Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 55
Право владения собственным домом — не только основа, хребет нашей страны, но и секрет успешного общества. Имея дом в собственности, человек вкладывает средства не только в самого себя, но и в свою страну, в свой штат, город, в свой район. Как домовладелец, он будет интересоваться всем и всеми, кто его окружает. Вот почему люди стекаются в Америку со всего света, не имея ничего кроме страстного желания работать изо всех сил и мечты обзавестись однажды собственным домом. Не забывайте, частное домовладение — все еще довольно свежая идея для мира, так что, помогая семье купить дом, вы, возможно, исполняете мечту многих поколений этого рода, чтобы когда-нибудь их потомок смог сказать: «Это мой дом, я его владелец». — Она помолчала, улыбнулась. — Вы должны понимать, я ничего не имею против арендаторов. Служба аренды тоже очень важна. Я и сама снимала когда-то жилье, но при скидке в десять процентов и сорокалетней выплате залога я смогла купить дом, и по сей день мне не забыть, как агент по продаже недвижимости вручила мне ключ и сказала: «Добро пожаловать в ваш новый дом». Я почувствовала себя по меньшей мере на десять футов выше, а для меня это все равно что двадцать. (Смех в зале.) Так что помните: помочь семье купить дом — это не просто напечатать договор. Вы помогаете обрести воспоминания на много лет. Если не верите, спросите людей: каждый День благодарения, каждое Рождество что они делают? И они ответят: «Еду домой». И в этом зале наверняка каждый может закрыть сейчас глаза и вспомнить дом детства. Сколько раз мы слышали фразу: «Здесь прошли мои самые счастливые годы, здесь я воспитывал моих детей». Дом — это особое место, которое навсегда остается в сердцах людей.
Я знаю, наш бизнес нелегок, и нас иногда до смерти достает куча мелочей, которые нужно сделать и учесть, но не забывайте, что вы — составная часть самой важной в жизни человека сделки, самого большого вложения в будущее. Вы не всего лишь агент по торговле недвижимостью, вы продавец мечты. Так что идите на улицы, девчонки, и продолжайте продавать эти мечты!
Едва она закончила говорить, весь зал встал и закричал одобрительно, и Мэгги, даже не будучи никаким агентом, тоже вскочила и завопила вместе со всеми. Она была готова выскочить за двери и сегодня же начать продавать дома. Но позже, проведя с Хейзел столько лет бок о бок, Мэгги выяснила, что аудитория на любую речь Хейзел откликалась подобным образом. Дело в том, что она навсегда так и осталась капитаном команды болельщиц. Только теперь Хейзел воодушевляла болеть за саму жизнь.
Пройдя в Далласе через ужасное испытание семьей Ричарда, Мэгги была подавлена. Видимо, поэтому в тот день, когда Хейзел вновь появилась на ее пути, Мэгги почувствовала себя пробкой от шампанского. Хейзел, повторимся, была человеком, способным изменить твой взгляд на человеческую расу.
1989Мэгги, которая всего несколько недель как работала на Хейзел, обедала в «Горле чайки», когда туда вошла Мици Колдуэлл, ее старинная школьная подруга времен школы «Брук-Хилл». Увидев Мэгги, она ринулась к ее столу.
— Мэгги! Как я рада тебя видеть, мне кто-то говорил, что ты вернулась из Далласа. Можно я к тебе подсяду?
— Конечно, Мици. Очень здорово, садись, пожалуйста.
Мици была все такая же рыжеволосая симпатяга с короткой стрижкой и челкой.
— Сяду, только, чур, не смотри на меня. Я знаю, что выгляжу на сто восемь лет, но ты-то! Ты со школы так и не изменилась.
Мэгги засмеялась:
— Ну уж это вряд ли.
— Ой, Мэгги, правда, нам было тогда весело? Ты не скучаешь по старым добрым временам юности?
— Скучаю, даже очень.
— Какая удача, что я на тебя наткнулась. Я всего на несколько дней домой вернулась. Папа упал, играя в гольф, второй инфаркт, пришлось ехать домой помогать маме.
— Мне очень жаль.
— Да. Дэвид говорит, нам с нашими родителями — моими и его — впору собственную клинику открывать. Старость, дорогая моя, это такая дрянь.
— Знаю. А как Дэвид?
— Хорошо. Слишком много работает. Не могу дождаться дня, когда мы сможем вернуться домой. Нью Йорк — это, конечно, неплохо, но это не Бирмингем. Я говорю Дэвиду: «Дождешься, что твои дети заговорят как янки». Но ты-то как? Надолго вернулась? До сих пор моделью работаешь? Расскажи все как есть.
— Да, я поживу здесь, нет, моделью больше не работаю. Вообще-то я теперь торгую недвижимостью.
У Мици от удивления расширились глаза и рот открылся.
— ПОВЕРИТЬ НЕ МОГУ! ТЫ ТОРГУЕШЬ НЕДВИЖИМОСТЬЮ?
