Ирина Волчок - Ловушка для примерной девочки

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63

Или видела все не так, как было и есть на самом деле. Артур торопится зарегистрировать брак? Не обращает внимания на то, что у нее ответственная пора — защита диплома. Не спрашивает о ее дальнейших планах. А она? А она на все согласна. Она идет с ним в загс накануне зачета. Легко принимает то, что он вдруг оказался вовсе не скромным клерком, или автомехаником, или программистом, как она думала, а птицей высокого полета. Ах, он хотел сделать ей сюрприз! А может, это все же была проверка? Ну, на предмет того, правда ли, что такая нетребовательная к условиям жизни, как он хочет… Ладно, это еще не беда, хоть и неприятно. А вот Кирилл…

Как только она подумала про Кирилла, острая обида опять колыхнулась в душе. Она так старалась! Она и вправду прониклась ответственностью за него! Она его так жалела! Пыталась понять все его переживания. И главное — он ведь с ней был таким милым. И вдруг — такое сказать? А Ольга Викторовна? Сразу поверила, сразу оскорбила!

Нет, это все надо срочно менять, она попала в чужую жизнь. Пока не поздно, надо возвращаться в свою.

А Артур? Он не только не сказал ей, что у него есть сын. Он и ребенка не подготовил к тому, что привел ему вторую маму. Как же он к ней, своей жене, относится, если явно противится тому, чтобы это слово прозвучало? А ведь это так естественно. Любой отец хочет, чтобы его дети стали для новой жены словно родные.

Нет, так жить нельзя.

Вот что она думала.

А сейчас? Он ведь не ради себя ее просил остаться… Ни слова о себе не сказал — только о Кирилле. И опять-таки ни слова о том, что она же вроде мама его сыну теперь.

Она сбилась со своего пути в этом сиреневом тумане. И теперь идет по незнакомой дороге, все время спотыкаясь.

Но — идет. А раз идет — то пора уже обед готовить. Продукты покупать.

И Наташа отправилась по магазинам.

Ольга Викторовна страшно возмутилась тем, что Артур не выгнал Наташу. Не верила, что Кирилл солгал, что Наташа его и пальцем не тронула.

— Конечно, она так будет говорить! Ты другого ожидал?

— Мам, — не выдержал Артур. — Я не собираюсь следствие устраивать по поводу того, шлепнула моя жена моего сына или не шлепнула. Можно подумать, он такой идеальный ребенок, что ему не за что наподдать! Ты себя вспомни. Вспомни-вспомни, как меня ремнем драла и в кладовке запирала.

Ольга Викторовна сначала смешалась, но быстро взяла себя в руки.

— Не забывай, что я — твоя родная мать! Мне простительно, к тому же ты был порядочным шалопаем.

И она рассмеялась, вспомнив, за что как-то применила к сыну непедагогичные меры.

Маленький Артур очень не любил, когда мама уходила вечером. А что она могла сделать, если у нее работа такая — актриса театра? Но уж если мама отправлялась с папой, да еще нарядная, как принцесса, — такого он перенести не мог.

В то время Валентин Петрович Коротаев был лишь главным агрономом в совхозе. И жили они в городе, а отец приезжал только на выходные — не было у него не то что «лексуса» — вообще никакой машины не было. И так как папа приезжал вечером в пятницу, а у мамы вечера свободными были редко, то выход в свет был случаем особым.

Артур, конечно, не знал, на какой важный для отца раут собирались в тот вечер родители. Там должно было решиться, дадут папе должность директора совхоза или не дадут пока. Он понял одно: мама и папа бросят его на тетю Тамару и уйдут. Мама специально для этого выхода сшила у самой дорогой в городе портнихи какое-то сногсшибательное платье и купила очень дорогие импортные туфли. Не купила — достала по великому блату.

И Артур придумал, как удержать маму дома. Он взял ножницы и вырезал по всему платью аккуратные дырочки. А туфли приклеил к полу шкафа клеем «Момент». Проделал он это перед тем, как мама собралась наряжаться…

Вот тогда и состоялась великая порка и запирание в темной тесной кладовке. Туфли кое-как отодрали, но мать их только на сцене могла носить. А вот платье пришлось выбросить.

— Согласись, я еще мягко с тобой обошлась, — отсмеявшись, сказала Ольга Викторовна.

— Ну, конечно, мягко! Надо было утопить, — буркнул Артур.

Ольга Викторовна нахмурилась:

— Смеемся, когда у нас такой серьезный вопрос. Так вот, сын: Кирчонка я тебе не отдам. Я теперь этой твоей овечке не доверяю.

Артур тяжело вздохнул и пошел искать сына.

Кирилл в своей комнате строил башню из «Лего», как всегда, шепча что-то под нос. Вот бы прицепить к нему микрофончик, чтобы слышать, что он там сочиняет, подумал Артур. Жалко было прерывать его игру. И Артур притворил дверь.

Примерно через час Кирилл появился в гостиной. Подошел к отцу, молча взобрался к нему на колени, приник.

— Что построил? — спросил Артур.

— Королевство. У меня там принцесса живет заколдованная. Ее злой колдун превратил в робота. А прекрасный принц приедет и расколдует ее. Там мой робот пока, а потом я туда Барби поселю.

— А откуда у тебя Барби?

— Мне тетя Вера свою отдала. Пригодится! Будет то принцесса, то еще кто-нибудь, — деловито пояснил Кирилл и опять прильнул к отцу.

— Спать хочешь, да?

— Угу. И домой тоже хочу. С Наташей весело, она мне все время рассказывает что-нибудь…

— А зачем же ты про нее бабушке соврал?

Кирилл засопел и стал сползать с колен Артура.

— Погоди-погоди! Соврал ведь, да?

Кирилл понурил голову, кивнул.

— Тогда иди и скажи баболе, что Наташа тебя не шлепала.

Понурая голова отрицательно мотнулась.

— Иди, Кирка! Знаешь, как тебе сразу хорошо станет!

И Кирилл пошел, так и не поднимая головы…

А через несколько минут вприпрыжку прискакал обратно, запрыгнул снова к Артуру на колени, обхватил его за шею и крепко сжал.

— Я это сделал!

Следом с озадаченным видом вошла Ольга Викторовна.

— А я что говорил? — насмешливо сказал Артур.

— Ну… Почему-то он это сказал все-таки! Дыма без огня…

— Мама, оставь нас в покое, а? Ты меня снова чуть без жены не оставила!

— Я?! — возмутилась Ольга Викторовна.

— Да, ты! Она ушла из дому, а теперь просит развода.

— Развода? Сама просит?

— Да. Еле уговорил не спешить.

— Ты ее еще и уговаривал?!

— Да, — отрезал Артур. — Меня она устраивает!

Вечером Артур привез сына домой. Кирюшка бросился к Наташе, обхватил ее, уткнулся в нее лицом и замер… Как после этого на него обижаться?

И все же, когда он улегся спать и ждал сказки на ночь, она положила раскрытую уже книгу себе на колени и строго сказала:

— Кирюша, расскажи папе о Кире. Мне надо с ним поговорить, чтобы он не запрещал тебе с детьми общаться. Но если ты промолчишь — и я не смогу ничего сказать. Понимаешь, почему?

Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 63