Стоп! Пора немного сбавить темп.
— Спасибо за приглашение, — сказал я. — У меня еще не было возможности сходить в магазин.
— Я знаю, что такое день переезда.
Она достала из холодильника пиво, открыла банку и протянула мне.
— А для Беллы что? Сок? Молоко?
— Сок, — сказала Белла.
Я обычно давал ей молоко, но сегодня был особенный день.
— Пожалуйста, — напомнил я Белле.
— Сок, пожалуйста, — повторила она.
Саванна налила апельсиновый сок в высокий пластиковый стаканчик с крышкой и соломинкой.
— Вы, похоже, понимаете детей, — сказал я, устроив Беллу за столом с пазлами, которые захватил с собой, чтобы она не скучала.
Она любила пазлы, а на этом была Золушка. Белле нравились принцессы.
— У меня полно племянниц, и еще я подрабатывала в яслях. Такой возраст, — она кивнула в сторону Беллы, — самый чудесный. Самый лучший. Такая, знаете ли, невинность.
Я кивнул, думая о ее словах. Подрабатывала в яслях? Неужели случай послал мне не только самую пикантную соседку, какую только можно встретить, но и няню?
Саванна достала из холодильника овощи для салата и поставила их на стойку, а потом, словно вдруг заметив кальян, неторопливо убрала его в нижний ящик.
— Вам помочь? — спросил я.
Мы занялись на кухне салатом и разговаривали о том, кто откуда приехал, она оказалась из Кинстона. Мы явно вращались в разных кругах. Я рассказал ей о пожаре, она перестала резать сельдерей и посмотрела на меня. Положив руку мне на плечо, она сказала:
— Мне так жаль, Тревис.
Взглянув на Беллу, спокойно трудившуюся над своим пазлом, она добавила:
— Как это, должно быть, ужасно для вас обоих!
— Да, — кивнул я.
Она задержала руку на моем плече, а потом провела ею от предплечья до кисти и вложила пальцы мне в ладонь. С тех пор как в мою жизнь вошла Белла, у меня не было длительных связей с женщинами. Я и теперь не желал ничего такого, что бы осложнило ситуацию. Но переспать с кем-нибудь я бы не отказался, этого нельзя было отрицать. По тому, как ко мне прикасалась Саванна, я понял, она знает, что делает. В постели она, наверно, так же хороша, как и с виду.
Чтобы совсем не растерять соображение, я сосредоточился на салате.
— Дело в том, — сказал я, — что мне срочно нужна работа. Мой последний заработок в буквальном смысле вылетел в трубу. А если я найду работу, мне понадобится няня, чтобы присматривать за Беллой. Вы знаете кого-нибудь, кто этим занимается?
— Я знаю кое-кого. Себя, — сказала она. — У меня есть опыт. Я же говорила, что работала в яслях. Занятия у меня по вечерам, так что днями я свободна. Я бы с удовольствием за ней присматривала.
— Я вам заплачу, конечно. То есть как только получу работу.
Она кивнула.
— Найти работу сейчас нелегко?
— Двадцать человек на место, — сказал я.
— Ну, как только вы начнете работать, няня в вашем распоряжении. Только вот… — Она заколебалась, продолжая нарезать сельдерей. — Иногда мне приходится уезжать. Когда у меня нет занятий, я бываю у друзей в Роли. Но я, может быть, найду кого-нибудь себе на замену.
— Отлично, — сказал я, подумав, что не хотел бы оставлять Беллу с кем-то, кого я не знаю. А что я знаю о самой Саванне? Мне, наверно, следовало бы навести справки в яслях, где она работала, но я боялся, что она сочтет это оскорблением. Пока я знал только, что Саванна выросла в Кинстоне, училась по вечерам на парикмахера, маникюршу или что-то в этом роде, пила пиво и курила травку в достаточном количестве, чтобы держать кальян на кухонном столе. Интересно, не курит ли она что-нибудь покрепче марихуаны. Посмотрю сегодня, сколько она будет пить. А если у нее есть друзья, навещающие ее в трейлере? Я не хотел, чтобы вокруг Беллы крутилась толпа всякой шушеры. Может быть, и я теперь из их числа, подумалось мне. Может быть, и Саванна так думает?
