Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 61
Оба принца оказались общительными молодыми людьми, скорее всего ровесниками, современно мыслящими, спортивными, с умными лицами; один окончил Кембридж, другой — Оксфорд. Принц Хасан носил черные плотные усики. Принц Мисир был чисто выбрит. Судя по всему, охота на хищных зверей была для них не столько средством героизации, сколько экстремальным видом спорта.
Для начала этих сведений и наблюдений было вполне достаточно. В свою очередь, Арсен рассказал гостям о стране, об этом горном крае, о климате высокогорья, о местном населении, о традициях и обычаях народных.
Прибывали в Туюк-Джар кортежем — впереди шеф Бектурган на своем джипе, за ним на “Хаммере”, габаритами напоминающем танк, — их высочества и с ними Арсен Саманчин в качестве переводчика и постоянного сопровождающего-консультанта, следом — машины с охраной, обслугой и телерепортерами.
Все туюкджарцы вывалили на улицы, дружелюбно приветствуя гостей. Мальчишки, ошеломленные видом “Хаммера”, бежали рядом по обочинам дороги, сопровождаемые собачьей сворой. Такую машину они видели впервые, и не верилось им, что такое чудо движется по их аилу. Не только мальчишки, но и кое-кто из взрослых тоже был удивлен: они ожидали увидеть коронованных особ, а увидели обычных парней в спортивных костюмах.
День уже клонился к предвечерью. Гостей по прибытии разместили в специально приготовленных комнатах. После небольшого отдыха устроили ужин, предлагали водку, но принцы отказались, шутливо объяснив свое воздержание тем, что могут позволить себе такое удовольствие только по окончании охоты, когда шкуры снежных барсов, столь высоко ценимые на Востоке, станут их трофеями.
К слову пришлось, и в ходе беседы Арсен Саманчин рассказал арабским принцам легенду о Вечной невесте. Думал лишь упомянуть, но сам не заметил, как разволновался и гостей разволновал. Очень сострадали они трагедии невесты и жениха, произошедшей по причине извечных в роду людском зависти и ненависти. И очень близко к сердцу приняли тот факт, что жених был выдающимся охотником, что как самый ценный дар преподнес он родителям невесты шкуры снежных барсов, а ведь в те времена и огнестрельного оружия еще не было. Расспрашивали, существует ли поныне обычай дарить шкуры снежных барсов? Стало быть, барсовый мех — природная ценность высшего класса, так же как мех леопардов и тигров? Арсен Саманчин находил в их общительности не только проявление любопытства, но и располагающую искренность. Попутно принцы поинтересовались, бывал ли он в арабских странах, и, узнав, что, кроме Египта, он пока еще нигде не был, пригласили посетить их государства, вручили свои визитные карточки, заверив, что ему будет оказан почетный прием и — по дружбе — даже организовано посещение бедуинских селений. Естественно, Арсен поблагодарил от души и, учитывая их экзотические увлечения — да и шеф загодя просил о том, — не стал затрагивать в разговоре злободневных социальных и политических вопросов, хотя ему, как журналисту, очень хотелось послушать их высказывания на актуальные темы. Вполне могло быть, что у столь избранных особ есть своя концепция миропонимания. Однако существуют общемировые проблемы, не зависящие от общественных и политических умозрений. Например, экологические. Подчас они кажутся сугубо локальными — где-то что-то, мол, происходит, но нас это не касается, между тем как по сути любой экологический сдвиг в конечном счете сказывается на природе всей Земли. О многом хотелось бы Арсену поговорить с принцами, однако, как утверждал дядюшка Бектур, “в нашем бизнесе прежде всего важно гостеприимство — а это этикет и корректность”. Правила этикета преступать не следует. Пусть гостю будет приятно, спокойно и комфортно.
Ладно бы так, но сидела в душе Арсена Саманчина заноза, то и дело дававшая о себе знать, — одержимый Таштанафган. Вроде бы раскаялся, вроде бы утихомирился… По тому, как он вел себя, было это видно, но…
Перед тем как отправиться спать, гости вышли во двор подышать. Всматривались в ночную панораму — полная луна, мерцающие звезды, чистое небо, а под ним — гигантские горбящиеся затаившиеся снежные хребты.
Указывая на них рукой, принц Хасан спросил:
— Господин Арсен, наверное, вон в тех горах и охотился жених-охотник?
— Да, ваше высочество, там он жил и там охотился, — ответил Арсен Саманчин.
А принц Мисир спросил в свою очередь:
— А Вечная невеста тоже там бродила и плакала?
— Да, ваше высочество, она и по сей день ищет и кличет своего жениха-охотника.
— Бедная! — грустно вздохнул принц Хасан. А принц Мисир высказал интересную мысль:
— А может, она нужна миру именно такая, как есть? Если бы удалось заснять с высоты на телекамеру бегущую по горам девушку, актрису, она могла бы стать символической фигурой.
— Красивая идея! — поддержал его Хасан. — Сейчас такие романтические клипы в моде. И объявить ее, Вечную невесту, на весь мир хранительницей любви и верности. И каждому она будет близка. Ведь трагедия любви всегда рядом. А вы что думаете по этому поводу, господин Арсен?
— Я давно мечтаю об опере “Вечная невеста”. Классической опере. Если бы удалось… Ваши мысли меня еще больше вдохновляют. Очень тронут совпадением.
Вот так неожиданно возникла снова идея “Вечной невесты”. Решили потолковать об этом после охоты, спокойно и обстоятельно.
Потом попрощались:
— Доброй ночи!
— До утра!
Вернувшись к сестриному дому, он еще походил по двору. Рассуждения гостей произвели на Арсена Саманчина большое впечатление. Не ожидал. Сказывалось европейское образование. И в то же время удивлялся — как могут они совмещать в себе высокие материи и охотничьи страсти? Непросто их понять, но на то они и принцы.
Однако пора было спать.
* * *
И все живые твари в горах засыпали в тот час, погружаясь в покой ночного мира. Только Жаабарс под Узенгилеш-Стремянным перевалом не находил себе места, рычал на луну, покусывал лапу и предчувствовал что-то тревожное, сам того не понимая… И все тот же голос доносился издали. И ей не спалось, Вечной невесте…
* * *
А кому-то думалось в ту ночь о земной возлюбленной. Как там Элес? Поспела ли с подругами на поезд в Саратов? Если нет, придется ждать сутки. Поезда нынче ходят редко. Все переключились на самолеты. Элес звонила утром, больше поговорить не удалось. Ни минуты не было. И вспоминалось вновь то незабываемое, что было между ними в ущелье у реки, где им было так хорошо вдвоем, и хотелось, чтобы повторялся еще и еще тот благословенный миг счастья…
Ночь минула. Погода к утру принахмурилась. Невесть откуда тучи набежали над горами. Ветерок задувал то с той, то с другой стороны. А ведь такая благодать, такое летнее спокойствие царили в последние дни, что казалось, так будет всегда. Впрочем, и сейчас не было повода для беспокойства. Легкая пасмурность могла исчезнуть так же неожиданно, как и появилась. Не следовало воспринимать это как предвестие дождя или — того хуже — грозы.
Ознакомительная версия. Доступно 10 страниц из 61
