Виктор Пелевин - Шлем ужаса

Ознакомительная версия. Доступно 4 страниц из 26

[Nutscracker] Где? Ах, это. Опять модераторы веселятся. Если ты имел в виду то же самое, то за мою работу платят оскорбительно мало.

[Romeo-y-Cohiba] Изольда, ты вернулась?

[Monstradamus] Привет, Ромео.

[Romeo-y-Cohiba] Ты разве Изольда?

[Nutscracker] Кохиба сегодня не в духе.

[Monstradamus] Мне понравилась эта фраза – «с каждой новой секундой я погружалась в прошлое все глубже и глубже».

[Nutscracker] Да, я тоже заметил.

[Monstradamus] Чистая поэзия. С каждым днем мы все глубже уходим в прошлое. Мы исчезаем в нем, как скрывается под водой ныряльщик в замедленной съемке. В чем разница между стариком и юношей, если поставить их рядом?

[Nutscracker] В том, что один старик, а другой – юноша.

[Monstradamus] Да. Но что это значит? То, что от старика в нашем измерении остался совсем небольшой кусочек – он почти весь погрузился в Лету. А юноша здесь еще весь – он только коснулся ее поверхности. Разве не так?

[Nutscracker] Не знаю. Сейчас такое время, что оба могут нырнуть вместе в любой момент. А размеры кусочков зависят не столько от возраста, сколько от мощности заряда.

[Monstradamus] Это тоже верно.

[Nutscracker] Что касается фразы, которая тебе понравилась, то Угли, по-моему, имела в виду шлем ужаса. Будущее вырабатывается из прошлого, поэтому, чем дальше мы уходим в будущее, тем больше требуется прошлого для его производства. Так сказать, чем ближе звезды, тем глубже котлован...

[Romeo-y-Cohiba] Изольда, ты здесь? Изольда!

[Nutscracker] А чтобы картина была полной, можно сказать, что пузыри прошлого лопались в шлеме, который отрабатывал «липкий глаз» вместе с «солнечным поцелуем».

[UGLI 666] Как?

[Monstradamus] Ты еще здесь, Угли? Не обращай внимания, он шутит.

[UGLI 666] Зря я вам рассказала.

[Monstradamus] Да не обижайся, Угли.

[UGLI 666] Больше ничего рассказывать не буду.

[Monstradamus] Извинись, Щелкунчик.

[Nutscracker] За что это?

[Monstradamus] Я прошу, извинись.

[Nutscracker] Ну хорошо. Извини, Угли.

[UGLI 666] Бог простит.

[IsoldA] Ромео, где ты? Я вернулась.

[Romeo-y-Cohiba] Я уже начал волноваться. Рассказывай.

[IsoldA] Сначала ты.

[Romeo-y-Cohiba] Хорошо. Я добрался бы до павильона быстро, потому что в прошлый раз отметил, куда поворачивать на развилках. Но по дороге произошла одна жуткая встреча.

[IsoldA] У тебя тоже?

[Romeo-y-Cohiba] Что случилось? Ты цела?

[IsoldA] Да, все хорошо. Давай дальше.

[Romeo-y-Cohiba] Когда я прошел скамейку, с которой видны крыша и фонтан, я вдруг почувствовал сзади какое-то движение. Я обернулся и увидел нечто совершенно невообразимое. Представь себе длинный узкий коридор между кустами. И по нему прямо на меня на роликах ехал... Не знаю, человек или нет. Он был огромного роста, в шляпе-сомбреро и вратарской маске из белой пластмассы. А за ним катили двое помельче, их почти не было видно, потому что он занимал собой весь проход. На нем была форма хоккейного вратаря – необъятная синяя майка с номером «35» и словами «CHICAGO BULLS». То есть это мне сначала так показалось. А когда он подъехал ближе, стало видно, что номер на самом деле какой-то дикий: «–3,5%», а «BULLS» на самом деле «BEARS». Просто проценты с минусом и часть букв были одного тона с майкой, и издалека я их не разобрал. А в руках у него была двойная клюшка.

