У Анары все поплыло перед глазами. Как? Почему? Почему без неё все решили?! Как вообще это могло произойти? И кто такая эта Наристе, которая претендует на место в жизни её отца?! Анара сжала губы, слезы предательски просочились сквозь ресницы и вот-вот могли хлынуть бурным потоком. Но Жаныл эже предотвратила попытку Анары закатить истерику, она подошла к девушке и, взяв её за руку, строго спросила:
— Ты любишь своего отца?
Анара отвела взгляд, но Жаныл эже не отпускала и вновь спросила:
— Ты любишь отца?
— Да… — смогла выдавить из себя девушка.
— Ну, раз любишь, то не лишишь его счастья! Нельзя быть эгоисткой! Он и так всю жизнь тебе отдал. Ты выросла, и ему тоже хочется быть счастливым! Поэтому, чтобы я не видела твоих слез и сцен, иначе разговора у нас с тобой не получится! Всё! Шагом марш в кухню!
Поникнув, девушка отправилась переодеваться. Она поклялась себе: что во что бы то ни стало — поквитается с этой ненавистной женщиной, отнимавшей у неё отца.
* * *
Свадьба была скромной. Утром регистрация в Загсе и потом небольшое торжество в кругу друзей и родственников. С самого утра отец поехал за невестой, а Анара вместе с родственниками ждала в Загсе. Она с нетерпением хотела увидеть новую жену отца, воображение рисовало, то толстую некрасивую тетку с большой грудью, то сухую старушенцию из известных фильмов.
Подъехала украшенная праздничными лентами машина, и первым из неё вышел давний друг отца со своей женой, они были свидетелями со стороны невесты и жениха. Отец помог выйти своей избраннице. Анара готова была испепелить эту тонкую аристократичную руку в ладони отца. Она впилась взглядом в пространство, из которого должна была появиться невеста.
Аккуратно стараясь не задеть подолом платья край машины, из салона показалась женщина. Обыкновенная, на взгляд Анары, женщина, в которой не было ничего такого, что могло бы хоть как-то выделить её из таких же, наверное, как она, среднестатистических женщин среднего возраста. Невысокого роста, среднего телосложения, коротко стриженная, она чем-то смахивала на Ирину Хакамаду. Острый умный взгляд, тонкие брови, чувственные губы — нет ничего этого, как казалось Анаре, она не увидела. Обычная городская тетка, каких тысячи ходят по городу. Фи! Она даже не в свадебном платье, а в каком-то непонятном костюме серо-голубого цвета! Хотя учитывая, что она немолодая девушка и, вдруг еще не в первый раз выходящая замуж?! Хотя какая теперь разница! Отец без неё всё решил! Теперь и она не будет с ним советоваться! А этой грымзе она еще покажет, где раки зимуют!
Церемония прошла быстро, и свадебный кортеж в пять машин направился в сторону гор, в Ата-Бейит, на мемориал жертвам репрессий 1916 года, там же был похоронен и Чынгыз Айтматов, один из любимых писателей отца Анары.
Ближе к четырем часам вся процессия, нафотографировавшись и накатавшись по городу, остановилась у небольшого кафе.
Все проголодались и ждали, когда, наконец, ведущий объявит о начале торжества. Анара держалась возле тетушки и, стараясь пока никак не выказывать своего присутствия. Когда Атай позвал её познакомиться со своей женой, девушка нехотя подошла и протянула руку.
— Вот, Наристе, это моя Анарка! А это, доча, твоя мама!
— Здравствуй! — Наристе протянула руку Анаре и улыбнулась. Анаре захотелось плюнуть ей в лицо и разодрать ей волосы, но она лишь ухмыльнулась, показывая всем видом, что этого достаточно.
— Она хорошая девочка, только не привыкла еще, ты не переживай! — успокоил Атай жену.
— Да, да, конечно, я понимаю… — Наристе, улыбнувшись, прижалась к мужу.
Начались тосты. Все поздравляли молодых, пили за их здоровье и после каждого тоста протягивали новоиспеченной семье конверт. Звучала музыка, через некоторое время все стали вести себя более раскрепощено, от выпитого кружилась голова. Наристе вышла подышать на улицу. Она увидела в одной из беседок на улице одиноко сидящую Анару, и направилась в ее сторону.
— А ты почему здесь одна?
— Потому, что мне совсем невесело! — Анара исподлобья посмотрела на мачеху. — И я не рада! Понятно Вам!
Наристе от неожиданности попятилась назад и уперлась спиной в одну из стоек беседки.
— Если вы думаете, что я буду вас любить и уважать — ошибаетесь! — Анара подскочила к оторопевшей женщине. — И откуда ты взялась такая?! Что? Отец мой понравился? Да? Ага, я так и поверила? Небось, голодранка хочешь городскую прописку? — злобно бросила девушка.
— Зачем ты так говоришь? — Наристе опустила вниз глаза. Ей хотелось убежать и заплакать от обидных слов, брошенных этой девочкой. — Я тебе ничего плохого не сделала, почему ты так на меня злишься?
— Ты еще спрашиваешь? Это ты у меня отца отнимаешь! Мы жили до этого без тебя! А теперь ты встала между нами!
