Олег Рой - Ромео стоит умереть

Криш умел быть убедительным. Его слова казались девушке логичными, и она кивнула.

— Кстати, знаешь что для меня главное в трагедии «Ромео и Джульетта»? — спросил Криш, хитро покосившись на свою спутницу. — Готовность дерзать, сражаться за свою любовь и право, хоть ненадолго, но быть вместе. Если бы про этих юных возлюбленных писали греки, все закончилось бы мрачной сценой, в которой слышалась бы тяжелая поступь рока, предназначения. Нельзя преступать законы и любить человека из враждебного рода, наказание неизбежно. А у Шекспира это не так. Его влюбленные борются до последнего. Он — певец нового времени, новой веры в человека как в существо, способное самостоятельно принимать решения, как существо, борющееся за это право.

— Это лекция? — улыбнулась Алиса, на самом деле заслушавшаяся тем, что говорил Криш.

— Нет, это совет. И… признание в любви. — Он взял ее руки в свои сильные ладони.

Алиса окончательно смутилась. Ей вспомнились его губы. До головокружения отчетливо, что стало страшно. Нет! Она не готова! Рано! Еще слишком рано!..

— Я не тороплю. — Криш выпустил ее руки. — Просто хочу, чтобы ты знала, что я буду тебя ждать. Столько, сколько потребуется. Поняла?

Девушка кивнула.

— Вот и хорошо, — сказал Криш как ни в чем не бывало. — Пойдем, неподалеку есть очень уютное кафе. Девушек нужно кормить не баснями, а правильно приготовленным тирамису и клубникой со взбитыми сливками.

…Алиса постучала в комнату Олега и тут же рванула дверь на себя. После встречи с Кришем она просто не могла оставаться в одиночестве! Ей требовалось с кем-то разговаривать, кружиться по комнате — в общем, как-то тратить ту энергию, которая выработалась в ней от нервной эйфории.

— Привет! — выпалила она. — Ты, наверное, меня уже потерял!

И замерла на пороге, потому что к ней одновременно повернулись сидящие рядышком у компьютера и Олег, и Юля. К тому же было очень непохоже, чтобы они разыскивали Алису или вообще хоть сколько-нибудь волновались по поводу ее отсутствия.

— Привет, — отозвалась Красицкая. — Олег помогал мне с вычислениями. До сих пор не понимаю, зачем нам эти математические дисциплины…

— Во-первых, они отлично тренируют мозг, а во‑вторых, практически полезны, так что знать хотя бы основы необходимо, — учительским голосом ответил Олег.

Алиса как-то сразу сникла. Похоже, кроме прыгающего вокруг и облизывающего ее руки Чуда, ей тут никто не рад. Она почесала щенка за ушами и посмотрела на парочку, снова отвернувшуюся к компьютеру.

— Ну и хорошо, что все в порядке. Просто зашла сказать, что вернулась, — пробормотала она, отступая за дверь, — пожалуй, я пойду к себе.

— Ужинать с нами будешь? — спросил Волков, не отрываясь от компьютера.

— Нет, спасибо, я недавно поела…

Девушка осторожно закрыла дверь. Останавливать ее никто не стал. Но радостное возбуждение вдруг погасло, как перегоревшая лампочка. Алиса вернулась в свою комнату, подхватила на руки вышедшую встречать хозяйку Маркизу и уселась в кресле, рассеянно поглаживая кошку.

Она ни о чем не думала, просто смотрела в темноту за окном, где плавал огонек ее лампы. Заблудившийся одинокий огонек…

То, что Алиса встречается с Кришем, не было новостью. И все равно эта мысль царапала, как ржавый гвоздь. Олег подмечал случайные взгляды, которыми обменивались эти двое, разглядывал Криша на его уроках, видел, что молодой преподаватель нравится большинству девушек с их курса, и сдерживал невольное раздражение, не позволяя этому чувству прорваться. Криш казался ему позером — он явно играл на публику. Становился, небрежно облокотившись о стол какой-нибудь студентки, та млела и таяла от близости кумира, и Криш не мог не знать и не замечать этого. Конечно, замечал и мило беседовал с окружавшими его во время перерывов девушками. Он привык к женскому вниманию и пил его большими жадными глотками, не забывая сохранять на красивом лице загадочно-равнодушное выражение и говорить: «Маша (Катя, Кристина, Станислава — нужное подставить), я очень рад, что вы интересуетесь моим предметом…»

В общем, позер. Точнее, избалованный позер. А эти его тонкие накрахмаленные рубашечки?! Нет, конечно, молодой человек должен следить за своей внешностью и гардеробом, но тут, пожалуй, перебор.

Правда, как вынужден был признать Волков, свои достоинства у Криша имелись. Например, он отлично знал и любил свой предмет, обладал феноменальной памятью, был умен и уже не раз выручал Олега с Алисой из опасных ситуаций.

Итак, Криш был хорош.

А другого бы Алиса и не выбрала, это факт. Поэтому приходилось смириться с ее выбором и терпеть. В этом, как ни странно, очень помогла учеба. В академии их действительно загружали так, что можно было больше ни о чем другом не думать. Многие предметы оказались интересными, даже достопамятная теория знаний, а уж тем более семинары.

Таких, как Олег, специалистов по технике оказалось немного. Пять человек со всего курса. Четыре парня и одна девушка, Марина. У нее, кстати, были неплохие способности, а еще она умела генерировать электрические разряды. Звездой их семинара считался Артем — тот самый, который играл в спектакле роль Ромео и был влюблен в англичанку Жанну. У него выявился самый мощный дар, но Олег не чувствовал в Тёме соперника, скорее даже испытывал к нему некий род жалости, потому что в бытовом плане Тёма оказался весьма беспомощным. Семинары проходили действительно интересно. Группа собиралась в одном из подвальных помещений и под руководством немолодого, но весьма бодрого педагога изучала и совершенствовала свои способности.

Руководитель семинара Олега не хвалил, поскольку это не было принято в академии, но уделял ему и Артему много внимания, что свидетельствовало о том, что Волков не кажется ему безнадежным.

Дни шли за днями. Учеба, семинары, занятия в театральной студии и репетиции спектакля, которые неожиданно увлекли Олега. Он даже заинтересовался Шекспиром и после «Ромео и Джульетты» с удовольствием прочитал еще несколько пьес. Читать он в последнее время вообще стал больше, к этому его подталкивала Юля. В отличие от Алисы, она не стеснялась укорять Волкова за то, что он мало читает и не знает то или другое выдающееся, по ее мнению, произведение.

— Вот ты любишь технику. Так? — утверждала она.

— Допустим, — соглашался Олег, хотя уже понимал, что сейчас будет подвох.

— А «Гиперболоид инженера Гарина»[5] не читал! — торжествовала Красицкая, словно уличила его в чем-то постыдном. — И «Час быка»[6] тоже!