Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
Книга Сурке – лишь одна из нескольких оценок, утверждающих, что иностранная гуманитарная помощь Афганистану была не только сомнительно эффективной, но и могла нести долгосрочные негативные последствия для страны и ее экономики. См. также «Evaluating U. S. Foreign Assistance to Afghanistan: A majority staff report prepared for the use of the Senate Foreign Relations Committee» of June 8, 2011, U. S. Government Printing Office. Этот отчет предостерегает, что Афганистан может пострадать от острой экономической депрессии, когда иностранные войска покинут его в 2014 г., в силу почти полной зависимости от иностранной гуманитарной помощи: «Гуманитарная помощь, потраченная неверно, может способствовать коррупции, искажению рынков труда и товаров, подрывать способность местного правительства к осуществлению контроля над ресурсами и усиливать незащищенность. Согласно данным Всемирного банка, приблизительно 97 % валового внутреннего продукта (GDP) Афганистана извлекается из затрат, связанных с международным присутствием, военным и гуманитарным».
«… по словам аудитора из службы специального генерального инспектора…» Джеймс Петерсен служил в качестве старшего аудитора при специальном генеральном инспекторе реконструкции Афганистана. В своей статье для журнала Politico («Was $73B of Afghan Aid Wasted?» January 11, 2012, politico.com) он высказывает представление о том, какая часть фондов иностранной гуманитарной помощи действительно идет на конкретную помощь людям из-за потерь на высокие накладные расходы и коррупцию: «Но всего лишь 30 центов из каждого доллара для Афганистана идут на настоящую помощь. И ситуация ухудшается. Из этих 30 центов часто только половина достигает назначенного получателя. Остальное теряется, будучи украдено или растрачено афганскими работниками и чиновниками. Многие проекты даже не достигают своей собственной внутренней цели, согласно отчетам генеральных инспекторов и комиссии по контрактингу военного времени. В июне 2011 г. сенатская комиссия по зарубежным отношениям в своем отчете пришла к выводу, что лишь немногие из этих программ помощи остаются последовательными в долгосрочной перспективе, если таковые вообще есть. Прибавьте к этому стоимость бюрократической суперструктуры USAID, в том числе 500 000 долларов, затрачиваемые ежегодно на каждого американского служащего в Кабуле и поддерживающий персонал в Вашингтоне – и получится, что порой менее 10 центов из каждого доллара действительно идет на помощь афганцам». Более подробную информацию о квартальных отчетах по реконструкции Афганистана см. на сайте sigar.mil.
«… зарегистрировано почти 10 млн учащихся…» В своей статье «Despite Education Advances, a Host of Afghan School Woes», New York Times, July 20, 2013, nytimes.com, Род Нордланд раскрывает реальность, стоящую за этими цифрами, обнаруживая, что лишь около 10 % учащихся добираются до получения диплома и что уровень дипломированных специалистов среди девушек еще ниже.
«… более 700 «проектов»…» Опять же, сведения по иностранным проектам гуманитарной помощи и числа, относящиеся к «гендеру», были предоставлены для этой книги британской исследовательской группой «Инициативы развития»; см. сайт devinit.org.
«… победы в целом скромны и обратимы…» Отчет Торунн Вимпельманн от 2012 г. для NOREF, Норвежского центра ресурсов для построения мира, называется «Развитие прав женщин в Афганистане: нужно меньше помощи, больше политики» (Promoting Women’s Rights in Afghanistan: A Call for Less Aid and More Politics; cmi.no). Норвегия – серьезный глобальный донор гуманитарной помощи, один из крупнейших в Афганистане. Исследование Вимпельманн, опирающееся на обширную практическую работу в этой стране, объясняет несоответствие между пузырем иностранной гуманитарной помощи Кабулу и действительными потребностями афганских женщин: «Поляризованная и политизированная ситуация, касающаяся проблем женщин в Афганистане, отчетливо демонстрирует, что права женщин ни в коем случае невозможно обеспечить – по крайней мере последовательно – в изоляции от более широкого политического развития. Однако именно это часто пытаются сделать западные правительства. Громкие декларации об обязательствах и финансировании ради прав женщин идут параллельно с другой политикой, подрывающей сами институты и условия, от которых зависят такие победы, например, официальную систему правосудия, функционирующий парламент и немилитаризованный политический ландшафт».
«… отношений между гендером и насилием…» Valerie M. Hudson, Bonnie Ballif-Spanvill, Mary Caprioli, and Chad F. Emmett, Sex and World Peace (New York: Columbia University Press, 2012). Исследование этих авторов ясно демонстрирует то, что в Афганистане видели уже не раз, – что обращение с женщинами и девушками лежит в центре любой войны и конфликта и никогда не бывает побочным «вопросом». В сущности, женщины служат наилучшей мерой уровня конфликта, как внутренней, так и внешней, поскольку «обращение с женщинами – то, что происходит в близких межличностных отношениях между мужчинами и женщинами, – создает контекст, в котором насилие и эксплуатация кажутся естественными» (С. 15).
Их книга также предлагает добиваться бо́льшей вовлеченности мужчин в переопределение понятия чести и защиту женщин, утверждая, что «общества с бо́льшим гендерным равенством реже вступают в войны» (С. 3). Хорошо бы нам накрепко запомнить этот важный вывод: «В общей совокупности эмпирического тестирования мы выяснили, что лучший показатель миролюбия государства – не уровень его богатства, не уровень его демократии, не вопрос, исламское это государство или нет. Лучший показатель миролюбия государства – это уровень ненасилия в отношении женщин в этом государстве… И чем с меньшей готовностью страна принимает законы, защищающие женщин в пределах ее собственных границ, тем ниже вероятность соблюдения ею обязательств по международным договорам. Эти эмпирические открытия, как мы полагаем, – лишь вершина айсберга» (С. 205).
Ознакомительная версия. Доступно 17 страниц из 112
