Дуги Бримсон - Крылья воробья

— М-да, — скривила она губки. — Сегодня день сюрпризов для всех нас.

— Этот кофе для меня?

— Нет, — коротко ответила Джоан. Но через мгновение коварно улыбнулась и протянула ему кофе. — Можете взять, если хотите.

Роб привстал, чтобы взять кружку, однако в последний миг заметил, что на фарфоре напечатана эмблема клуба. Он сел на место, улыбнулся и положил руки на колени.

— Нет-нет, спасибо, вы же для себя делали, — сказал Роб. — Я сварю себе сам.

Джоан улыбнулась. Это была улыбка победителя.

— Как хотите. Скажите, как мне обращаться в вам? Мистер Купер? Господин президент? Сэр?

— Называйте меня Робом, — сказал он. Притворно угодливый тон не ускользнул от его внимания. — Я не знаю, что вы уже слышали обо мне, Джоан, но давайте договоримся с самого начала, хорошо? С этого момента мы будем считать, что я не болельщик. Вообще я оказался здесь не по своей воле, понятно? Если вы согласны, то, уверен, мы с вами сработаемся.

Джоан набрала в пышную грудь воздуха и выдохнула медленно, но громко. Роб воспринял это как знак того, что границы проведены.

— Журналисты все еще в вестибюле, — сказала Джоан внезапно. — Они просят, чтобы вы сделали заявление.

— Не сомневаюсь, — ответил Роб. — Но им придется подождать.

— Вы босс, — хмыкнула она и обратила взгляд на стопку рукописных заметок на столе. — Могу я спросить, что это такое?

— Это, — гордо ответил Роб, — мой генеральный план.

— Ну, тогда вам стоит добавить к своему плану еще вот это, — сказала Джоан и уронила прямо на бумаги Роба папки, которые принесла с собой. — В желтой папке электронные письма и факсы от различных СМИ и новостных агентств. В розовой — информация от Футбольной ассоциации, они хотят срочно переговорить с вами или вашим представителем, а в зеленой — резюме кандидатов на должность менеджера команды. Хотя я думала, что у нас есть менеджер.

Роб, наморщив лоб, выудил зеленую папку из горы на своем столе и стал перелистывать ее содержимое.

— Черт возьми! Я же еще даже не объявлял вакансию.

— Так у нас действительно нет менеджера?

— Нет, — ответил Роб, не поднимая головы от папки. — Я уволил его вчера.

— За что? — воскликнула Джоан.

— Это была месть. Если вкратце, то я имел на него зуб. — Неожиданно лицо Роба расплылось в улыбке, он выдернул из папки один лист и вручил Джоан. — Вы можете позвонить ему и попросить приехать сюда как можно скорее?

— А что мне делать с прессой? — спросила она, изучая листок. И вдруг удивленно вскинула голову: — Не может быть! Это вы серьезно?

— Абсолютно, — сказал Роб. — Прессе сообщите, что до завтра я точно ничего не скажу, и принесите мне, пожалуйста, список сотрудников. Пора приступать к активным действиям.

Джоан мрачно свела брови и повернулась, чтобы уйти.

— И, Джо… Можно, я буду звать вас Джо?

Она кивнула растерянно.

— Спасибо.

Только очутившись за дверью, Джоан получила возможность немного расслабиться и позволить слезе, так давно просившейся наружу, тихо скатиться по щеке. Джоан казалось, что ее подвели и предали, и в то же время она страшно сердилась.

Джоан проработала в клубе уже много лет и всю свою жизнь болела за «Сити», а теперь вынуждена непосредственно участвовать в нелепой драме. Джоан была почти уверена в том, что для нее это будет невыносимо. И что, хоть кто-нибудь поинтересовался ее мнением или чувствами? Разумеется, нет. Все просто решили, что Джоан как-нибудь приспособится. Конечно, она ведь коврик, чтобы ноги вытирать. Такова история всей ее жизни.

Она мысленно велела себе собраться и вытянулась во все свои метр пятьдесят шесть. Ну нет, на этот раз она не станет терпеть. Теперь все будет по-другому, и если тот кретин ожидает, что сможет из нее вить веревки, то он сильно удивится.

Джейн очнулась от дремы и глянула на работающий телевизор, где жизнерадостные ведущие утреннего ток-шоу знакомили своих зрителей с новостями.

— Боже праведный! — воскликнул она. — Уже одиннадцать часов!

Джейн опустилась обратно в мягкое тепло дивана и улыбнулась про себя, снова отдаваясь наслаждению. Да, на сегодня у нее было много дел, но она не торопилась. Джейн и припомнить не могла, когда в последний раз ей было так хорошо, так спокойно.

