— Уже поняла. Когда скомандуешь, то во всех следящих камерах ты так и останешься сидеть здесь, в этой же позе, с вполне естественным легким шевелением. Пока ты показывал портал, я сделала необходимые жучки и микрофоны не позабыла — останется тот же шум.
— Подожди немного, Егор, — остановила Фиона. — Необходимо привязать аурные астральные метки людей к реальной карте, это займет временя… — и через пару минут произнесла, — закончила.
— А теперь Женин вопрос: а дальше? — я возобновил "мозговой штурм".
— Как только ты там появишься, арбалет может сработать, — сказала Фиона.
— Возмущение из-за открытия портала?
— Нет, оно возникнет при закрытии. От резких движений, от вливания дополнительной массы.
— Штурмуем дальше, — я уселся на зеленую травку. — Думаем, думаем. Я успею в ускорении?
— Нет, — решительно ответила Синя. — И магией Зину не прикроешь, забудь от этом.
— Надо болт прямо с арбалетной направляющей выбивать, иначе не вижу реальных вариантов, — продолжил я рассуждения. — Воздушным кулаком? — спросил, с надеждой глядя на Голубу.
Она покачала головой:
— Не успеешь, даже если голову в портал высунешь, не заходя полностью. Все равно устройство, думаю, среагирует раньше.
— А зачем выбивать, если можно сломать? — заинтриговала нас Женя. — Болт деревянный? Деревянный. Из чего в основном состоит дерево?..
— Ты гений… — прошептал я.
— И возмущения маны почти не будет, на магию устройство среагировать не успеет, — закончила Женя.
— Абсолютно ответственно подтвердить не могу, но вероятность большая, — уточнила Фиона.
Вот и проверю земную магию в настоящем деле. Дерево не меньше чем на половину состоит уз углерода. В заклинание изменений вносить не нужно, расстояние в десять нанометров с лихвой перекрывает внутренние связи и не задевает внешние, то есть работать будет исключительно в древке болта. Число циклов неограниченно, а силу прерву сам, когда увижу эффект.
— Включай жучки, Крася, — скомандовал я и встал с матраса.
Разбил бутылку вина и образовавшейся "розочкой" вспорол матрасовку. Вытряхнул все сено и положил в неё двенадцать килограммовых кирпичиков графита. Скрутил на манер солдатской шинели и повесил скрутку через плечо. Плотно завязал на груди узел. Попрыгал. Нормально, шевелиться можно. Груз за спиной, сидит плотно. Норовил съехать вниз, но я дополнительно перетянул скрутку ремнем вокруг пояса, точнее, собственной рубашкой. Оставил "розочку" в руке, как оружие, и впервые в жизни без помощи древнего эгнорского артефакта и не пробивая пространство "абсолютной энергией" создал портал, при этом мана вытягивалась из большого накопителя, а не из моей ауры. Оказывается, модули-конверторы были встроены в плетение заранее, не пришлось мудрить.
Я осторожно сунул голову в портальное зеркало. Я специально открыл его сбоку и сзади Зининого кресла, чтобы находиться подальше от хрустального шара, но в прямой видимости арбалетного болта и сзади Зины. Не дай бог от неожиданности она дернется раньше времени!
Сразу направил давно готовое заклинание на древко болта и спустя пол секунды "бросил" воздушный кулак, пытаясь сбить наконечник падающий на колени Зины. Надо было раньше об этом подумать! Хлопнул арбалет, и пустое древко осталось торчать в блузке на уровне груди. Зина открыла рот в готовности завопить, но я в ускорении влетел в комнату и успел накрыть ладонью готовый вырваться крик. Бросил взгляд на наконечник — он лежал на мятой юбке. Плашмя, не воткнулся. Сбить его в полете я не успел.
— Крася, камеры и микрофоны отрубай нахрен! — в волнении я и даже мысленно орал. Только через долгие две секунды она доложила:
— Видеокамеры здесь нет, микрофоны заблокировала.
Я отнял руку ото рта девушки. Зина быстро успокоилась. Её взгляд из испуганного стал умиротворенным, будто ни на мгновенье не сомневалась в моем приходе и нисколечко не удивилась.
— Егорушка, я беременна, у нас будет ребенок, — прошептала и расплылась по бывшему зубоврачебному креслу. Веки медленно, словно бы нехотя, захлопнулись. Девушка уснула. Мгновенно, как это бывает после долгих бессонных ночей, когда ты понимаешь, что все кончено, ты в безопасности, и позволяешь себе наконец-то расслабиться.
Я брезгливо смахнул с её колена сверкающий серой силой наконечник. Надо резать ремни. Попробовал "розочкой" — получалось в час по чайной ложке. Сообразил, что ремни кожаные и через несколько секунд единственное заклинание земной магии освободило заключенную от ремней. На "срезах" оставались капли воды и непонятная порошковая масса. Иногда, в начале действия плетения, если я сразу подавал много маны, поверхность вскипала.
— Крася, излучения много? — поздно что-то я испугался. Сам, своим чувством, радиации не заметил
— Гораздо меньше, чем при рентгеновском снимке. Тебе в цифрах?
— Не надо.
— Плохо, что в некоторых местах разрезы соприкасались с кожей. Нет, заклинание не задевало, для него это далеко, а радиация — могла. Обработай эти места исцелением. — Посоветовала стихия Света.
Я так и сделал. Только Крася сказала несколько неправильно: "исцеление" нельзя "направить" на конкретное место, оно действует на весь организм. Зина открыла глаза, улыбнулась, обняла меня за шею и притянула к себе.
— Прости меня, Егор, я так перед тобой виновата! — зашептала вдавливаясь своей щекой в мою.
— Все нормально, теперь все будет хорошо, — рассеяно говорил я, гладя девушку и поглядывая на дверь.
Внезапно щелкнул динамик и голос Лескова спросил:
— Зинаида Ивановна, вы живы? — Подождал ответа, повторил еще раз и еще и, наконец, закричал. — Отвечать, сучка! В молчанку играешь?!
— Ты его видела? — спросил я, сжав зубы. Зина замахала руками, показывая на уши. — Он нас не слышит, — отмахнулся я, — микрофоны заблокированы. Видела?
— Видела! — Выпалила Зина, злость скрыть даже не пытаясь. Глаза её горели праведным гневом. — Сначала допрашивал в каком-то подвале, а здесь, козел, по голове меня погладил, пожалел, пидорас, а сам главный гандон и есть! — нецензурщины было гораздо больше, это я еще сгладил. Никогда такого от неё не слышал!
— А бил кто? — вопросы я задавал абсолютно спокойным, даже несколько безразличным тоном.
Из динамика, меж тем, послышалось разочарованное, обращенное уже не к Зине, а к собеседнику, находящемуся рядом с капитаном:
— Пипец ей. Не выдержала, дернулась сильно. Говорил же Фариду поставить обманку, а он не согласился. Пусть, мол, все будет натурально. Вдруг эта ведьма в механике и колдовстве разбирается! Убедил, черт свихнувшийся. Маньяк он, изобретение испытать захотел. Кулибин, мать его… Вот пусть теперь сам и выносит! Галилей нашелся, — при чем здесь итальянский ученый, я не понял. Хорошо, что микрофон не выключил. — Иванов, как там у демона дела?
