Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 51
Ближе к концу дня нарисовался Феликс. Фактически он пришел к закрытию, чтобы выпить вина. Клиенты разошлись. Не так уж это плохо, нам нужно поговорить с глазу на глаз. Он прошел за стойку, налил себе бокал и покосился на меня. Наверное, сразу понял, что мне тоже нужно взбодриться, поэтому налил вина и мне. Потом прислонился к стене, приветственно приподнял свой бокал и стал прихлебывать, наблюдая за мной.
– Где ты спала этой ночью?
– У себя.
Он склонил голову к плечу.
– А-а… А сегодня?
– Тоже дома.
– Как переезд?
– Переезда не будет.
Я сделала большой глоток вина, чтобы вернуть себе самообладание. Потом ухватилась за сигареты как за лучшую возможность сбежать и вышла на улицу. Феликс, такой же любитель никотина, как и я, не замедлил присоединиться. Он облокотился о витрину и ухмыльнулся:
– Черт! А я не верил, что ты это сделаешь…
Я вдруг почувствовала сильную усталость и положила голову ему на плечо. Меня измучили бесконечные вопросы, которые я задавала себе, я устала от необходимости принимать решения, требовавшие от меня чудовищной храбрости и подвергавшие сомнению саму мою жизнь, и, главное, меня истерзала тоска по Эдварду и Деклану – она навалилась уже через сутки после расставания.
– Опять мы с тобой одни, – добавил он. – Такой был хороший мужик. Жаль. Ты могла быть счастлива с ним.
– Знаю…
– Ну и не хотелось бы говорить, но… ты сейчас выглядишь полной идиоткой!
Я выпрямилась, повернулась лицом к нему, слегка расставила ноги, чтобы увереннее стоять на земле. Он позволяет себе смеяться! Пусть поостережется, я могу разозлиться в любую секунду.
– Могу поинтересоваться, почему я выгляжу идиоткой?
– У тебя есть два парня, которые тебя любят, причем в одного из них ты и сама влюблена как кошка, и при этом ты остаешься одна. По-моему, ты разучилась соображать. Получается, ты в полном пролете, а вся ситуация – сплошной абсурд. Что ты намерена делать? Томиться в своем кафе? Дожидаться третьего чувака, который избавит тебя от первых двух?
Феликс даже не догадывался, что он в это мгновение спровоцировал. Во-первых, благодаря ему ко мне вернулось спокойствие – внутренний шторм утих, как и не было, и я снова была в согласии с собой. Во-вторых, сформулировав вслух то, что лишь смутно вертелось у меня в голове, он дал мне искомый ответ. Нет, я не потеряю свою семью во второй раз.
– Спасибо, Феликс, за совет…
– Я ничего не сказал!
– Еще как сказал… Могу я попросить тебя об услуге?
– Валяй.
– Можешь подменить меня завтра утром?
Он вздохнул:
– Ладно… договорились…
– Спасибо!
Когда я в полдень вышла из агентства, у меня немного кружилась голова: первый этап завершен, второй начнется через пару часов. Если ничего не случится, на следующий день машина будет запущена, и мне останется только ждать. Увидев свободную скамейку, я опустилась на нее. Я дойду до конца – в этом я была так же твердо уверена, как когда отправлялась в Ирландию в первый раз. Я достала телефон и набрала его номер. Он, естественно, не ответил: я представляла себе, как он вперился в мое имя на дисплее мобильника. Я не сдалась и звонила снова и снова. На пятой попытке он откликнулся:
– Диана…
Этот хриплый голос… Я задрожала всем телом.
– Ты не должна мне звонить…
– Эдвард… я буду очень краткой, мне просто нужно сообщить тебе кое-что.
Он вздохнул, я услышала щелчок зажигалки.
– Я только что из агентства недвижимости… Выставила “Счастливых” на продажу. Если я еще нужна тебе и Деклану…
Эмоции захлестнули меня. На том конце – ни звука. Я даже забеспокоилась.
– Ты слышишь меня?
– Да… но… кафе… твои муж и дочка… ты…
– Нет… они не здесь. Я ношу их в своем сердце. А теперь есть ты и Деклан. Такое, как у нас, случается редко… Я отказываюсь прожить свою жизнь без вас, а ты не сможешь вырвать Деклана из родной почвы… Вы не приживетесь в Париже, а для меня Малларанни – родное место…
– Диана… боюсь разрешить себе поверить.
– Разреши. Мы – ты и я, и Деклан с нами – больше не иллюзия. Я никогда не буду матерью твоему сыну, но я стану той, кто помогает отцу в его воспитании и отдает Деклану всю любовь, на которую способна… И я буду твоей женой… Вот такой может быть наша жизнь, если ты по-прежнему этого хочешь…
Несколько секунд полной тишины. Потом я услышала его дыхание.
– Как ты можешь в этом сомневаться?
Еще полчаса спустя я открыла дверь, звякнул колокольчик “Счастливых людей”. Феликс трепался у стойки с клиентами. Еще мгновение – и его мир рухнет. Я подошла, поцеловала его в щеку и налила себе кофе.
– Нам надо поговорить. – Я обошлась без вступления.
– Не будь я геем, решил бы, что она хочет порвать со мной…
Все, кроме меня, расхохотались. Он даже не догадывался, насколько близок к истине.
– Оставляем вас наедине! – захихикали клиенты.
– Ну, давай, что у тебя стряслось? – поторопил он меня, когда мы остались одни.
Я пристально наблюдала за его реакцией.
– Сегодня днем сюда придут риелторы…
– И что?
– Будут оценивать “Счастливых”.
Он потряс головой, вытаращил глаза и стукнул кулаком по стойке:
– Ты продаешь?
– Да.
– Я тебе не позволю! – заорал он.
– Как?
– Зачем ты это делаешь?
– Три года назад я потеряла семью, и этого не изменить. Мне понадобилось время, чтобы принять невозможность воскрешения Колена и Клары. Но я не хочу терять семью в очередной раз. Эдвард и Деклан живы, они – моя семья, я себя чувствую дома в Малларанни, и с Джеком и Джудит тоже…
– А я? – Его голос сорвался. – А я? – повторил он. – Я думал, что твоя семья – это я.
Я увидела, как по его щекам скользнуло несколько слезинок, мои слезы катились градом.
– Ты был и навсегда останешься моей семьей, Феликс… Но я люблю Эдварда и не могу жить без него… Приезжай к нам в Ирландию!
– Ты совсем свихнулась, или как? Думаешь, я мечтаю держать свечку и изображать из себя няньку?!
– Нет, конечно нет! – Я опустила голову.
Он вышел из-за стойки, взял пальто, закурил прямо в кафе. Я в панике бросилась за ним.
– Что ты делаешь, Феликс?
– Сваливаю! Не желаю присутствовать при этом… И вообще мне надо искать работу, из-за тебя я попал в безработные.
Он уже открыл дверь.
– Нет, Феликс, ты не потеряешь работу. Я обговорила условие продажи: покупатель оставляет тебя.
– Ага, вместе с мебелью!
Он хлопнул дверью с такой силой, что я испугалась, как бы не треснуло стекло, и умчался. А дребезжание колокольчика еще долго стояло у меня в ушах. Нехорошо вышло… Накал его реакции парализовал меня.
Ознакомительная версия. Доступно 8 страниц из 51
