Я не очень-то обрадован сложившейся ситуацией, потому что знаю, чем это все закончится, но приятно видеть, как она хоть чему-то радуется. Именно сейчас ей просто необходимо чему-нибудь радоваться. Я только жалею, что причина этой радости — молодой мужчина, которым управляют гормоны.
Я пытаюсь с ней поговорить за завтраком, но мысли ее витают где-то далеко. Чтобы удостовериться, что она ничего не замечает вокруг, я, как бы между прочим, говорю ей, что она похожа на корову. Нет, я не желаю показаться грубым, просто проверяю ее реакцию.
— Я люблю коров, — мечтательно отвечает она, глядя в окошко на океан.
После завтрака она обнимает меня и говорит:
— Твоя дочь-корова хочет взять Моржа прокатиться, чтобы попрактиковаться в вождении.
Я знаю, что не должен разрешать. Я собираюсь ответить отказом. Но потом она смотрит на меня своими грустными коровьими глазами, и я не в силах разрушить то состояние счастья, в котором она сейчас пребывает. И соглашаюсь я только потому, что Морж — это настоящий танк на колесах. На любой другой машине, клянусь, не разрешил бы. Клянусь.
Эмили остается дома, чтобы разобрать хлам на чердаке, а мы с Бри и Кейдом оправляемся в Сисайд, километрах в двадцати от нашего дома. Дети надеются, что смогут убедить меня сыграть в расположенном там огромном зале игровых автоматов. О видеоиграх не может быть и речи, но я расщедриваюсь на коробку со свежими солеными ирисками на обратном пути, большая часть которых съедается еще до того, как мы въезжаем в Кэннон Бич и проносимся по центру города.
За восемь кварталов от дома Бри ни с того ни с сего громко охает, все удивленно на нее смотрят. С набитым ирисками ртом она восклицает:
— Это что… — Когда мы все поворачиваемся в ту сторону, куда указывает Бри, она восклицает: — Да, это он! Тэннер!
Только Тэннер не один.
Хуже всего, что невысокая блондинка, которая висит у него на руке, не просто симпатичная, она настоящая красотка.
Вот и приехали! Утро понедельника!
Энн не сводит с парочки глаз, машину ведет вправо, мы едва ли не задеваем тротуар.
— Не останавливайся, — решительно говорю я, перехватывая рулевое колесо, чтобы мы никуда не врезались. — Из-за этого не стоит разбиваться.
Пока Энн берет себя в руки, я не свожу глаз с Тэннера. Насколько я вижу, Тэннер нас не замечает. Он находится в своем маленьком мирке, разговаривает, смеется с девушкой, как будто ему нет дела до остального мира.
Я так и знал! Ох уж этот мерзкий сукин сын…
Энн, вместо того чтоб аккуратно свернуть к дому, до последней секунды не останавливается, несмотря на все мои усилия нажать ногой воображаемый тормоз. Из-за резкой остановки всех швыряет вперед. Полсекунды уходит у Энн на то, чтобы выключить двигатель, но ключи она оставляет в замке зажигания, а сама рывком открывает дверцу и бежит в дом. Когда она проносится перед капотом Моржа, я успеваю разглядеть ее лицо… мокрое от слез.
— Просто отлично, — бормочет с заднего сиденья Кейд, — лето удалось.
— Удалось, ничего не скажешь, — горюет Бри.
— Давайте подумаем об Энн, — говорю я детям.
Несколько минут все сидят молча; никто не знает, как отреагировать на увиденное. Через какое-то время я рискую спросить Бри, что она думает по этому поводу, потому что по ее лицу вижу, что это нечто серьезное.
— По-моему, дело дрянь, — отвечает она. — Ты же видел ее. Она всего на чуть-чуть выше меня! — Бри громко пыхтит, а потом добавляет: — Так глупо.
Кейд смеется ей прямо в лицо:
— Ага! Ты хотела бы сама висеть у него на руке!
Она отвечает, глядя на Кейда испепеляющим взглядом:
— Помолчи, идиот. Ты ничего не знаешь.
— Я знаю, что тебе нравится Тэннер.
— Заткнись! Пап, скажи, чтоб он заткнулся! А еще лучше выпустите меня из машины. Хочу прогуляться по пляжу.
— Конечно, Бри. Только… только с пляжа не уходи, хорошо?
Она молчит, но я все равно ее выпускаю. Даже не потрудившись заглянуть домой, Бри заворачивает за ближайший угол дома и прямиком по высокой траве шагает на пляж, а потом исчезает из виду.
— Сегодня трудный день, да, папа? — говорит Кейд после минуты молчания.
— Наверное, — вздыхаю я. — Сегодня же понедельник.
БриНенавижу, когда мой младший брат прав.
Он сказал, что я мечтаю о том, чтобы вместо той блондинки Тэннер обнимал меня… Что ж… он прав. Когда мы увидели их, я только подумала о том, что, если бы была на год-два старше, возможно, Тэннер вместо Энн обратил бы внимание на меня. И поскольку у меня со здоровьем проблем нет, может быть, что-то и получилось бы.
Мне почти так же противно быть младшей сестрой, как осознавать, что мой младший брат прав!
Не знаю, почему мне захотелось прогуляться — наверное, чтобы немного выпустить пар. Кажется, работает, потому что чем дальше на север я захожу, тем больше думаю об Энн, о том, о чем она сейчас думает. Держу пари, она все глаза выплакала, что, честно признаться, очень-очень плохо. Что бы я ни думала о том, что больше подхожу Тэннеру — если бы он только дал мне шанс! — она явно не заслуживает такого отношения с его стороны.
Я уже минут тридцать брожу по песку, и ноги мои очень устали, но я пока не готова вернуться. Я нахожу отличное местечко на огромном куске древесины, который прибило к берегу, и присаживаюсь отдохнуть. Недалеко молодая семья — мама, папа и две маленькие девочки, лет семи и трех — разводит на пляже костер, собираясь готовить еду. Младшая, кажется, в восторге от всего, что делает ее старшая сестра. Когда старшая изучает пустой панцирь дохлого краба, младшая сестра присаживается на корточки и выхватывает его из рук старшей, чтобы получше рассмотреть. А когда старшая поднимает ветку и бросает ее в пылающий костер, ее примеру следует и младшая, после чего на обеих строго прикрикивает отец.
— Но я уже большая, могу помочь развести костер, — заявляет старшая, голос ее уносит ветер.
— Может быть, — отвечает папа. — Но твоя задача — подавать хороший пример Мисси, а сейчас это означает, что тебе следует держаться подальше от огня, пока не будут готовы хот-доги.
Девчушка минуту молчит, а потом заявляет:
— Папа, я устала быть старшей сестрой. Когда Мисси рядом, я не могу веселиться. И мне совсем не нравится, что она все за мной повторяет.
Папа смеется, поддувает костер, потом обнимает старшую дочь и что-то тихонько говорит ей на ухо.
Мне кажется, я знаю, что он ей говорит, хотя не слышу ни слова. Это же мне говорил папа, когда я жаловалась на Кейда.
