продажности. Выглядело это так смешно, в стиле "а вот у вас тоже все плохо", что никто не верил в такую аргументацию. Хотя это не мешало оппозиционерам снова и снова наступать в ту же лужу.
С другой стороны, то, что имя Николая Николаевича оказалось потрепанным в этих баталиях, стало причиной пристальной слежки за ним. Я нашел на некоторых сайтах упоминание о возможности существования у него счетов в офшорных банках. Я знал, правда, всего об одном. И о недвижимости в США - этого не было, Коля бы знал, но кого интересует правда и достоверность информации, как говорил один теперь знакомый журналист.
Кстати, его недавно избили. Шум, впрочем, вышел небольшой. Несколько ударов трубой по голове в подъезде. На фотографии он криво улыбался и обвинял в нападении сторонников власти. Зачем этой власти бить желтого журналиста по голове, когда можно посадить или просто закрыть его блог, он не пояснял. Я же подумал, что парень написал что-то не то о ком-то, у кого есть брутальные дружки из подворотни. Вот и отхватил. Как говорил один сыщик в старом детективе: если произошло убийство, то ищите сына садовника. Не надо стараться в каждом преступлении видеть интригу. Иногда получить трубой по башке - это просто месть недовольного гопника.
Я безуспешно пытался найти хоть что-то о Веронике. Она была как тень в неосвещенной комнате - полностью невидима. Вот и верь тому, что в Интернете каждый хоть как-то но оставил след. Ни в соцсетях, ни на форумах, только фамилия в списке выпускников вузов и все.
Вечером Аня сходила за сыном. Мальчик и Катя быстро подружились. Так быстро, что я даже засомневался в искренности девочки. Но нет, она с интересом, как мне показалось, возилась с малышом, вовсе не заставляя его чувствовать себя ущемленным. И при этом не заигрывала с ним, как часто это себе позволяют взрослые в общении с детьми.
Они играли до десяти часов, пока маленький Женя не стал клевать носом. Аня уложила его на этот раз не в гостиной, где он обычно спал, а в своей спальне, разделив кровать между ним и Катей. Женя вырубился почти сразу, а Кате я читал книгу еще около часа, пока ее не повело от усталости. Я укрыл ее одеялом, поцеловал в лоб и вышел из комнаты. Аня смотрела телевизор на самом низком уровне громкости. Я сел рядом.
- Не поверишь, никогда не страдала привязанностью к ящику. А теперь каждый день понемногу смотрю. Наверно, старею.
- Да нет, ты еще совсем ничего, - заметил я.
- Грубиян! Девушки с годами только хорошеют! - Притворно возмутилась она. Она и правда выглядела лишь немногим старше момента, когда мы встретились. Конечно, ушла та юношеская припухлость, все черты лица стали острее и жестче. Но вместе с тем появилась какая-то особенная женственность, присущая только женщинам с жизненным опытом. Трудно было назвать ее зрелой по возрасту - ей было сейчас всего где-то двадцать пять, двадцать семь - никогда не знал ее года рождения. Все черты, которые я наблюдал раньше у женщин с опытом, у нее проявились в полной мере: особенный оценивающий взгляд, плавность движений, некая небрежность в поведении и одежде, но которую нельзя назвать распущенностью.
Я встал и пошел на кухню. Мне надо было выспаться перед полетом обратно. Уже на кухне я услышал, как скрипит диван, который раскладывает Аня. Спустя пару минут она зашла с подушкой и одеялом в руке.
- Так что, ты слева или справа, - игриво улыбнулась она. Подошла ко мне и нежно поцеловала. - Я рада, что ты вернулся.
- Я не так уж и долго отсутствовал.
- Нет. Вернулся ты, прежний, которого я полюбила тогда, после первой встречи.
Вот тут уже я не стал ждать. Тепло волной накрыло мое тело от кончиков пальцев на ногах до самой макушки. Я стиснул Аню в объятиях и начал покрывать ее поцелуями: глаза, щеки, губы, шея... Когда я дошел до того, чтобы растегнуть ворот ее спортивного костюма, она остановила меня и приложила палец к губам.
- Я проверю детей, - и выбежала на цыпочках из кухни. Так вот, какая она, семейная жизнь! Не очень-то, если сказать правду.
Минуту спустя Аня появилась в дверном проеме и поманила меня пальцем, а потом погасила свет. В гостиной царил полумрак. Это, однако, не мешало нам кружить друг друга в объятиях, срывая одежду. У меня не было секса с тех пор, как появилась Катя, и я боялся, что все кончится слишком быстро, но Аня словно чувствовала мою неуверенность, а может просто растягивала удовольствие.
Мы то занимались сексом, то шепотом переговаривались под одеялом. Потом кто-то из нас выбегал в туалет или за водой, чтобы утолить жажду, и все повторялось снова. До самого рассвета никто не сомкнул глаз. Но еще до того, как дети проснулись, диван был собран, а мы с Аней чинно пили кофе на кухне.