[IsoldA] Это как?

[Romeo-y-Cohiba] Ну ты видела вратарскую клюшку? Теперь представь, что у нее два крюка, которые загибаются в разные стороны. Играть такой, конечно, нельзя.

[IsoldA] И что случилось, когда он до тебя доехал?

[Romeo-y-Cohiba] Он не доехал. Когда до меня оставалось не больше десяти футов, он повернул в сторону и скрылся в боковом проходе. Туда же нырнули те, кто ехал за ним.

[IsoldA] А кто ехал за ним?

[Romeo-y-Cohiba] Это были два карлика, тоже на роликах и в сомбреро. Их лиц я не видел, они наклоняли головы, чтобы не сдуло шляпы. Они держали задний край его майки, как фрейлины.

[IsoldA] И все?

[Romeo-y-Cohiba] К счастью, да. А кого встретила ты?

[IsoldA] Это было на углу одной из аллей. Я услышала за спиной звон струн. Обернувшись, я увидела метрах в двадцати от себя человека гигантского роста, стоявшего возле фонтана. Он был одет как кавалер галантной эпохи, в черное с золотом, и закрывал лицо маской в виде золотого солнца, которую держал на палочке. Рядом с ним стояли два наряженных в алый бархат карлика с такими старинными пузатыми гитарками в руках. Они взяли несколько нежных аккордов, потом гигант чуть повернул свою маску и на ней так ослепительно засияло солнце, что я зажмурилась. А когда я открыла глаза, у фонтана никого уже не было. Я даже не успела испугаться и решила, что у меня случилась галлюцинация после всего, что я наслушалась. Но теперь не знаю, что и думать. Давай дальше.

[Romeo-y-Cohiba] Я решил, что если бы этот гигант хотел меня убить, он давно бы это сделал. Поэтому я пошел дальше, словно ничего не случилось. По дороге я больше никого не встретил. Дверь в стене павильона оказалась открытой. За ней был извилистый коридор. Света в нем, естественно, не было. Доски страшно скрипели, будто под каждой половицей сидело по три мыши. В общем, жутко. В стенах были двери. За ними – другие. Я наугад пошел сквозь эту затхлую скрипящую темноту и сразу же потерял ориентацию. Меня охватила апатия. Захотелось упасть на пол, закрыть глаза и забыть обо всем на свете. Наверно, я так и сделал бы, но тут одна из дверей вывела меня в большую комнату, где горел свет. Она была пустой и пыльной, без окон. Ее делила пополам решетка из стальных прутьев, таких толстых, что они смогли бы удержать и слона. Обстановки никакой не было, если не считать нескольких картин, перевернутых изображением к стене – наверно, подумал я, так сделано для того, чтобы они не пылились. Просто и остроумно, не надо никаких стекол. На двери висела табличка: «Соблюдайте тишину!». А на стене за решеткой была фреска. На ней была самая красивая девушка, которую я когда-либо видел. Во всю стену.

[IsoldA] Девушка во всю стену?

[Romeo-y-Cohiba] Нет, фреска. Какой-то сад, полный удивительных растений и птиц. А девушка была в самом его центре, в натуральную величину. Совсем голая, но это очень ей шло. У нее были зеленые волосы, похожие на стебли травы, которые развевались по нарисованному ветру. И такие же зеленые ресницы. Она лежала в перламутровой раковине, чуть пряча низ своего смуглого живота за букетом цветов. Была одна странность – край раковины над ее головой покрывали похожие на рога выступы. А к ним крепились черные резиновые ручки. Так вот выступы были нарисованные, а ручки настоящие, как в автобусе. Я их потрогал и убедился, что за них вполне можно держаться. Только непонятно зачем.

Ознакомительная версия. Доступно 4 страниц из 26