Мэгги почувствовала, что краснеет.
— Ну ладно, мне, пожалуй, пора…
— Нет! В смысле, просто не верится! Это же настоящий дар судьбы, что я тебя сегодня встретила. Я пытаюсь заставить маму и папу продать дом, но они меня не слушают. Уже агента притащила, нет, ни в какую. Но тебя они всегда любили! Не хотелось бы пользоваться нашей дружбой, но помоги мне, а?! Они вдвоем кукуют в этом большом старом доме, и я чую, что с твоей помощью мне удастся уговорить их продать его и переехать в «Св. Иоанн в соснах», чтобы я не волновалась за них день и ночь. Прошу тебя, поговори с ними.
Мэгги повезло. После разговора с ней Колдуэллы согласились продать дом, и Мэгги получила свой первый дом на продажу: большой, двухэтажный, из серого известняка и на горе.
В тот уик-энд, когда предстоял первый показ, мистер и миссис Колдуэлл уехали из города на три дня, оставив дом в ее распоряжении. На день открытых дверей пришло немыслимое количество народу, кое-кто с детьми, которые носились без присмотра по этажам, и, учитывая, что повсюду было множество дорогостоящих предметов искусства, Мэгги слегка нервничала. Но в конце дня прошлась по дому и убедилась, что все вроде бы на месте. Бренда уехала первой, а Мэгги лишь в шестом часу заперла дверь и направилась домой, довольная и уставшая до предела.
В воскресенье утром Мэгги приехала, чтобы открыть дом для следующего показа, и уже на крыльце услышала странный шум. Зайдя в холл, она не поверила своим глазам. Вода каскадом падала с балкона второго этажа, разбиваясь о пол прихожей, и лилась по ступеням лестницы прямо в гостиную. Мэгги помчалась наверх, пропитанные водой ковры хлюпали под ногами. Из ванной на втором этаже вытекала река. Мэгги закрутила кран. Холл второго этажа и весь первый этаж были залиты на дюйм. Все ковры, шторы снизу, красивый паркет — все было мокрое.
— Господи помилуй… что стряслось? — спросила появившаяся следом Бренда.
Часом позже, когда Хейзел вошла в офис «Красная гора», там ее ждала Мэгги, вся в слезах.
— Привет, милая, — сказала Хейзел, бросая на стол сумку и запрыгивая на стул.
— Ой, Хейзел, мне так жаль! Это я виновата, надо было все проверить перед уходом. Колдуэллы завтра возвращаются, а я погубила их дом.
Хейзел отмахнулась:
— Да ну, не глупи! «Погубила». Ничего ты не погубила, это всего-навсего вода. Не бери ничего в свою красивую головку, такое бывает. Во сколько они возвращаются?
— Около полудня.
Тут вошла Этель, не успевшая снять лиловый церковный наряд, и в знак приветствия помахала рукой. Хейзел улыбнулась Мэгги.
— Расслабься, мы все сделаем, — сказала она и со стуком открыла большую картотеку «Ролодекс». На столе у Хейзел стояло шесть больших черных телефонных аппаратов, на каждом по пять линий. Мэгги слышала, что Хейзел — мастер вести телефонные разговоры, но никогда не видела ее в действии. Она в изумлении наблюдала, как Хейзел принялась набирать номера, переключаясь щелчком с линии на линию с легкостью и изяществом пианиста.
ЩЕЛК.
— Джон! Хейзел. Привет, детка, прости, что беспокою тебя дома в воскресенье, но как быстро ты сможешь доставить вентиляторы на Крест-Роуд? У нас приключился небольшой потопчик. Я знаю, но скажи, я ведь могу на тебя рассчитывать, рыбонька? Если бы ты смог, я была бы тебе страшно благодарна. Ох, спасибо, Джон. Ты мой герой. Этель перезвонит, объяснит в деталях.
ЩЕЛК.
— Здравствуйте, а Эл дома? Скажите, это Хейзел. Я подожду.
ЩЕЛК.
— Билли? Хейзел. Слушай, зая, мне нужна команда уборщиков, срочно. Я знаю, что беру за горло, но мне нужна твоя помощь, понимаешь? Ты же знаешь, за мной не заржавеет. Ой… Спасибо, Билли. Этель перезвонит, посвятит тебя в детали.
ЩЕЛК.
— Пит? Хейзел. Слушай, дружок, мне к завтрашнему утру, к десяти, нужно натереть полы. Можешь мне это устроить? К десяти? Я знала, что могу на тебя рассчитывать. Подожди, соединю с Этель.
ЩЕЛК.
— Джун? Хейзел. Дорогуша, мне нужна помощь, нужно постирать и высушить шторы к утру. Ты знаешь, за мной не заржавеет… Ага, к десяти? Ой, спасибо, детка, я за это станцую на твоей свадьбе. И передай от меня привет этому своему красавчику-мужу. Хорошо. С тобой Этель поговорит, не вешай трубку.
Ознакомительная версия. Доступно 9 страниц из 55
