Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105
Конечно же, понятие «греха» возникло из желания нашего Творца (сверхсущества, природа которого неясна) контролировать нас. Никаких иных целей, кроме контроля, я лично не усматриваю в поведении Создателя человека. Шестьсот с лишним иудейских заповедей видятся мне как первый уголовный кодекс в истории Земли, призванный смирить эмоциональную природу человека. То, что заповеди были введены властями религиозными, авторитетом пророков, а не властями гражданскими, объясняется лишь отсутствием в те далекие времена властей гражданских. Сам Создатель убоялся наших страстей и заставил нас принять заповеди. Религии — суть смирительные рубашки на человеке.
Я пришел к выводу, что человечество нуждается в глубоком переосмысливании себя самого, переосмысливании создания человека, смысла этого создания и личности Создателя (на самом деле, если исходить из текстов Книги Бытия, был Главный Создатель и его группа). В вышедшей в 2008 году (и непонятой моими современниками) книге «Ереси» я попытался совершить это переосмысливание. Я утверждаю, что человек — биоробот, созданный Создателями — сверхсуществами — как энергетическая пища. Они вывели нас как пищу для самих себя, использовав как основу фауну Земли, ее элементы. В пищу они используют не нашу плоть, но наши души, потому так много воплей о спасении души издают служители религий. Цель человечества — найти своих создателей, выведать у них странную тайну нашего создания, победить их. «Мы, возможно, съедим их и станем бессмертными», — цитирую самого себя.
Человек восстал против своих создателей сразу же после создания. Отведав плод с Дерева добра и зла, он приобрел разум. Впоследствии он восставал снова и снова. Коллективно пыхтел над строительством Вавилонской башни, которую Бог разрушил и смешал языки, чтоб восставшие не могли договориться. Но мы, бравый и сильный вид, научились передавать знания от мертвых живым. Нужный им процесс нашего размножения мы превратили в нужный нам процесс нашего наслаждения. И не намерены отказываться от удовольствия.
Я люблю окаменелости, метеориты, первые в мире живые существа (тоже окаменелые), кремневые ножи, древние молотки и топоры там всякие. При их лицезрении у меня возникает священное почтение ко Вселенной. Признаваясь в своей страсти время от времени особо доверенным лицам, я стал получать в подарок уникальные вещи: например, позвонок ихтиозавра с прилипшими к нему осколками ребер. Разумеется, кость полностью на молекулярном уровне замещена камнем, но это точнейший слепок с матрицы позвонка ихтиозавра. А у вас есть позвонок ихтиозавра? Ну вот, нет, конечно, а у меня и позвонок динозавра есть. У меня есть несколько метеоритов, только Сихотэ-Алинских четыре. Два слипшихся вместе аммонита в возрасте 160 миллионов лет у меня есть, так же как и скромненький трилобит, с двумя рожками такой, размером с фалангу большого пальца, ему больше 400 миллионов лет. Для сравнения: моему сыну Богдану — два года.
Пару недель назад я отправился, закупив вина и жареную курицу, в гости к своему приятелю Николаю Николаевичу. Охранники подняли меня на лифте в его квартиру, а он меня уже ждал. Охранники ушли ждать меня в машину. А мы уселись за крупный круглый стол. На столе была еда на старинных тарелках, ножи и вилки, которых нынче и в музее не найдешь, такие у них странные маникюрные кончики. И вилки, о, какие у него вилки! Элегантные, как костлявые англичанки, как леди Диана была, только старые и тусклые. (Чистить до блеска не надо, это вульгарно — начищенные приборы, мы же не новые русские!) Два старых русских, мы стали беседовать. Как и я, Николай Николаевич помешан на древностях и окаменелостях, только я в сравнении с ним — как начинающий первоклассник в школе древностей, он, что называется, мэтр. На стенах у него висят всякие жуткие палицы, топоры, а все горизонтальные поверхности и шкафы заполнены древностями. У него есть загадочные вещи: так, например, вытянутый, эллипсоидной формы совершенно черный камень, аккуратно прорезанный по длине и по ширине глубокими линиями. Возможно, это астрологический инструмент древних людей. Возможно, это некий древнейший математический прибор. У него есть яйцо динозавра! У него есть русский боевой топор с Чудского озера, выкованный из «болотного железа». Вы знаете, что такое болотное железо? Правильно, сгустки его наши далекие предки собирали в болотах, расплавляли и делали топоры и сражались с Тевтонским орденом.
В тот вечер Николай Николаевич подарил мне красную турецкую феску с кисточкой, и мы продолжали обед в таком виде. Посмотрев на мои кольца, Николай Николаевич встал, вынул из шкафа свой парадный обсидиановый (не ручаюсь за написание) перстень и надел его. «Чтобы не чувствовать себя ущербным», — сказал он. Время от времени он вынимает перстень и надевает его в моем присутствии. Почему он не носит его постоянно, не знаю. Может, боится потерять.
Когда мы закурили голландские тонкие сигарки «кафе-крем», Николай Николаевич покашлял и сказал:
— Сегодня, Эд, я покажу тебе мою коллекцию древних каменных топоров. Ты видел некоторые из них.
— А один ты мне даже подарил, Николай, ты не забыл?
— Так вот, поверь мне, у меня, возможно, самая обширная в мире коллекция каменных топоров. — Николай Николаевич как-то боязливо поглядел на меня, словно не веря себе.
— И ты все эти годы скрывал от меня?!.
— Я не был уверен, — он выпустил клуб дыма, да такой густой, что дремавший на кушетке у стола его шотландский рыжий сеттер по имени О’Нил, в просторечии Нолик, чихнул. — Пойдем, я покажу тебе коллекцию, — он встал.
Мы затушили голландские сигарки и вышли в его кабинет. Он стал открывать шкафы и показывать мне эти чудесные топоры, изготовленные в конце III — начале II тысячелетия до нашей эры на территории Восточной Европы и России. Топоры были изготовлены из базальта, диорита, серпентина, диабаза, сиенита и даже кварцита, то есть из твердейших самых что ни на есть валунов. И все они были просверлены. С одной стороны топор был топором, а с другой — представлял из себя молоток. Для чего они служили древним, понять невозможно. Вряд ли они служили орудием убийства людей или животных. Скорее всего, они символически определяли владельца как племенного вождя.
— Видишь, они просверливали отверстие костью. Большой костью. Берцовой. Вот недосверленный экземпляр. Возможно, пришли враги и убили художника…
Мы бережно передавали друг другу экспонаты. Мы уважительно держали в руках плоды трудов древних художников. Большинство экспонатов не превышали в весе полкилограмма, но некоторые затягивали и за пять.
Ознакомительная версия. Доступно 16 страниц из 105