- Ты надолго? - Спросила она меня перед тем, как пойти будить детей.
- Честно?... Не знаю. Я понятия не имею, как она себя поведет. Но я должен ее найти и нейтрализовать. Не знаю, что именно ею движет, но она четко дала понять, что не остановится, пока полностью меня не уничтожит. Это война не на жизнь, а на смерть.
- Странно все это, - протянула Анна. - Какой бы неприятной ни была измена, все же это только эпизод в жизни. Не стоит превращать такой поступок в причину вендетты. Мне кажется, что она просто тронулась.
- Мне тоже так кажется. И тем страшнее ее возможные будущие действия. Она, как призрак, скользит за мной и превращает все, что я делаю, в тлен. Мне бы хотелось так или иначе это прекратить.
- Ты умный, ты что-то придумаешь.
Зазвонил телефон. Я снял трубку.
- Не спишь? - Голос Владилена.
- Уснешь тут, - буркнул я, но имел в этот момент совсем другое, трогая рукой грудь Ани и чувствуя, как ее сосок твердеет. Она шутливо сбросила мою руку.
- Нашелся след твоей боярыни. Может, снова хочет пустить нас по ложному следу, но ничего другого все равно нет.
- Что еще?
- Она вчера вылетела в Таиланд.
- Опять?
- Или снова. По крайней мере, это именно она прошла регистрацию. Я ездил в аэропорт, показывал ее фото регистратору. Именно она села в самолет.
- Мне нужно лететь за ней.
- Знать бы, куда именно там она направилась. И зачем.
- Как-нибудь разберусь. Или подставлюсь, чтобы она сама меня нашла. На чужой территории она будет смелее.
- Смотри сам. Это твоя игра.
- Попробуй пробить, где она могла там остановиться.
- Легко сказать. Это не юрисдикция России. Но я попробую что-то сделать.
- Буду очень сильно благодарен.
Я положил трубку. Аня смотрела на меня.
- Далеко летишь?
- В Таиланд. Это настоящая мекка российских стартапов в области Интернет. Дешевое жилье, простые законы, почти бесконечная туристическая виза, теплое море и недорогая еда.
- Море, - вздохнула Аня. - Я уже так давно не была на море.
- Съездим! Когда я вернусь, - пообещал я.
Аня разбудила детей, и они позавтракали, после чего я попрощался с Катей. Внизу меня уже ждало такси.
- Только ты обязательно вернись, - напутствовала меня девочка.
- Не сомневайся, - серьезно ответил я, хотя сам совсем не был в этом уверен.
В самолете я раздумывал, как выйти на Веронику в Таиланде. Чужая страна, я совершенно не знаю языка - никакого, даже английского, если не считать нескольких слов. На моей стороне были только наглость и деньги. И, как я надеялся, толика удачи.
Владилен встретил меня в аэропорту. Начальник службы безопасности настолько увлекся моим делом, что я уже боялся, как бы ему не прилетело за это от руководства банка. Он показал мне распечатку, а потом даже отвел к регистратору, которая еще раз подтвердила факт отлета именно этой девушки с фотографии. Я купил билеты в Пхукет - город, куда улетела Вероника, на завтра, не считаясь с ценой, а оставался только бизнес-класс. Теперь надо было навестить Колю и Сергея.
Сергею я просто объяснил, что беру отпуск за свой счет, чтобы разобраться в себе и сложившейся ситуации. Пока биллинг в стадии стагнации, мои навыки не были особо востребованы. Самому Сергею я посоветовал заняться поиском инвестора, иначе нам было просто не вытянуть имеющийся вал расходов. Сергей уныло покивал головой, после чего мы распрощались.
С Колей мы посидели в кафе возле Думы, где он ошивался в ожидании отца.
- Уверен?
- Да какое там, - махнул рукой я. - Одни надежды.
- Тогда зачем летишь? Оставайся здесь, сама появится, тогда и повяжем.
- За что? Формально она ни в чем не виновата.
- Я найду таких, которым будет не нужно объяснять, за что.
- Не надо мне таких. Мне надо самому во всем разобраться.
- Дурак ты, Женька, и не лечишься.
- Знаю, но ничего не могу с собой поделать.
Мы еще недолго поговорили на незначащие ничего темы, после чего Коля заявил.
- Знаешь, я тут на тебя посмотрел и решил, что хватит.
- В смысле?
- Сделал вчера Лильке предложение.
- И?
- Согласилась, конечно. Я не лучший муж. Она не лучшая жена. Мы напропалую изменяли друг другу и даже кувыркались в постели втроем, но у меня почему-то засела мысль, что после всего этого из нас получится не такая уж и плохая семья. В любом случае, это лучше, чем у тебя.
