Ольга Юнязова - Бой песочных часов

Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 52

– Интересно, почему?

– Потому что они неприродные, их вывели для определенных работ. Это киборги, и, как любые машины, они требуют ухода. Но при этом они живые...

Некоторое время ехали молча.

– А можно задать один нескромный вопрос? – нарушила тишину Оксана.

– Дай угадаю: «Зачем мне нужно депутатство?»

– Мммм... Это тоже интересно, но мой вопрос еще более нескромный.

– Еще более?! – Рихард задумался на секунду и сказал: – С Инной мы расстались сразу после Купалы. Подробности освещать не буду.

– Это меня совсем не интересует!

– Тогда спрашивай, – вздохнул он. – Не буду больше гадать.

– Галина сказала, что ты, как бы это сказать, владелец охранных предприятий.

– Ну да! А что здесь такого?

– Узаконенный рэкет?

Рихард усмехнулся:

– А других вариантов нет? Тогда пусть будет так.

– Но если у тебя есть другие варианты, то я выслушаю.

– А почему я должен оправдываться? – пожал плечами Рихард. – Начиналось все действительно с самого обычного бандитизма, с разборками, дележками клиентов, запугиванием, а иногда и битьем должников. Было! Из истории не вычеркнуть.

– Значит, правда, что нужна депутатская неприкосновенность?

– Хм... Не нужна, – ухмыльнулся Рихард. – Все сроки давности истекли, так что у закона ко мне претензий нет.

– Ясно. А вот скажи мне, как так, собаку тебе жалко, а человека нет?

Рихард задумался, но так и не ответил на вопрос.

Когда они приехали, мост уже был доделан, и рабочие собирали строительный мусор и инструменты.

– Ну вот! – Рихард вышел из машины и окинул стоянку взглядом. – Надо бы еще остановку отремонтировать, а то старухам даже присесть негде, и крыша течет.

– Смотрю, ты тут уже вовсю хозяйничаешь, – сказала Оксана.

– А я не заметил здесь других хозяев, – пожал плечами Рихард. – Себе нескромный теремище отгрохали, а что вокруг – их не волнует.

– Ладно, спасибо, что помог, – улыбнулась Оксана. – Пойду к нашим нескромным друзьям.

–Ну как там? – спросила Галина, открыв калитку.

– Довезли. А уж «как там», не знаю, меня дальше лифта не пустили. Анна Даниловна велела позвонить вечером.

– Пррривет! – захлопал крыльями Кешич, когда они вошли в гостиную.

– Есть хочешь? – спросила Галина.

– Даже не знаю. Хочу, наверное. Завтракала в восемь, а сейчас уже... сколько??? – удивилась Оксана, посмотрев на старинные часы.

– Туда не смотри, – улыбнулась Галина. – Они стоят. У меня от их тиканья мурашки по коже, а от боя вообще волосы дыбом.

– Это точно. Бой мрачноватый, – кивнула Оксана. – Они позавчера, когда начали бить... позавчера же? А вспоминается, как будто неделю назад это все было.

– И что? Ты не закончила фразу, – напомнила Галина, наливая суп. – Ты что-то заметила, когда часы забили?

Оксана задумалась, восстанавливая в памяти то странное чувство и размышляя, стоит ли делиться с Галиной.

– Ну-у-у... мурашки по коже, – кивнула она.

– И все? Только мурашки? – Галина поставила перед Оксаной тарелку и села напротив, пристально глядя ей в глаза.

– Не только. Сложно описать словами.

– Но ты попытайся!

– А почему ты спрашиваешь? Ты тоже что-то почувствовала?

– И не только я. Рая сказала, что когда часы забили, у нее возникло необычное воспоминание.

– Да! – кивнула Оксана. – Состояние было похоже на дежавю, но... как будто бы коллективное. Со мной такое впервые. Словно наши сознания на несколько секунд объединились, и у меня появился доступ к памяти каждого, причем не только этой жизни, но и прошлых.

– Прошлых? – глаза Галины вспыхнули. – И что ты увидела?!

– Ой, Галь... Ты извини, но мне неудобно об этом. Мало ли, что стрельнуло мне в пьяную голову? Мы же не дети, сказки друг другу рассказывать.

– А помнишь, Иисус говорил: «Если не будете как дети, не войдете в Царство Небесное»[3].

– Убедительно, – засмеялась Оксана. – Тогда ты первая рассказывай!

– А у меня это состояние так быстро исчезло, что я ничего толком разглядеть не успела. Но отчетливо помню: стало страшно, когда я посмотрела на Рихарда.

– Да, – согласилась Оксана. – Мне тоже помнится, что все были вроде как друзья, а он... Галя! Ну что мы тут себе придумываем?! Просто у всех нас к нему предвзятое отношение!

– Не разделяю твоего оптимизма, – нахмурилась Галина. – Чем больше он строит из себя друга, тем сильнее мне кажется, что мы в ловушке и петля затягивается.

Оксана молча жевала, пытаясь вспомнить Рихарда в своем «медовом дежавю». Но образ ускользал.

– Знаешь, что говорил Юлий Цезарь? – спросила Галина.

– Что?

– Увидишь рыжего – убей!

Оксана усмехнулась:

– Может, поэтому Брут его и предал? – она облизнула ложку и отодвинула пустую тарелку.

– Чай будешь?

– Буду.

Галина встала и включила чайник.

– Ладно, слушай, что привиделось мне, – сказала она, насыпая заварку. – А потом ты. Хорошо?

– Ты же сказала, что ничего не успела разглядеть!

– Про других. Но про себя успела.

– Неужели ты в прошлой жизни была Клеопатрой? – усмехнулась Оксана.

Галина застыла.

– Ты тоже это увидела? – прошептала она.

– Галя, я же пошутила!

– Пошутила?! – возмутилась Галина и, забыв о чайниках, начала метаться по комнате. – Пошутила и угадала мое видение?! Ты сама-то в это веришь?!

– Галя! – попыталась успокоить ее Оксана. – Да сядь ты!

– Не могу!

– Галя! Это обычная ассоциативная связь. Ты упомянула Цезаря, я мысленно попала в ту эпоху и вспомнила самую известную женщину, связанную с ним. Вот и все!

Галина наконец села.

– Логично, – кивнула она. – Но почему, когда часы забили, я увидела момент самоубийства Клеопатры? И передо мной пронеслась вся ее жизнь.

– А как ты поняла, что это была именно Клеопатра?

– Я о ней читала.

– Ну вот! А когда читала, представляла себя на ее месте. А под воздействием меда и боя часов детские фантазии оформились в яркие образы.

– Возможно. А что увидела про меня ты?

– Ничего. Я не успела посмотреть в твою сторону.

– А про остальных? – не унималась Галина.

– А остальные были героями моих детских книг, фильмов, ну и фантазий, конечно, – улыбнулась Оксана. – Калиостро, Помпадур...

– Ладно! Скажи, кем ты увидела Раю?

Оксана открыла рот, чтобы ответить, но Галина воскликнула:

– Стоп! Молчи! – она вскочила и достала из ящика блокнот и карандаш. Сев обратно, она что-то написала и кивнула. – Вот, теперь говори.

– Рая представилась мне настоятельницей монастыря, в котором я воспитывалась.

Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 52