— Что ты такое говоришь? Я никогда не встану между тобой и твоим отцом…. И я не отнимаю его у тебя….
Анара резко приблизилась к лицу Наристе:
— Да? Только попробуй, я тебе жизни не дам! Ты испортила мою жизнь, теперь я буду портить твою!
Наристе закрыла глаза. Ей была неприятна близость лица Анары.
— Эй! Девушки! Вы что там делаете? — Атай, выйдя из кафе, направился в беседку. — О чем секретничаете?
— Да, так, ни о чем! — Анара взяла отца под руку. Он поцеловал её в лоб и затем, обняв обеих за плечи, улыбнулся:
— Какие вы у меня хорошие девчонки! Заживем теперь как люди! Мама, папа и дочка!
После свадьбы Жаныл эже, дав кучу наставлений Анаре, уехала с мужем в Талас. Началась новая семейная жизнь. Анару не устраивало всё. Появление женщины в их доме мешало её личному пространству, она, то там, то здесь обнаруживала следы её пребывания. В виде чистой посуды, поглаженного белья и прочих домашних мелочей, которые с неохотой, но все же до этого делала Анара. При отце она перебрасывалась парой слов с мачехой, но в его отсутствие измывалась над ней вдоволь. Наристе пожимала плечами и уходила из комнаты, как раненый с поля боя, получая вдогонку колкости от падчерицы.
Учеба давалась Анаре легко, она быстро усваивала материал и не боялась спорить с преподавателями. Перед самым Новым годом Анара загрипповала. У неё поднялась температура прямо на занятиях, и она, отпросившись, пришла домой.
Наристе готовила на кухне. Услышав что кто-то пришел, она выглянула в коридор и удивилась, увидев Анару:
— Что-то случилось? — тревожно спросила Наристе.
— Ага, радуйся! Умру я со дня на день! — кинула ей в ответ Анара. — Чай поставь!
— Хорошо, иди, раздевайся и к столу.
— Да, конечно, пойду, а то без тебя даже раздеться не могу уже!
Анара появилась на кухне закутанная в большое одеяло. Наристе машинально приложила ладонь ко лбу девушки, та отдернулась.
— Давай-ка ложись, я тебе сама все принесу, у тебя температура, ты вся горишь…
— Что боишься? Вдруг помру, что ты тогда моему отцу скажешь! — не унималась Анара. Но все же, послушав мачеху, направилась в свою комнату.
Наристе заварила чай и принесла на разносе вместе с малиновым вареньем. Она положила несколько ложек в чай и протянула Анаре:
— Пей и ложись. Тебе надо хорошенько пропотеть, а малина температуру собьет.
Анара молча вязла протянутую пиалу и стала мелкими глотками пить. Её знобило. Голова разламывалась и кружилась. Допив до конца чай, она опрокинулась назад так же, как и сидела закутанная в одеяло.
Наристе подняла ноги девушки и, положив их на кровать, вышла. Через минуту она зашла с пледом и стала аккуратно укрывать Анару.
— Ты, типа мне мамой хочешь стать? Не надо, не старайся! У меня нет мамы, она умерла. Есть только папа!
— Да, да, только давай укроемся потеплее, чтобы ты пропотела, хорошо?
— Наристе подоткнула края пледа под ноги Анары и присела на край кровати. Она снова приложила ладонь ко лбу девушки, он все еще горел.
От выпитого чая Анара разомлела и впала в дрему. Она почувствовала, как кто-то гладит её по голове и сквозь дремоту, уже засыпая, услышала шепот:
— Девочка моя, какая же ты еще…. Ты совсем такая же, как и была бы моя дочь… Вы даже родились с ней в один день…
Через неделю Анара поправилась. Все эти дни мачеха ухаживала за ней, и Анара, немного поразмыслив, решила на это время оставить свои нападки на Наристе. С выздоровлением затишье закончилось.
* * *
Как ни странно Наристе никогда не жаловалась мужу на выходки Анары. В силу своего характера она всегда обдумывала свои действия и лишний раз не хотела обострять и без того сложные отношения с падчерицей. Атай приезжал с работы усталый и начинал расспросы о работе, учебе, о домашних делах. После разговоров, он, как правило, садился за компьютер и уже не высовывался до самого ужина. Он отличался свойственным, наверное, только людям технического склада, нравом спокойным, рассудительным, никогда неспешный. Но видимо также в силу этого он не замечал очевидных вещей. Возможно, не будь настойчивее Жаныл эже, он никогда бы не решил жениться во второй раз. Слишком тяжело далось ему его теперешнее счастье. С Наристе они были знакомы еще со школы, она и была его первой любовью. Не случись в его жизни военной академии в Санкт-Петербурге, он женился бы на Наристе раньше. Но судьба распорядилась по-другому. Учась на последнем курсе, Атай на одной из встреч с земляками встретил Алию, которая впоследствии стала его супругой. Их роман закрутился со скоростью автомобиля, несущегося по автобану. Через две недели после знакомства, Атай отправил телеграмму сестре, чтобы готовились к свадьбе.
