Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
Чиппер Доув ушел; он был, конечно, первым. И как хороший квотербек мяча он долго не держал.
— Я знала, что он собирается сделать, — сказала мне Фрэнни намного позже. — Я приготовилась к этому, я даже представляла себе это с ним. Я всегда знала, что первый раз каким-то образом будет с ним. Но я никогда не думала, что он позволит другим это видеть. Я даже сказала ему, что не надо меня заставлять, что я сама ему дам. Но когда он оставил меня с ними, к этому я была не готова. Такого я не могла себе даже представить.
Кажется, моя сестра считала, что это была плата — непомерная плата! — за шутку с огнями в отеле «Нью-Гэмпшир», за ее случайный вклад в уход из этого мира Говарда Така.
— Такая вот, мальчик, бывает плата за маленькую шалость, — скажет Фрэнни.
Но я не думаю, что Ленни Метц и Честер Пуласки достаточно заплатили за свою «шалость». Метц отпустил руки моей сестры, как только заметил Младшего Джонса; он подтянул свои штаны и рванул, но он был бегущим беком, который привык к хорошей блокировке и сравнительно чистому полю впереди. В темном лесу он вряд ли мог разглядеть тела черных атлетов и, хотя побежал что было мочи, он врезался в дерево толщиной с его бедро и сломал ключицу. Его тут же схватили и отволокли на освященную землю к папоротникам, где Младший Джонс приказал сорвать с него всю одежду и привязать к лакроссовой палке; затем его голого понесли к декану мужского отделения. Позже я узнал, что, доставляя свою добычу, львиные охотники не чурались театральных эффектов.
Однажды они поймали эксгибициониста, который смущал покой женского общежития. Они подвесили его за коленки к головке душа в самой популярной среди девочек душевой, обернув его тело прозрачной занавеской для душа. Затем они вызвали декана.
— Вот — Черная Рука Закона, — сказал Младший Джонс. — Вот — шериф долбаного пятого этажа.
— Хорошо, Джонс, и в чем же дело? — спросил декан.
— Там парень-нудист в женском общежитии, душевая на первом этаже, сразу направо, — сказал Джонс. — Охотники на львов поймали его, когда он показывал свое хозяйство.
Так вот и Ленни Метц был оттащен к мужскому декану. Честер Пуласки оказался там раньше его.
— Львиная охота! — раздавался в лесу крик Гарольда Своллоу, и когда Ленни отпустил руки Фрэнни, Честер Пуласки соскользнул с моей сестры и тоже пустился наутек. Он был совершенно голым и медленно семенил на своих нежных ногах между деревьев, не врезаясь в них. Примерно через каждые шесть-семь метров он обмирал от страха перед Черной Рукой Закона, черными спортсменами, которые пробирались среди деревьев, ломая сучья и мурлыкая свои мелодии. Честер Пуласки впервые участвовал в групповом изнасиловании, а ритуал джунглей полностью раскрасил для него эту ночь: ему представилось, что лес внезапно наполнился аборигенами (каннибалами! — вообразил он себе), — и он спотыкался, хныкал и сгибался в три погибели, что твой первобытный человек (как я его себе представляю), ковылял едва ли не на четвереньках; так он и прибежал к жилищу мужского декана.
Мужского декана вовсе не привело в восторг то, что школа Дейри начала принимать девочек. До этого он был просто деканом — чопорный крепкий мужчина с трубкой и пристрастием к теннису; у него была живая спортивного сложения жена с манерами молодой задорной девчонки — ее возраст выдавали только тревожные морщинки вокруг глаз; детей у них не было.
— Мальчики, — любил говорить декан, — это все мои дети.
Когда в школу прибыли «девочки», он никак не мог относиться к ним так же, как к мальчикам, и быстро назначил себе в помощники свою жену, на роль женского декана. Мужскому декану нравился новый титул, но он упал духом, когда столкнулся со всеми теми трудностями, которые возникли у его мальчиков в связи с присутствием в Дейри девочек.
— Господи, — наверное, сказал он, когда услышал, как Честер Пуласки скребется в его дверь, — как я ненавижу Хэллоуин.
— Я разберусь, — сказала его жена, и женский декан пошла открывать дверь. — Знаю, знаю, — весело ворковала она, — «кошелек или жизнь».
А там оказался нагой и скрючившийся Честер Пуласки, бек, сверкающий угрями и пахнущий сексом.
Говорят, визг женского декана разбудил два нижних этажа здания, где они жили, разбудил даже мисс Батлер, ночную сестру, спавшую за своим письменным столом в медпункте, который находился по соседству.
— Как я ненавижу Хэллоуин, — возможно, сказала она про себя.
Она пошла к дверям медпункта и увидела Младшего Джонса, Гарольда Своллоу и меня; Младший Джонс нес Фрэнни.
Там, в папоротниках, я помог Фрэнни одеться, в то время как Младший Джонс пытался распутать ее волосы, а она все плакала и плакала. Наконец он спросил ее:
— Пойдем или поедем?
Это был вопрос, который отец задавал нам, ребятам, когда мы были младше; это означало — предпочитаем мы идти пешком или ехать на машине. Младший, конечно, имел в виду, что он понесет ее на руках, и Фрэнни предпочла именно это.
Он пронес ее мимо того места в папоротниках, где Ленни был подвешен к палке и готовился к совсем другому путешествию. Фрэнни все плакала и плакала, и Младший сказал:
— Эй, ты же хорошая девочка, уж я-то знаю. Но Фрэнни продолжала плакать.
— Послушай-ка, — сказал Младший Джонс. — Знаешь что? Когда кто-то тебя трогает, а ты не хочешь, чтобы тебя трогали, то на самом деле это не значит, что тебя трогали, поверь мне. Они трогали не тебя, когда трогали так, они тебя не достали, понимаешь? Ты внутри себя та же, что и была. Никто тебя не тронул на самом деле. Ты действительно очень хорошая девочка, ты мне веришь? Ты внутри себя та же, что и была, ты мне веришь?
— Не знаю, — всхлипнула Фрэнни и продолжила плакать.
Я взял ее за руку, болтавшуюся сбоку у Младшего; она сжала мои пальцы, а я — ее. Гарольд Своллоу нырял между деревьями, ведя нас, словно проводник; он нашел медпункт и открыл дверь.
— В чем дело? — спросила ночная сестра, мисс Батлер.
— Я Фрэнни Берри, — ответила моя сестра. — Меня избили.
«Избили» навсегда останется Фрэнниным эвфемизмом происшедшего, хотя все знали, что она была изнасилована. «Избили» — на этом Фрэнни будет стоять до конца, и хотя все понимали суть, эта суть никогда не станет юридической.
— Она имеет в виду, что ее изнасиловали, — сказал Младший Джонс мисс Батлер.
Но Фрэнни продолжала качать головой. Думаю, таким образом она интерпретировала проявленную к ней доброту Младшего и его версию о том, что внутри себя она осталась нетронутой, и она превратила сексуальное надругательство в обычную проигранную драку. Она что-то прошептала ему, он все еще держал ее на руках возле своей груди, и он поставил ее на пол и сказал мисс Батлер:
Ознакомительная версия. Доступно 23 страниц из 153
