Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 126
Начнем с того, что страна чем-то смахивала на классического испанского идальго: независимая, гордая и нищая. Приезжавших селили в палаточных лагерях, сараях и бараках. Необходимо было строить жилье. Именно тогда Израиль стал покрываться кошмарными, безликими, сляпанными на скорую руку унылыми районами, слепленными из крохотных квартир-клетушек. Людей надо было кормить, обучать языку, а главное — дать им работу. В общем, для того, чтобы хоть как-то справиться с этой большой радостью, нужны были деньги, а их, естественно, опять не было. Президент страны Вейцман исхитрился добыть заем у США на сумму в сто миллионов долларов, но этого не хватало. Тогда государство обложило налогами все, что только могло быть ими обложено, и проявило в этом деле немалую изобретательность — например, налог на билеты в кино и театры. Но и этого было мало. И тогда Бен-Гурион решился принять репарации из Германии.
Что тут началось! Народ встал на дыбы: «Позор! Брать деньги за кровь!» Пошли беспорядки, демонстрации, слезоточивый газ… И тем не менее Бен-Гурион и здесь поступил так, как считал нужным, а нужным он считал, несмотря на позор и стыд, взять эти деньги, ибо без них было попросту не выжить.
Вряд ли ему это решение далось легко и приятно. Но разве в Библии написано, что премьер-министр должен принимать легкие и приятные решения? Нет, в Библии, с уверенностью заявляем мы, такого не написано. А что касается народного мнения, то по этому поводу Бен-Гурион сказал очередную историческую фразу: «Я не знаю, чего хочет народ, я знаю, что нужно народу».
Затем, покончив с немецким вопросом и понимая, что арабы не успокоятся до тех пор, пока Израиль не будет уничтожен, он озаботился обороной, затеял ядерный проект и выстроил в Димоне реактор, который долгое время выдавал за катушечную фабрику. Правда, не все ему верили. С другой стороны, никто не хотел верить, что нищая страна без промышленности, денег и науки в силах состряпать себе реактор, где можно сделать атомную бомбу, так что вроде это все-таки была катушечная фабрика. Потом уже предатель Мордехай Ваануну рассказал всему миру, что это все-таки реактор, и ему поверили. Официально Израиль продолжает хранить двусмысленное молчание, заявляя, что первым атомное оружие (которого у него нет) не применит.
Сделав для страны все, что мог, Бен-Гурион, как некогда римлянин Цинцинат, удалился от дел и поселился в киббуце Сде-Бокер, но об этом мы уже писали. Чего мы еще не писали, так это того, что он, вне всякого сомнения, был исключительно великим человеком. Теперь мы эту ошибку исправили.
Вернемся, однако, к великой радости по поводу удвоения населения страны в невиданно короткие сроки. Нельзя сказать, чтобы эта радость была совершенно безоблачна.
Для начала, к большому сюрпризу местного населения, исполненного в большинстве своем гуманистических, социалистических и светских идеалов, выяснилось, что евреи из восточных стран — как бы это сказать — ну, не такие, в общем, как надо и как ожидалось… Ты к ним с Гейне, Марксом и Достоевским, а они от тебя, прости господи, молитвенником отмахиваются. Ты им фаршированную рыбу, а они плюются. Ты к ним с Бетховеном и Брамсом, а они, бедные, чуть не плачут и ни за что не желают на бис. Уязвленные в своих лучших стремлениях доброхоты обратили свои лица к Бен-Гуриону. «Других евреев у меня нету», — буркнул старик. И хотите — верьте, хотите — нет, но именно так оно и было.
Мы расскажем вам одну нехитрую, уже из наших лет, историю, которая на вполне бытовом уровне рисует то, что на научном языке красиво именуется разницей культурных кодов. В разных городах Израиля есть заведения, которые называются массажными кабинетами — так и написано на вывесках. Но горе и позор тому наивному туристу, что попросит о массаже. Его не просто выгонят немедленно, но и с балкона крикнут что-нибудь вослед, чтобы вся улица узнала, что за фраер сюда только что прибрел. Это обычнейшие недорогие бордели. И служили в таком малом бизнесе две симпатичные девицы: одна — из Марокко, а другая — из России. Крутился старенький магнитофон, и девушки по очереди ставили свои любимые мелодии. Когда к марокканке пришел клиент, звучала как раз ее очередная кассета с какой-то восточной музыкой. Марокканка увела посетителя к себе в клетушку, а ее российская сотрудница решила, что теперь она может послушать что-нибудь свое, и поставила песни Высоцкого. Через какое-то время марокканка вышла, проводила своего мужчину до дверей, после чего гневно выключила музыкальный ящик и со злобной укоризной прошипела подруге:
— Как тебе не стыдно, Наташа! Мой клиент словил ритм, и я бы очень быстро освободилась, а ты сменила кассету, и я из-за тебя пробултыхалась больше часа!
Свято веря в целительную силу просвещения, старожилы изо всех сил пытались перевоспитать новоселов, и все это под Бетховена, под Бетховена, под Бетховена и под гифилте фиш… Ну кто такое может вытерпеть? Вы бы вытерпели? Вот так, можно сказать, из-за культурных всяческих различий и проистекло взаимное непонимание двух больших групп: старожилов, по большей части ашкеназов (европейских евреев), с сефардами, то бишь восточными евреями, людьми традиционными, патриархальными, религиозными.
Результатом психологического, экономического и культурного кризиса новых жителей было падение в люмпены достаточно большой группы нового населения, резкий скачок преступности, а главное — росло взаимное непонимание, отторжение и обиды — все, что происходит с каждой волной новых эмигрантов, сегодня — с эфиопскими евреями, вчера — с русскими. Слабых это ломает, а те, кто посильнее и пообразованнее, выживают, хоть не без потерь — естественна цена, которую вынужден платить человек за одно из самых важных и ответственных решений своей жизни.
В общем, столько дров было наломано и столько претензий накопилось с обеих сторон, что в семидесятые годы это вылилось в открытую конфронтацию евреев восточных и европейских. Сегодня этот конфликт почти что снят с повестки дня. В большой степени выровнялось экономическое положение сефардских и ашке-назских евреев. Благодаря интеграции выровнялся (увы, за счет понижения) и образовательный статус. Все больше так называемых смешанных браков.
*
Так сюда евреи набежали,
словно это умысел злодейский,
в мире ни одной еще державе
даром не сошел наплыв еврейский.
*
В евреях оттуда, в евреях отсюда -
весьма велики расхождения:
еврей вырастает по форме сосуда,
в который попал от рождения.
И тем не менее давние обиды (действительные и мнимые) легко не забываются. При любой конфликтной ситуации, старый демон межэтнического напряжения с легкостью выпархивает из бутылки. Тем более что помимо обычного человеческого хамства, глупости, снобизма и расизма есть силы, заинтересованные в продолжении этого конфликта, ибо он является основой их собственного существования.
Ознакомительная версия. Доступно 19 страниц из 126
