Эльфрида Елинек - Мы пёстрые бабочки, детка!

Один за другим как их там всех зовут и не помню они начинают бродить внизу держась за руки словно решили никогда больше не разлучаться прижимаются друг к другу в надежде вдохнуть друг в друга немного света & тепла для big sleep. Пожилой мужчина Касперль лежит на земле. Он почти обезумел от боли. У него больше нет ног. Их ему оторвало. Он подтягивается отталкивается и выползает на дистанцию. Он сам не знает что делает этот окровавленный обрубок. Борзые саночники конькобежцы лыжники проносятся мимо него. Сердобольные мужчины уносят раненого обратно. Он умирает прямо тут. Друзья никогда не портили людям игру и всегда умели вести себя с молодежью молодо. Множество заботливых рук относят тех кто еще что-то видит вниз в общую кучу. Там они и угасают целыми стаями.

Гуфи с громкими криками носится между мертвыми. Под мышками у него словно куклы зажаты мыши Микки и Минни. Безголовые куклы. Другого ребенка Летучую Мышь которому лет 6 осколки от взрыва пощадили. Но он все равно лежит на земле мертвый. Его растоптала охваченная паникой толпа. Больше и не осталось никого кто хотя бы примерно угадывает масштабы катастрофы.

Хельмут не назывался бы милым блондином если бы мог хоть в чем-нибудь отказать своему любимцу. И его тоже уже последним сбрасывают вниз. И тогда воцаряется абсолютная тишина.

Полицейские вместе с помощниками-волонтерами срывают с мачт флаги и транспаранты и покрывают ими изувеченные мертвые тела. А потом сами укладываются на покой. Нам придется распрощаться с нашими проводниками которые нас так верно и так долго сопровождали. Нет больше снега на этом свете. Град больно бьет по головам. И бескрайний желтый свет на штанах.

Хорошо что мы живем в домах и нам не нужно выходить на темную улицу.

А остальным Брайан Джонс сказал:

ПРЫГАЙТЕ ИЗ ОКНА В ЭТОМ ДОМЕ ЖУТКИЙ СКВОЗНЯК!