Второе – ясен хрен, не знает. Поскольку это, если честно, на бытовом-то уровне скользкие понятия, а в философском плане – просто дебри.
И в стороне остается совсем уж тонкий голосок – а на хрена? На хрена вообще Добро и Зло?
Вот представляем себе Землю без людей. Трудно Землю – ладно. Необитаемый остров. Ждет мудака Робинзона. Кстати, пока дальше не поехали, очень меня с малых лет, еще с детского, урезанного варианта книги, интересовал один вопрос: кого на этом острове трахал неслабый, кстати, мужик Робинзон? Столько лет? Ответ у меня есть. Невиданный в мировом литературоведении, но такой естественный. Коз он трахал. Не он первый, не он последний.
Так вот: на острове людей нет. Соответственно, нет ни Добра, ни Зла. А – ничего, все нормально. Попугаи летают, козы бегают, виноград растет. Через триста лет сюда приедут люди, разбирающиеся в философии, и устроят тут ядерный полигон. Эпицентр будет здеся. Не ёбаные людьми триста лет козы передохнут как мухи, не поняв великого смысла человеческого Добра. В очередной раз человек
СОЗДАСТ НЕЧТО, НИКОМУ НЕ НУЖНОЕ.
Мало того – не нужное даже самому человеку!!!
Мне тут говорят – так это же крайность. Може, тут и не будет ядерного полигона. Може, тут будет Диснейленд. А я не об этом. Я – о том, что коз все равно не будет. Как не стало многомиллионных стай американского странствующего голубя. Последний этот дебил, не понявший сути Добра чегой-то, сдох, скотина, в тюрьме, поскольку клетка, как ее ни называй, все равно – тюрьма.
Природное равновесие – и мощное и хрупкое одновременно. Там все – как надо. По понятиям. Один уходит – другой приходит. Один умирает – другой рождается. Мало еды – прекращают самки рожать. Много еды – начинают опять. Это глубинные, Божьи, если хотите, механизмы. Человек тоже им подчиняется. После войны всегда рождается больше мальчиков. В чем причина? А я ебу? Глубока она…
В природе нет никакого планирования. Рождается столько, сколько нужно на данный момент, в данных условиях, плюс страховка. Выживут сильнейшие. Говоря «сильнейшие», я имею в виду не только мускулы. Врожденная смекалка, хитрость, железный характер, устойчивая нервная система, желание БЫТЬ. И – ВЕЗЕНИЕ. Фактор, никак не объясняемый, но очень важный. Следующее поколение станет еще более мощным. Потом еще. Пока не изменятся условия обитания настолько быстро, что не успеет вид приспособиться. И вид исчезнет. Но. Появится другой. Конкурент. Бывший в тени. И все повторится. Нет никакой здесь трагедии…
Человек, напрягая свои извилины, тащит в жизнь ВСЕХ. Слабых, сильных, уродов, красавцев, кретинов, гениев, потенциальных убийц с лишней хромосомой в генотипе, святых с сиянием над головой…
– Погодите, – перебил меня Львович, – вы же сейчас упадете в фашизм!
– А, бросьте… Штирлиц и так идет по коридору… Давайте-ка еще по сто грамм! Давайте-ка мы с вами сейчас выпьем, а потом я вам процитирую… У меня плохая память… Но я процитирую, потому что выучил наизусть. Слово имеет Артур Кёст-лер:
«Человек наделен своего рода „филогенетической шизофренией“ – врожденными дефектами координации эмоциональных и аналитических способностей сознания как следствием патологической эволюции нервной системы приматов, как раз и завершившейся появлением человека разумного».
Объясняю для гидродинамиков специально – человек не ВЛАСТЕЛИН, а ОШИБКА природы.
Ветвь тупиковая. Нет хороших или нехороших людей. Мы все выродки. Тысячи мыслителей искали смысл жизни, а
Он.
Нам.
Не нужен.
Хотя человек, которого я уже не видел месяца два, говорит, что смысл все же есть…
– Он что, уехал? – спросил интеллигент, уже сам разливая водку.
– Нет, он умер полтора года назад. Он говорит, что смысл жизни вообще – развитие разума… Или, если уж быть точным, – от мышления через интуицию к озарению. Причем так развивается даже неживая материя, но это он явно врет…
Строго говоря, человечество давно должно было исчезнуть – по законам природы. Как вид, пришедший в полное несоответствие с внешними условиями. Мы не погибаем только по причине явных дефектов координации эмоциональных и аналитических способностей сознания. То есть – другими словами, – из-за глобального гамлетизма, ведущего нас к смерти через жопу. То есть еще одно сравнение – мы идем, как в «Пикнике на обочине», ведомые мало что понимающим сталкером в мало представимое место счастья. То есть, еще проще – нас ведет ПЬЯНЫЙ БОГ. А маршрут в этом случае проходит по местам, не один раз пройденным. Или по местам, где ходить ни к чему.
А то нет? Скажите мне – зачем покорять Джомолунгму? Там нет ничего. Все, что ты можешь вынести с этой вершины, – это труп предыдущего неудачника. Смысла в экстремальном, запредельном альпинизме – нет. Что толкает нас туда?
Внутреннее противоречие?
Неудовлетворенность собой?
Тоска по неизведанному?
Желание смерти?
Тщеславие?
Я знаю. Я в горах бывал… Это – путь к себе самому. Побывав там, ты узнаешь – кто ты. Ты почувствуешь свой предел. Ты поймешь, что там, внизу – не настоящая жизнь, а так – фуфло. Что ты родился, чтобы вдохнуть когда-нибудь этот разряженный воздух. Еще раз повторю – ты придешь к себе.
А дальше?
А дальше будет вот что. Уныние. Тоска. Потеря ценностей. Нервный срыв. Попытка самоубийства. И, как следствие, желание сходить еще раз. Вдруг там будет НЕЧТО?
Да не будет там ничего! Это песня ПЬЯНОГО БОГА! Он ведет нас в долину смерти через – опять же – жопу. Почему – смотри выше. Мы уже не нужны этому миру. Он прекрасно обойдется без нас. Знаете, в чем, может, главная проблема человека?
ПОЛЯРНОСТЬ МИРА ОН МЕНТАЛЬНО ПОСЕЛИЛ У СЕБЯ ВНУТРИ.
Не сам, конечно. Патологическая эволюция приматов. А поняв, что он противоречив, стал добиваться однозначности. Титанические усилия. Коту под хвост.
Любая империя. Любой тоталитаризм. Любое господство на века. Все прахом. Все рождается. Все живет. И все умирает. А как иначе? Закон природы. Вот только хули тогда трепыхаться? Буддийские монахи это давно поняли. Самые просветленные ушли в пещеры и сидят там в немыслимых позах, законсервировав свои чувства и мысли на века. Что видят они в своем то ли сне, то ли смерти? Загадка. Кто говорит – подключились они к Звездам. Кто говорит – к Общему Компьютеру. А кто ничего не говорит. Сидит рядом. Ну хули тогда трепыхаться???
Трепыхаемся…
До просветления нам далеко. Бесконечно далеко. А муравей – тот бегает. У него свой компьютер. Он работает миллионы лет. И ни разу не ошибся. В масштабах вида, конечно. Для отдельно бегающего муравья компьютер может и не учесть его особенности. Но его гибель ничего не значит. Страховка. Муравьев должно быть до хрена, чтобы в любом случае осталось много. Осознают ли они свой возраст? Осознают ли они свое превосходство над нами? Нет. МЫ НЕ В ИХ СИСТЕМЕ ЦЕННОСТЕЙ. Не в их масштабе. Не на их шкале…