— А где мать Беллы? — спросила она, мешая сельдерей в салатнице.
— В Боуфорте.
— А она… как ее зовут?
— Робин.
— Она что, больна? В чем дело? Почему Белла осталась с вами?
— Это долгая история, — сказал я. Я избегал говорить о Робин, особенно с теми, кого плохо знал.
— Белла с ней видится?
— Разумеется, — солгал я. Ее это не касалось, а ложь казалась мне наилегчайшим способом прекратить разговор.
— Разумеется, — улыбнулась Саванна. Она снова коснулась моей руки. — Белле повезло, что она осталась с вами.
За ужином мы продолжали разговор уже при участии Беллы, но под столом Саванна положила голую ступню на мое колено. При этом она впервые посмотрела на меня вопросительно, типа — ну как? все нормально? Я улыбнулся ей в ответ, давая понять, что все отлично, хотя понимал, что связь с ней легко может оказаться порядочной глупостью. Нянька для Беллы была нужна мне больше, чем любовница. Но по мере того, как ее ступня поднималась выше, я думал об этом все меньше.
После ужина мы некоторое время вместе с Беллой посмотрели телевизор, а потом я уложил ее на кушетке. Я не думал, что она сразу заснет. Обычно так не бывало, особенно на новом месте, и она просила меня почитать ей. У нее была бездна книг, сгоревших на пожаре. Фрэнни, когда мы поселились у нее, дала Белле «Кота в сапогах», про которого Белла любила слушать снова и снова. Даже когда чтение заканчивалось, она не торопилась заснуть. То она просила пить, то вставала, чтобы сказать мне что-нибудь, что никак было нельзя отложить на завтра. Но сегодня отсутствие дневного сна пошло ей на пользу, вернее, мне на пользу. Я накрыл ее одеялом, увидел, как она погрузилась в глубокий сон, а потом плотно укутал ее плечи. Саванна, наклонившись, пощекотала мне шею.
Я встал и обнял ее.
— Послушай, — сказал я, — я не готов к чему-либо серьез…
— Ш-ш-ш. — Она поцеловала меня. — Мне не нужно ничего серьезного. Я живу настоящим. Она взяла меня за руку, мы пошли в спальню, и на пару часов я забыл о пожаре, об отсутствии работы. Обо всем, кроме ее и моего тел.
Как только мои постояльцы были накормлены и приготовились осматривать Боуфорт, я оставила свою помощницу Бриджет заканчивать дела и направилась в Хендрикс-Хаус. Мне казалось странным, что Дейл в свои тридцать три года все еще жил с родителями, пока я не увидела его апартаменты. Он занимал весь второй этаж с отдельным входом. Когда мы поженимся, у нас будет, конечно, собственный дом. Две недели назад, за несколько дней до рождения Ханны, мы подписали контракт на приобретение небольшого дома недалеко от океана. Точнее, контракт подписал Дейл. Бунгало в боуфортском стиле было зарегистрировано на его имя. Свадьба должна состояться через месяц, и я с нетерпением ждала ее. Я буду по-прежнему возглавлять пансионат, хотя мою просторную квартиру на первом этаже займет Бриджет, и я буду меньше занята на повседневной работе. Уступи я желанию Дейла, мне бы вообще не пришлось работать. Я могла бы стать сама себе хозяйкой, как он выразился, и заниматься только благотворительностью, как его мать. Ему не нравилось, когда я заговаривала о продолжении учебы. Я еще не знала, на кого учиться, на медсестру или фельдшера, но я знала, что в жизни мне нужно больше, чем дамский клуб, гольф и теннис, вот уж что я терпеть не могла. Дейл считал, что я просто не должна утруждать себя. Он всегда беспокоился о моем здоровье. Я принимала в день пару таблеток и старалась избегать инфекций, но жить под стеклянным колпаком, как он настаивал, я не желала.
