Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 128
– Да разберутся без вас, новых людей соберут в милицию! Найдут кадры. А тут, в тайге, сам понимаешь, кого и где искать? – для мягкости разговора подливая в стаканы спирт, уговаривал Агафьев. – Служба у нас тут – не бей лежачего! Двойной паёк! Одежда, денежное обеспечение в тройном размере!
– А куда ж мы эти деньги девать будем? – с округлившимися глазами качал головой Фёдор Михрютин. – Отсюда до кабака в Енисейске на коне неделю галопом скакать надо!
– Пусть копятся, – настаивал командир заставы. – На будущий год домой с полными карманами вернётесь!
– На будущий год?! – едва не упал с лавки Петька Бродников. – Ты же только сейчас просил на месяц остаться!
– Ну, говорил, – поправился Агафьев, усмехнулся. – Через месяц нас тут завалит, добраться до берега можно будет только на лыжах.
– Как же вы тут живёте?
– А что нам тут?! Тепло, дрова от староверов остались, продуктов – склад забит. Перезимуем, не первый год! – И немного понизив голос до среднего: – А заодно посмотрите, как кулачьё с голоду пухнет и от работы отдохнёте. Слышал я, что есть среди этапных ваши землячки?
– Есть такие, – заскрипел зубами Ванька Бродников. – Хотелось бы посмотреть, как они «с жиру беситься будут».
– Не сомневайтесь. Такая возможность вам представится.
– Как же это всё происходить будет?
– Завтра увидите. Покажем, как дело у нас тут поставлено. С прошлогоднего этапа… до весны половина не дожила. А в этом… может, и того хуже будет. Так как? Согласны?!
– Да уж, – переглянулись Бродниковы. – Хотелось бы посмотреть, как Мельниковы кровью умываться будут.
– Что так? Сильно насолили? – усмехнулся Агафьев.
– Есть такое дело! Ещё там хотели контру перестрелять, в тайге. Да комиссар наш, Глухарёв, не дал…
– Что же, – поднимая кружку со спиртом, предлагая выпить, зло засмеялся Агафьев. – Здесь вы их без патронов умертвите. Так что, остаетесь?
– Ради такого дела – согласен! – солово посмотрев на брата, наконец-то сдался Ванька. – Да и братка, думаю, тоже не откажется. Ты как, Петруха?
– Остаюсь! – выпив залпом из кружки, выдохнул тот.
– А вы? – обратился к Михрютину и Нагорному начальник заставы.
– Раз такое дело, за нами не станет! – недолго думая, согласились Иван и Фёдор. – Где ж вы их тут хороните? Рядом с заимкой могилок нет. Недавно смотрел на пригорке, у леска одни староверы закопаны.
– А мы их тут и не закапываем, – вступил в разговор инженер Махеев и засмеялся. – Они все там, – махнул рукой куда-то в сторону болота, – на острове.
– На каком это острове?
– А ни на каком. На болоте.
– Чтобы на работу было ближе добираться, – наливая себе в кружку спирт, усмехнулся Махеев.
– Никак остров не называется. Остров, да и все тут, – дополнил начальник заставы. – Мы его так и зовем: остров Тайна. Он так и в докладах числится. И в распоряжениях руководства под грифом «секретно» это место значиться не должно нигде. Ясно вам?
– Ясно! Что же тут непонятного?
– Ну а раз ясно, значит, завтра утром поведёте своих подопечных под конвоем на этот самый остров! – поднимая кружку, отчеканил Агафьев и дополнил: – Это мой вам первый приказ!
– Есть! – пьяненько качаясь из стороны в стону, ответил Ванька и неприятно рыгнул нутром.
Дверь избы широко распахнулась, в дом вошёл начальник караула, поправил фуражку, гимнастёрку, доложил:
– Товарищ командир! Ссыльные кулаки размещены по домам, поели, легли спать!
– Хорошо, Герасимов! Садись за стол, наливай! – не поднимаясь, ответил начальник заставы, указывая ему на свободное место.
– Караул выставили?! Дома на замки закрыли?! Вдруг сбегут… – поинтересовался Ванька Бродников и поперхнулся на полуслове.
Его речь прервал громкий хохот хозяев Ломоватской заставы:
– Сбегут?! Куда сбегут? Бежать-то некуда!
Утром выпал первый, неглубокий снег. Холодные, мокрые снежинки расквасили ещё тёплую землю в грязную кашу. Влажное атмосферное течение с юга напитало воздух сыростью. Ветви деревьев поникли под тяжестью воды. Седой туман над болотом скучился неприятным, промозглым мхом-ягелем. Солнца нет. Густые, низкие, плотные облака застили угрюмый мир тайги липким солодом. Сжавшийся, молчаливый лес похож на линявшую росомаху. Густой, стойкий запах болота чувствовался повсюду. Зябко. Промозгло.
Согнувшись у крыльца болотными кочками, поникли головами пёстрые собаки. Под навесом хрустят овсом лошади. Медленно вываливаясь из трубы сизой опарой, по крыше на землю течёт густой дым. Пробуя голос, в стайке кряхтит нахохлившийся петух. Часовые на вышках с поднятыми воротниками шинелей похожи на просяные мешки.
Глухо хлопают двери домов Ломоватской заставы. На улицу и обратно выходят и заходят люди: заросшие щетиной мужики, с туго повязанными на головах платками женщины, запахнутые в поношенные одежды дети. Под навесом бывшей часовни неторопливо курят папироски отцы-командиры. Медленно заправляя на груди суконные куртки, бряцают оружием милиционеры. Докурив, командир заставы Сергей Агафьев крикнул начальника караула:
– Герасимов! Ну что там? Все позавтракали?
– Да! Поели, – ответил тот ожидая новой команды.
– Выводи строиться! – приказал командир, направляясь к воротам. Остальные последовали за ним.
– Выходи на улицу на утреннюю поверку! Все до единого! Никому в доме не оставаться! – спокойно командовал начальник караула, пропуская подневольных людей в двери.
Построение семей длилось недолго. За время этапа ссыльные научились быстро выстраиваться для пересчёта. Друг перед другом. Кулаки и конвой. Через пять минут Герасимов докладывал Агафьеву:
– Товарищ командир! Раскулаченные семьи присутствуют в полном составе! Сбежавших нет! Отсутствуют дети, шесть человек, – покачал головой в знак сочувствия, – простыли по дороге. Лежат, встать не могут.
– Что, всё так серьёзно? – приняв доклад подчинённого, поинтересовался начальник заставы у женщин.
– Да уж куда хуже? – с тревогой в голосе наперебой заговорили матери. – Если бы лекарства, травки, да в тепле отлежаться…
– Этот вопрос не ко мне, тут я вам ничем помочь не могу! Доктора у нас на заставе нет, лекарств – тоже. Насчёт травок спросите у завхоза, может, она вам что скажет. А вот тепло и покой обещаю! Больных детей и ухаживающих за ними разрешаю оставить в избах, пока не выздоровеют.
– А нас куда? На работы? Лес валить? – раздались негромкие, робкие голоса мужиков.
– Неплохо бы в избах завалины закрыть, а то в стены дует, по полу тянет, – заметил Степан Мельников, считавший староверческие дома конечной целью пути.
Ознакомительная версия. Доступно 20 страниц из 128
