Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
Нервно оглядываю себя, снимаю с розового шерстяного пальтишки Минни пушинку. Мы идем по Пиккадили, и я никогда в жизни так не боялась. В двухстах ярдах от нас «Ритц», а в «Ритце» – Элинор, ждет в своем номере. И именно туда мы направляемся.
До сих пор не верю, что решилась на тайную встречу. Ни слова не сказав Люку. Мне кажется, что я совершаю ужасное предательство. Но в то же время… я должна была так поступить. Я должна дать Элинор шанс познакомиться с внучкой. Всего один шанс.
И если все обернется катастрофой или Элинор скажет что-то ужасное, я просто подхвачу Минни и притворюсь, будто никуда мы с ней и не ходили.
«Ритц», как всегда, великолепен, и я вдруг вспоминаю, как была здесь на свидании с Люком в те стародавние времена, когда мы даже не встречались. Кто бы мог подумать, что мы поженимся и у нас будет дочь. Кто бы мог подумать, что я предам его и отправлюсь на тайную встречу с его матерью…
Нет. Стоп. Не будем об этом.
Мы входим в «Ритц» и натыкаемся на невесту в потрясающе узком платье и фате до полу, на голове у нее диадема, и я испытываю жгучую зависть. Боже, я бы с удовольствием еще раз вышла замуж.
За Люка, разумеется.
– Пин-сесса. – Минни тычет в невесту пухленьким пальчиком и хлопает длиннющими ресницами. – Пин-сесса!
Невеста поворачивается и очаровательно улыбается Минни. Вынимает из своего букета маленький розовый бутон, шелестя, подходит к нам и протягивает цветок Минни, та сияет и тут же тянется к самой большой и самой пышной розе в невестином букете.
– Нельзя, Минни. – Я успеваю вовремя перехватить ее ладошку. – Спасибо! – говорю невесте. – Вы прелестно выглядите. Моя дочь приняла вас за принцессу.
– Пине? – таращится по сторонам Минни. – Пине?
Невеста смеется и указывает на мужчину в смокинге:
– Вот мой принц, лапонька.
Ох. Квадратный лысый коротышка за пятьдесят больше похож на лягушку, чем на принца. Минни озадаченно хмурится, она явно не удовлетворена.
– Пине? – снова лепечет она. – Где пине?
– Поздравляем, счастливого вам дня! – поспешно встреваю я. – Нам надо идти… – Быстро тащу Минни прочь, а ее голосок продолжает звенеть: – Где пине?
У меня появляется маленькая надежда на то, что мужчина у стойки регистрации скажет: «Простите, Элинор Шерман ушла» – и мы сможем забыть обо всем и отправиться в «Хэмлис»[17]. Но Элинор явно предупредила персонал о нашем визите, потому что консьерж говорит: «Ах да, гости миссис Шерман» – и сам провожает нас к лифту. И я, не успев опомниться, уже стою в светлом, устланном ковром коридоре и стучу в дверь, рука у меня дрожит.
Да, это ужасная идея. Ужасная, ужасная идея…
– Ребекка. – Элинор открывает дверь так внезапно, что я вскрикиваю от испуга.
– Здравствуйте.
Я крепче сжимаю ручку Минни, и какое-то мгновение мы молча стоим на пороге. Элинор в белом костюме букле, на шее у нее ожерелье из крупного жемчуга. Она, кажется, еще больше похудела.
И вдруг я понимаю, что ей тоже страшно.
Все перевернулось с ног на голову. Это я всегда цепенела при виде нее.
– Входите. – Элинор отступает, и я осторожно подталкиваю Минни в номер.
Комната прекрасна, великолепная обстановка, вид на парк, на столике серебряный чайник, чашки и роскошная многоярусная вазочка с крошечными эклерами и прочими сладостями.
Подвожу Минни к дивану и усаживаю. Элинор тоже садится.
Повисает нервная, напряженная тишина.
– Хочешь чаю? – наконец спрашивает Элинор у Минни.
У малышки на лице растерянность. Похоже, Элинор внушает ей страх.
– Это «Эрл Грей». Я закажу что-нибудь другое, если хочешь.
Интересоваться у двухлетнего ребенка, какой сорт чая та любит? Она когда-нибудь имела дело с детьми?
Очевидно, нет.
– Элинор… – осторожно говорю я, – Минни не пьет чай. Она не знает, что это такое. Горячо! – предупреждаю я Минни, которая уже тянется к чайнику. – Нельзя, Минни.
– О, – смущается Элинор.
– Но она съест печенье, – тут же добавляю я.
Мне и самой нравится, как выглядит это печенье. И пирожные.
Кончиками пальцев Элинор берет печенье, кладет его на роскошную тарелочку и протягивает Минни. Она ненормальная? Бесценная фарфоровая тарелочка из «Ритца»… и маленький ребенок? Мне хочется закрыть глаза. Ведь Минни может уронить тарелочку, швырнуть ее, раскрошить печенье, устроить беспорядок…
Но, к моему удивлению, Минни сидит совершенно прямо, тарелочка у нее на коленях, к печенью она не притрагивается, глаза ее по-прежнему прикованы к Элинор. Моя дочь словно загипнотизирована. Как и Элинор.
– Я твоя бабушка, Минни. Ты можешь называть меня… бабушкой.
– Баушка, – неуверенно повторяет Минни.
Я в панике. Нельзя, чтобы Минни повторяла дома «баушка». Люк наверняка захочет узнать, о ком это она.
Я даже не смогу притвориться, что речь идет о маме, потому что Минни называет ее «бауля».
– Нет, – торопливо возражаю я. – Она не может звать вас так. Если она произнесет это слово дома, то Люк все поймет. А он не знает, что я здесь. – В голосе у меня сквозит напряжение. – И не должен знать. Хорошо?
Элинор молчит. Ждет, когда я продолжу. Я здесь диктую условия.
– Она может называть вас… – лихорадочно подыскиваю какое-нибудь безопасное и безличное слово, – э-э… леди. Минни, это леди. Можешь сказать «леди»?
– Леди.
– Я леди, – после паузы произносит Элинор, и мне вдруг становится жалко ее, и это странно, ведь только она сама виновата в том, что она Снежная королева. Но все же очень печально сидеть в гостиничном номере и быть представленной собственной внучке как леди.
– У меня для тебя подарок. – Элинор быстро встает и идет в спальню.
Я, пользуясь возможностью, одергиваю на Минни юбочку и засовываю в рот эклер. Боже, как вкусно.
– Вот. – Элинор скованно подает Минни коробку.
Это пазл. Художники-импрессионисты. Двести кусочков.
Ради всего святого. Нет ни малейшей вероятности, что Минни сложит его. Скорее уж съест.
– Какая прелесть, – говорю я. – Может, мы займемся им вместе!
– Обожаю пазлы, – оповещает Элинор, и я замираю от изумления. Никогда прежде не слышала, чтобы Элинор что-то обожала.
– Ну… э… давайте я его открою…
Переворачиваю коробку и вываливаю содержимое на столик, ожидая, что Минни схватит кусочки и засунет их в чайник.
– Единственный способ справиться с пазлом, – объясняет Элинор Минни, – это методичность. Сначала надо перевернуть все кусочки.
Она приступает к этому, а Минни загребает целую пригоршню.
– Нет. – Элинор удостаивает Минни хорошо знакомым мне ледяным взглядом. – Не так.
Минни сидит неподвижно, сжимая в ручонке кусочки картона, словно проверяет, насколько серьезна Элинор. Они не сводят глаз друг с друга, и обе выглядят решительными…
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
