.. Нет, Егор Матвеевич, мы с тобой хоть с утра до ночи можем говорить разные слова, но если не поймем, чего люди хотят, к чему стремятся, так и не одного еще человека упустим...

—  Да, это верно.— Дымшаков вздохнул, помолчал.— Мне тоже спервоначалу показалось, что не хитрое это дело — всякие там распоряжения давать... А вот придет иной с пустяковиной к тебе — лезет, надоедает, а на поверку эта пустяковина для него важней всего на свете...

Телега уже скрылась за бугром, а Константин стоял и глядел, как перелесок, насквозь пронизанный солнцем медленно ронял последние красные листья...

—  Ну, куда сейчас? — спросил он.

—  Пойдем   на   наряд,   люди,   наверное,   уже   собрались...                                                                             

Они подождали Васену и торопливо пошли обратно к темнеющим на закате избам Черемшанки.