Однако имя Роба, прозвучавшее с экрана, заставило ее вернуть взгляд к телевизору, она даже нащупала пульт, чтобы сделать звук погромче. И как раз вовремя: в кадре появился ее муж, идущий через стоянку к стадиону. Невидимый репортер сообщал подробности утренних событий в «Джордж-парке», включая яйца, недовольных игроков и взбешенных фанатов.

Джейн потянулась и зевнула. Может, Роб испытывает сейчас целую гамму чувств, но она ни капельки за него не переживает. Джейн знала мужа лучше, чем кто-либо еще во всем мире, и поэтому понимала, что хоть он и стонет, и ноет, и жалуется на горькую судьбу, но в глубине душе счастлив. Нежданно-негаданно Роб обрел славу и внимание публики, которых тайно жаждал всю свою жизнь.

Ведущие Фил и Холли вновь расточали улыбки на экране, но Джейн пришлось отвлечься: ее покой был нарушен громким электрическим звонком домофона. Она подождала минутку, надеясь, что незваный посетитель уйдет, но, когда ушам стало больно от звона, все-таки заставила себя подняться и выйти в холл, где весело мигал красный огонек интеркома. Маленький черно-белый монитор показывал светловолосую женщину средних лет. Даже на крошечном экране с низким разрешением было видно, что посетительница очень хороша одета. Точнее, необыкновенно хорошо одета.

— Слушаю.

— Здравствуйте. Я Вики Коллинз, — ответила женщина через интерком. — Я ваша соседка. Просто хотела познакомиться.

— Не хочу показаться грубой, — сказала Джейн, волнуясь, — но откуда мне это знать?

Интерком расхохотался глубоким электронным смехом.

— Ниоткуда, — последовал веселый ответ. — Но здесь только я и Лилли, так что бояться вам нечего.

— Лилли?

Женщина подняла на руки маленькую белую собачку и, зажав в ладони ее лапку, шутливо помахала в видеокамеру. Джейн невольно улыбнулась.

— Простите, э-э… Вики, но я еще не одета, — сказала она. — Может, вы зайдете попозже?

Почти тут же женщина исчезла с экрана, но через несколько секунд возникла, широко улыбаясь. Эта улыбка стала еще шире, что было почти невероятно, когда Вики Коллинз показала Джейн огромный букет цветов и бутылку шампанского.

— Но я пришла с подарками!

Роб сидел во главе большого стола и обозревал лица людей, которые, в свою очередь, тоже смотрели на него.

В течение последнего часа он обрисовывал свою позицию различным сотрудникам клуба, и это была последняя группа — самая важная. В конце концов, всевозможным административным работникам легко найти замену в случае чего, но маркетологи и рекламщики обладали теми навыками и связями, без которых Робу не обойтись, так что он не мог позволить себе потерять этих специалистов. Вот почему он оставил их напоследок — когда его речь и аргументы уже были отрепетированы на остальных отделах.

— Все ясно? — спросил Купер. — Так или иначе, но я должен достичь поставленной цели, и вы или остаетесь и работаете вместе со мной, или уходите. У вас есть двадцать четыре часа на принятие решения.

Его подчиненные встали и направились к выходу. Роб не был удивлен тем, что лица не выражали особого восторга, но надеялся, что сказал достаточно, чтобы убедить их остаться в клубе. Если же нет, то он в пролете.

Сотрудники еще не успели разойтись, когда в конференц-зал вошла мрачная Джоан, сопровождающая полноватого хорошо одетого мужчину с властным лицом. Его появление вызвало среди уходящих маркетологов многозначительные переглядывания, но мужчина, если и заметил произведенный эффект, виду не подал.

Подойдя прямо к Робу, он протянул руку для приветствия. Сияющий улыбкой Роб поднялся и пожал ее.

— Гэри Роджерс. Чтоб мне провалиться. Это огромная честь для меня, сэр.

Чарли захлопнул за собой дверь и вошел в гостиную, где перед включенным телевизором сидел Мик.

— Эти чертовы репортеры все еще там? — спросил старик.

— Есть несколько человек. Спрашивали у меня, кто я такой. Но я им ничего не сказал.

— Молодчина. Ублюдки они, все до одного.

— Да в школе весь день то же самое было, — сказал Чарли, со вздохом падая на диван. — Вражьи прихвостни. Надоело мне это до смерти.

— Да уж. И по телику весь день показывают. Чай будешь?

Мик поднялся и отправился на кухню, а Чарли, утвердительно буркнув, потянулся за пультом.

Но не успел начать переключать каналы в поисках чего-нибудь интересного, как на экране возник спортивный обозреватель, и из любопытства Чарли решил его послушать.