Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
– Шлепнуть чурок подчистую, – просто сказал Сухарев. – Это надежнее всего. Сами они уже не отцепятся.
– А как исполнить? – поинтересовался я. – Массовое автомобильное крушение?
– Сложно, Алексей, – задумался Дежнев. – Проще сымитировать банальную разборку с цыганами, в стиле «поножовщина». Цыгане вполне могут иметь претензии к Углам. Раньше они здесь все крышевали, потом их крепко потеснил Гирей, а Углы спешат лечь под Гирея. У ментов не должно возникнуть никаких вопросов. Пусть Бийгиреев после, если захочет, разбирается с местным бароном…
– Есть идея, – предложил Сухарев. – Мрази постоянно зависают в шашлычной на водохранилище, ну, бывшее кафе «Теремок». На выходные точно там появятся. Места глухие, свидетелей не будет. Когда Углы празднуют, нормальные люди сразу уходят – боятся. Так что трудностей с засадой не возникнет.
От операции широнинцы меня отстранили по состоянию здоровья. Под этот же диагноз попал и Вырин. Как ни обижался Луцис, его также не взяли – враги знали Дениса в лицо. По той же причине отказались и от силовой помощи Сухарева – он часто бывал у Маргариты Тихоновны и мог примелькаться Углам. Саша, Денис и я довольствовались посильным участием в теоретической разработке засады.
За машинами Углов – старенькими «маздой» и «опелем» – была установлена постоянная слежка. Мотоцикл Возгляковых и «раф» Оглоблина не выпускали Углов из виду и выучили все их маршруты.
«Теремок» – летнее кафе на берегу Урмутского водохранилища – был местом неживописным и тихим – песчаное подворье в обрамлении неухоженного кустарника. В зимнем павильоне находилась кухня и десяток столиков, во дворе – беседки с двускатными крышами на бревенчатых сваях – теремки, благодаря которым кафе получило свое название. В последние годы «Теремок» часто менял хозяина. Нынешний владелец превратил его в шашлычную. Работали там три человека – повар, помощник и официантка, она же уборщица.
План был продуман до мельчайших деталей. За час до приезда Углов требовалось обезвредить персонал. Роль повара брал на себя Кручина, ему ассистировали Оглоблин и Анна Возглякова. Марат Андреевич и Таня стали семейной парой, заглянувшей на дымок. Тимофей Степанович слонялся за изгородью, выискивая заранее разбросанные бутылки. Иевлев за оградой орудовал лопатой, углубляя сточную канаву. Специально для засады он изготовил десяток стальных шампуров, сам заточил острия и сделал удобные рукоятки, как на толчковых ножах. Были отработаны всевозможные схемы на все случаи, в зависимости от того, какой стол предпочтут враги. Кто же мог тогда подумать, что этот выверенный план обернется страшной трагедией…
Едва Углы и их люди погрузились почему-то в три машины – к эскорту добавился «мерседес» – и тронулись к водохранилищу, Сухарев из уличного автомата позвонил Маргарите Тихоновне, сидящей на телефоне в медицинском пункте спасательной станции. Снаружи у мотоцикла дежурила Светлана Возглякова. За несколько минут она домчалась к «Теремку» с вестью – «боевая тревога».
Безмолвные фигуры в масках проникли в павильон и намертво скрутили повара, его помощника и официантку. Кручина, Оглоблин и Анна надели фартуки и начали готовиться к встрече.
Наиболее оптимальным был средний теремок, равно приближенный ко всем участникам засады. Чтобы привлечь к нему врагов, все остальные столы были заставлены грязной бумажной посудой в пятнах жира и кетчупа. Там загодя положили шампуры.
Посетителей оказалось девять, больше на одного, чем предполагалось. Но и такой расклад был предусмотрен. Едва они завалили во двор, Оглоблин с гостеприимной улыбкой потащил стул к средней беседке. Гогочущая свора расселась на боковых лавках, по четыре с каждой стороны. Девятого гостя Углы посадили во главе стола. Как выяснилось позже, это и был роковой человек Гирея, и «мерседес» принадлежал ему.
Братья Углы еще не успели заразиться осторожностью. Их удовлетворило радушное объяснение, что хозяин выехал по делам, а прежний помощник и официантка уволены за небрежность и взяты новые. Тут же старший Угол выслушал угодливые заверения повара, что мясо самого наилучшего бараньего происхождения.
Метрах в двадцати, за зеленеющей оградой, в канаве махал лопатой работяга. Кручина извинился за возможный шум и уныло сослался на санстанцию, потребовавшую углубить и отвести от двора сточную канаву. Юркнувший во двор старик-бомж нацелился на пустую бутылку, Кручина грозно шикнул на него, и старик, без добычи, покорно убрался. Потом усердный повар занялся готовкой у мангала. Оглоблин принес минеральной воды, виноградного сока, лаваш, нарезанных овощей, зелени и острую закуску из баклажанов. Алкоголь гости принципиально не употребляли, но с удовольствием курили удушливый гашиш.
Через двадцать минут подоспел шашлык. Кручина понес к столу пять порций, веером зажав в правом кулаке сразу три шампура, а в левом – два. Рядом в цветном фартуке вышагивал Оглоблин. Из его дымящихся кулаков вырастали еще четыре огромных шампура, больше похожих на бандерильи.
Во двор забрела семейная пара, но Кручина сразу им крикнул:
– Заказной банкет, сегодня никого не обслуживаем! – и чарующе улыбнулся кавказскому теремку.
Пара недоуменно топталась на месте. Старик-бомж проскользнул за их спинами, подхватил бутылку и сунул в мешок.
Кручина строгим голосом повторил:
– Я же русским языком сказал: мы закрыты!
Анна, прибиравшая на соседнем столе, отложила тряпку и взяла в руку пустой шампур. Иевлев уже не возился в канаве, а с лопатой на изготовку притаился за кустами.
Кручина и Оглоблин подошли к столу. Все девять сидящих смотрели только на них, предвкушая пищу.
– Приятного аппетита, – сказал ключевые слова Кручина.
В сидящего во главе стола бандита вонзилось одновременно три смертоносных жала. Из спины его соседа слева выбились два острия, а на груди жир от мясных ломтей, мешаясь с кровью, растекся по белой ткани рубахи. Еще двоих пронзили шампуры Оглоблина. Перемахнувший через кусты Николай Тарасович рубил лопатой четвертого – левая половина стола погибла в считанные секунды. Люди напротив даже не успели отреагировать. Одного пырнула в шею своим шампуром Анна, второму подоспевший Тимофей Степанович раскрошил кистенем затылок. Оставшихся крестовыми ударами шашки приговорил Марат Андреевич.
Но кто мог подумать, что один из трех шампуров, которыми бил Кручина, попадет в стол и затормозит другие два, и они погрузятся в тело недостаточно глубоко, чтобы остановить жизнь. Раненый смог рвануть из-за пазухи пистолет и выстрелить.
Оглоблин упал. Из головы его спазматичными толчками на утоптанный песок хлестала кровь. Взмахнул лопатой Иевлев, отсекая руку, сжимавшую пистолет. Зарычал Кручина, вгоняя предательские шампуры, так что на груди врага сплющились в ком куски дымящегося мяса.
Ознакомительная версия. Доступно 15 страниц из 94
